- Мама умерла, - он сказал это очень тихо и отвернулся. - Мне… пришлось.
- Убить?
- Дать ей уйти, - Освальд взял с вазы яблоко и сдавил в руке, до хруста, до светлого сока, который потек меж стиснутых пальцев, по белому запястью, под белый же манжет рубашки. - С ней случился удар… здесь я уж точно не виноват.
Таннис кивнула, засовывая в рот очищенную от сливок корзинку.
- Она все равно была скорее мертвой, чем живой. Лежала. Дышала… но и только. Такой человек себя не осознает, а я… мне требовался повод.
- И поэтому ты убил старуху.
Освальд дернулся и зло поправил:
- Освободил.
- Освободил, - согласилась Таннис, пускай он это так называет, если легче. - Но на душе твоей погано, и ты решил со мной побеседовать. Больше не с кем?
А ведь и вправду не с кем.
- Знаешь, что самое смешное? - Освальд Шеффолк откинулся в кресле. - Я так и не побывал на море…
- За чем дело стало?
- Кто ж его знает, за чем… за всем, Таннис. Тедди… Ульне… планы эти… всегда хватало дел, а на море так и не выбрался. И не выберусь, наверное… мне нехорошо становится снаружи. Ты знаешь, что Подземники бояться открытых пространств?
- Откуда?
- Действительно, откуда… и хорошо, когда знаешь все это исключительно в теории. Я вот не сразу понял… там, под землей есть огромные пещеры, в которые и Шеффолк-холл упрятать можно. В пещерах - озера, черные, с неподвижной водой. В ней водятся слепые угри. Я назвал их угрями, но на самом деле это черви такие, с кожей бледной, прозрачной. Они покрыты редкой щетиной, и глаз не имеют. А вот пасть - это да… круглую…
Освальд погладил щеку.
- Они безопасны, питаются плесенью, слизывают с камней. Выглядят мерзко, а вот мясо вкусное, его сырым есть можно, до того нежное оно…
Таннис затошнило. Она как-то живо представила себе этих черверыбин с длинною белесой щетиной.
- Подземники их любят, и когда получается поймать, радуются… они как дети. И не понимают разницы между добром и злом. Живут, как живется, жрут себе подобных, ловят рыбин… только в те, огромные пещеры, не заходят. Там слишком… гулко. Пусто. Понимаешь?
- Вроде да.
Услышал ли? Прищуренные глаза и взгляд в стену. Нервная кривая улыбка, так хорошо знакомая по прежней жизни.
- Я вижу во сне эту пустоту. И море. И обрыв. Мне всего-то надо шагнуть с него. Я ведь никогда не боялся прыгать, а тут… пустота подавляет.
- Ты добрался до своего предела.
- Наверное. Но мне надо дальше.
- Чего ради? Войтех, послушай… ты хочешь спасти людей. А им оно надо? Ты их спросил? Ты когда-то правильно сказал, что их все устраивает. Они привыкли к такой жизни. Они считают ее нормальной и…
- Хорошо, что ты есть, - он повернулся к Таннис и прижал палец к ее губам. - С тобой не надо притворяться… знаешь, потом, когда все закончится, ты поймешь. Нет, помолчи, пожалуйста. Поймешь, что я был прав. Мир нужно очистить. Встряхнуть. И только тогда он изменится. Станет…
- Справедливей?
- Вряд ли… человечней, в том смысле, что людьми будут править люди.
- И что? Вспомни грязного Фила… думаешь, кому-то станет легче, если он до власти дорвется?
Смешок. И палец не исчезает, он гладит губы, обрисовывая контур их.
- Какая ты упрямая… будут всякие, и благородные, и грязные, и дураки, и умные… но люди, Таннис. Этот мир - наш. И нам писать его историю. А в ней, надеюсь, найдется страница для меня.
- Для Освальда Шеффолка.
- Пускай, я уже привык к этому имени.
- Не отступишь?
- Нет, - он убирает руку. - Хорошо, что ты есть, малявка. Иногда действительно нужно с кем-то поговорить… потом, когда все закончится, я…
- Отпустишь меня? Ты обещал.
Морщится. И отворачивается. Гладит подлокотники кресла. Не спешит отвечать.
- Отпущу. Но… Таннис, Перевал закроют и… если уйдешь, у тебя вряд ли получится вернуться.
А чего ради ей оставаться?
Кого ради?
- Ради меня, - Войтех облизывает измазанные яблочным соком пальцы. - Кем ты будешь там? Никем… останься. И я сделаю тебя…
- Женой?
- Нет. Жена у меня есть… пока еще… и придется ее терпеть некоторое время… возможно, она умрет при родах, и это будет печально. Однако я все равно не смогу взять тебя в жены. Прости, но… твое происхождение…
- Недостаточно хорошо для герцога?
- Именно. Ты все прекрасно понимаешь.
Таннис обняла себя. Все-таки этот дом менял людей, и сейчас она не ощущала прежней злости, ушел и страх, который она испытывала перед Шеффолком, осталось лишь удивление.
- К тому же о твоей связи со щенком знают слишком многие… ребенок, опять же… у королевы не должны быть… лишних детей.