— Да, конечно. Вы же пойдете сейчас со мной?! Пожалуйста! Или Северус…
Она умоляюще посмотрела на меня. Я хотел было кивнуть, но вспомнил об одном очень неприятном обстоятельстве. Метка. Метка Пожирателя на моей руке. Наверняка на доме стоят охранные чары против таких, как я. Но отец и так без сил. Возможно, время терпит и все можно провернуть через пару дней, когда он оправится? Но не успел я открыть рот, чтобы предложить свой план, как лорд Эвард поднялся и протянул руку встревоженной Петунии.
— Разумеется, миссис Дурсль, мы не можем оставить вас в таком положении. К сожалению, Северусу ни в коем случае нельзя переступать порог вашего дома. Он слишком хорошо знаком с Дамблдором, и его магию легче отследить. Меня же, напротив, директор практически не знает. Но я должен вас предупредить: в ваш дом я смогу попасть, только если вы сами проведете меня через границу чар. Но в дальнейшем защита больше не будут действовать на меня, и я смогу заходить на вашу территорию в любой момент. Вы готовы так довериться человеку, которого видите первый раз в жизни?
Петуния поднялась из кресла и твердо посмотрела в глаза лорда Эварда. Она почти успокоилась и вновь напоминала ту упрямую язвительную девчонку, с которой я познакомился много лет назад.
— Сэр, возможно, я простая маггла, как вы называете нас, но поверьте, я не полная идиотка. Я прекрасно понимаю, что вы сделали сегодня для меня и для моего бедного Гарри. Я больше чем полгода провела в аду, в непрекращающемся кошмаре, из которого не было выхода. Это было ужасно. И вы хотите, чтобы я не доверяла человеку, вытащившему меня из этого ужаса? Я готова доверить вам свою жизнь, по сути, вы уже распоряжались ею, когда я была без сознания. Так о каких сомнениях может идти речь? К тому же Северус, — она бросила взгляд на меня и вдруг улыбнулась. — Много лет дружил с моей сестрой, приходил в наш дом. Да, у нас с ним были неприязненные отношения, но мы были только детьми. И я уверена, он никогда не причинит зла ни мне, ни тем более единственному сыну бедняжки Лили.
— Вы очень мудрая женщина, миссис Дурсль.
Отец галантно поцеловал Петунии руку.
— Зовите меня Петуния, сэр. Пожалуйста!
— Это честь для меня.
Я прервал светскую часть сегодняшнего вечера, тронув отца за плечо:
— Сэр, вы уверены, что вам по силам снять еще один блок? Не разумнее ли это отложить на пару дней? Я беспокоюсь о вашем здоровье.
Но лорд Эвард лишь смерил меня взглядом и опять обернулся к Петунии.
— Знаете, Петуния, несколько лет назад я потерял отца. И с тех пор прибывал в наивной уверенности, что в этом мире больше нет человека, который решится руководить моими поступками. Однако мой дражайший сын решил развеять мои иллюзии и взять эту непосильную для него обязанность на себя. Забывая старую как мир поговорку: яйца курицу не учат!
Я едва удержался от непристойных выражений. Значит вот благодарность за мою заботу! Все, я сейчас точно выскажу все, что о нем думаю! Но пока я от возмущения ловил ртом воздух, отец увлек Петунию на аппарационную площадку. Я только успел рассмотреть, как возле них появился эльф и протянул пакеты с продуктами, купленные Петунией в супермаркете. Отец взял их в одну руку, другой сжал ее ладонь, и они исчезли.
========== Глава одиннадцатая. Не читайте письма между строк… ==========
Он вернулся поздним вечером. Усталый, бледный до синевы, но, по-моему, довольный. Проходя мимо нас, протянул Азарике большое красное яблоко.
— Держи, от зайчика.
— Спасибо, дедушка, — Азарика с удовольствием вгрызлась в сочный фрукт. — А где ты нашел зайчика? — переспросила она с набитым ртом.
— Завтра расскажу.
Он потрепал ее по голове. Затем то же самое проделал с моими волосами и, удовлетворенно усмехнувшись, направился в особняк.
— Все вопросы завтра, я спать!
Кто бы спорил! Будь моя воля, я бы еще три часа назад его уложил. Но яйца же курицу не учат! Несушка, блин. Впрочем, мой гнев давно улетучился. Теперь меня мучили любопытство и некоторое беспокойство, которое существенно усилилось, когда на следующее утро отец не спустился к завтраку. Я наскоро поел, удостоверился, что Азарика вполне успешно справилась со своей порцией каши, и сдал ее на руки Роззи.
— Я пойду проведаю лорда Эварда, а потом мы сможем полетать. Хорошо, моя дорогая? Слушайся Роззи.
— Северус, а ты скоро? — Азарика капризно надула губки. — Тебя целыми днями нет! Я хочу с тобой!
— Нет. Лорд Эвард отдыхает. Будь хорошей девочкой, иди порисуй с Роззи. Я скоро приду.
— Ладно.
Она неохотно взяла няню за руку и направилась к двери.
Спальня главы рода поражала своими размерами. Невольно возникал вопрос, кому пришло в голову, что сон в комнате размером с волейбольную площадку способствует хорошему самочувствию? Или каких там критериев придерживался средневековый архитектор, когда планировал все это? Не важно. Я подошел к постели, которая, к слову, была под стать всему интерьеру, и с тревогой вгляделся в лицо лорда Эварда. К моему облегчению, его бледность полностью сошла на нет. На щеках даже появился румянец. Я осторожно коснулся его руки, она была вполне теплой, но не горячей. От моего прикосновения он моментально открыл глаза и удивленно моргнул.
— Северус? Что-то случилось? Который час?
— Половина десятого, сэр. Вы не спустились к завтраку, и я…
— Ты решил навестить умирающего, — закончил за меня мнимый больной, сладко потянулся и похлопал по одеялу возле себя.
— Садись, не стой столбом. Надо же мне было так заспаться.
Он еще раз до хруста в суставах потянулся и улыбнулся совершенно мальчишечьей улыбкой.
— Все хорошо, малыш. Я не собираюсь помирать от истощения. Ночи здорового сна вполне достаточно для восстановления сил. К тому же у меня такой ночник.
Он кивнул на Череп на тумбочке у кровати. И как это я его сразу не заметил?
— Главное, ночью не просыпаться, а то с непривычки мало ли что… — глубокомысленно изрек я, а лорд просто неприлично заржал.
— Ты прав. Дизайн еще тот.
— Я, наверное, пойду. Не буду вам мешать.
— А кто тебе сказал, что ты мне мешаешь?! Может быть, я обожаю утренних посетителей? И вообще, ты пришел к ложу больного отца, имей совесть, скажи мне что-нибудь приятное! Вот вчера у тебя хорошо получалось. Давай, напряги свои извилины!
Он с предвкушением посмотрел на меня. Ну хорошо. Сейчас я все скажу, сам напросился!
— А что ты хочешь услышать? Что я волновался, когда тебя не было три часа? Гадал, на сколько частей тебя порвало при аппарации и где мне их собирать! Зачем было бежать туда сломя голову? Через пару дней вполне можно было снять все блоки, без риска для здоровья! Петуния — вполне разумная женщина и смогла бы потерпеть пару дней и не подпускать своего благоверного к ребенку. Ну, скандал бы ему закатила, это она умеет. Твое здоровье мне как-то дороже, чем мир в их семье.
Я выпустил пар и замолчал. Лорд Эвард продолжал, лежа, меня рассматривать, как какую-то заморскую зверушку. Черт, вот опять я вспылил, не подумав, ведь давал же себе зарок: не открывать рта попусту!
— Ладно, прости. Я сам ее сюда притащил, а теперь на тебя ору. Просто я перенервничал. Прости. И не делай так больше, пожалуйста, — пробормотал я и отвел глаза.
Он усмехнулся, привстал, ухватил меня за руку и дернул на себя. Не ожидая подобного подвоха, я потерял равновесие и упал прямо на него, впечатавшись лицом в его плечо.
— Спасибо, — шепнул он прямо в мое ухо и взъерошил мои и так торчащие во все стороны волосы. — Ты не представляешь, как это приятно, когда на тебя орут, потому что беспокоятся.
— Всегда пожалуйста. Что-что, а орать я умею.
— Это семейное.