- Где же он? Он не мог далеко уйти.
Она оказалась права: Йоханнес лежал без чувств возле зарослей плюща у самой стены сада.
- Пытался сбежать? Ладно, тащим его в хижину, – и девушка ухватила садовника под руку.
Вдвоем с Вильгельмусом они заволокли раненого в сарай. Пока лекарь с потускневшей лампадкой в руке осматривал его, Илона нашла огниво и развела огонь в очаге, зажгла еще две лампадки.
Лекарь срезал с садовника рубаху, распорол левую штанину, уже испачканную кровью, и взялся за промокшие бинты.
- Он что-то говорил?
- Сказал, что упал с дерева.
- Дерево должно быть стальным… Или с острыми когтями, – лекарь указал на страшную рану на груди, похожую на след большой когтистой лапы. – Мышца рассечена почти до кости. Как он вообще шевелил рукой?
- Честно говоря, плохо. Это меня и насторожило.
- Хорошо. Я иссеку рваные края, а вы пока достаньте зеленый флакон и влейте ему в рот четыре капли. Это маковое молоко. Он может очнуться от боли. Нам это не нужно… Лучше пять капель – парень крепкий.
Принцесса выполнила указание, а лекарь быстро орудовал ланцетом.
- Смочите полотно в настойке из зеленного стеклянного флакона и вытрите кровь, я ничего не вижу из-за нее.
Принцесса выполнила и это, хотя ее начинало мутить.
Лекарь быстро обработал раны пахучим бальзамом и зашил. Пока он разбирался с рваной на ноге, Илона бинтовала зашитое.
- Это кажется невозможным. Но я помню, как чудовище вцепилось зубами Черному Рыцарю в бок, – заметила принцесса. – Странное совпадение.
Лекарь уже осматривал руку, нащупал что-то твердое в ране, взял пинцет и с усилием достал то, что застряло между костями. Это был большой, в полпальца толщиной, клык.
- Как думаете, чей он? – Вильгельмус протянул находку принцессе, а сам принялся останавливать брызнувшую кровь. – И у него сломана одна кость. Сейчас зашью и наложим лубок.
- Это клык Чудовища. Я уверена, – руки принцессы задрожали. – Но как такое может быть? Йоханнес – и есть Черный Рыцарь?
- А почему бы и нет, – задумчиво пробормотал лекарь. – На его теле немало старых шрамов. От стрел, мечей. Я уже молчу о лице. У парня было бурное прошлое. Странно, что он так молод…
- Кто же он тогда на самом деле? И почему так стремился скрыться?
- Спросите у него, когда очнется. Уже глубокая ночь. Вам самой нужно поспать. Я останусь с ним.
- Я тоже. Мне придется выпить весь пузырек макового молока, чтобы уснуть теперь. По крайней мере, я уже знаю, что он не погибает один в лесу. Он точно очнется?
- Не знаю. Много крови потерял, сильно измотан. И лихорадка нарастает. Подумайте сами, он выиграл бой и провел целый день на ногах. Я не знаю, сможет ли его сердце справиться. Ничего жизненно важного клыки и когти не задели. Просто разорванные мышцы, которые срастаются за месяц. Но его нашли слишком поздно… Сейчас, ему нужно больше воды. Я её слегка подсолю. Иногда это помогает. А вы должны менять холодные компрессы на голове. Может и переживет ночь. И еще, если он чего-то боится, сохраню нашу тайну. В этом будьте уверены.
Принцесса и лекарь провели всю ночь у постели раненого. Его терзала лихорадка, он тихо, неразборчиво бредил. К рассвету дыхание садовника стало тише и ровнее, жар немного спал. Илона чутко задремала. Разбудил ее лекарь, прикосновением к плечу.
- Скоро рассвет. Вас хватятся. Нужно идти.
- Как он?
- Жар немного спал. Я проведу вас до ваших покоев, и вернусь.
- Я сама дойду. Зайду после завтрака.
Принцессе удалось проскользнуть в свою спальню в предрассветных сумерках. Не раздеваясь она упала на кровать и крепко уснула. Разбудила её служанка Марта к завтраку. Борясь с наступающей головной болью принцесса умылась и отправилась в зал, где её ждали король и гости. Платья она не сменила.
- Дочь моя, как долго ты собираешься ходить в этом? – строго спросил король.
- Пока не узнаю, что жизнь Черного Рыцаря вне опасности, – принцесса заняла свое место за столом и весь завтрак молчала. Ушла она раньше, сославшись на головную боль, и сразу же направилась в сад.
Вильгельмус ждал ее в сарайчике.
- Его немного лихорадит. Еще не просыпался. Сможете побыть с ним? Я раздобуду куриного бульона и принесу кое-что из лекарств. Действие макового молока уже закончилось, – доложил он и оставил принцессу наедине с Йоханнесом.