Дракон и мама закусили между собой, спор переходил в масштабные боевые действия. Мы с папой стояли в стороне и молча наблюдали за этим концертом.
— Давно она так не бесилась, — заметил отчим.
— Да вы постоянно выясняли что-то с мамой, я привыкла.
Разборки бы продолжались и дальше, но к нам пришли неожиданные люди. Именно люди. Соседи по участку прознали, что я вернулась в родительский дом, и нагрянули без разрешения к нам. Даже без стука открыли дверь и пошли в дом. А потому что мама моя расклеила на каждом заборе моё фото с данными о поиске. Моё письмо не успокоило её, а наоборот, сподвигло искать ещё активнее. Нет, она знала про моего отца, про другие миры, читала моё письмо и она продолжала искать меня на земле. Странная она у меня.
Гостей было трое, всех их я знала с детства. Это семья Григорьевых. Конкретнее — Сергей и Людмила, пожилая пара, и, конечно, их сын Кирилл, мальчик под тридцать лет, который жил с родителями после очередного развода. Да, я не отрицаю, что была когда-то влюблена в него, но сейчас он вызывал лишь негативные чувства.
— Слава богу! Слава богу! Девочка нашлась! — причитала тётя Люда.
Она демонстративно обняла меня, а потом и маму. Гости бегло поздоровались и прошли в гостиную.
Мы сильно растерялись сначала от их наглости, но мама быстро переключилась на приветливую хозяйку и пригласила всех за стол, выпить чаю. Но отчим с соседом ушли покурить на крыльцо, а вот их сынок съедал меня любопытными глазами. Он сидел на диване около меня и Малека, и видимо дракон был не помехой для Кирилла.
— Где ты пропадала? Весь город искал тебя. Я переживал, — выдал Кирилл.
Малек напрягся. А я только сейчас заметила, что глаза моего дракона поменялись цветом, рубиновый цвет стал чёрным. Я замерла от неожиданности и смотрела только дракону в глаза, не слыша, что болтает сосед.
Видимо, мой игнор не устроил Кирилла, и он решил дотронуться до меня рукой. Его ладонь накрыла мою, и я отдёрнула руку. Малек нервно среагировал на жест Кирилла и резко встал на ноги. Я боялась, что вот-вот что-то случится. Нужно было что-то делать.
Ничего лучше я не придумала, как встать следом за драконом и взять его за руку.
Малека трясло от гнева, по его коже шла вибрация, и я ее ощущала.
— Кирилл, это мой муж Малек. Ты извини, нам нужно уйти ненадолго, — сказала я.
У соседа лицо вытянулось, но он лишь кивнул в ответ.
Я потянула дракона за собой вверх по лестнице на второй этаж. На чердаке была моя детская комната, именно туда я и вела Малека.
— Не ревнуй, пожалуйста, — поцеловала я в щёку сердитого мужа.
— Я сожру его и всё, — кипел дракон.
— Не смей! — остановила я его.
— Защищаешь человечка, да? — злился Малек.
Я пропустила вперёд себя Малека и зашла следом в свою комнату. Хорошо, что на двери была защёлка, никто нам не сможет помешать.
Я с трепетом закрыла дверь на защелку и повернулась лицом к дракону. Он присел на край моей детской кровати и нежно улыбался.
— Это моя комната, сколько себя помню, я жила в этом доме, и здесь прошло всё моё детство, — произнесла я с нежностью.
— Зачем ты рассказываешь мне об этом? — спросил Малек с легкой иронией.
— Как-то быстро мы стали мужем и женой. Я всегда мечтала о романтике и долгих ухаживаниях, о свиданиях и всё такое… но… — запнулась я на полуслове.
— Но прилетел дракон и испортил все планы? — усмехнулся Малек.
— В детстве я читала сказки про принцессу, которую принц спасает от чудовища…
— А тут чудовище спасло тебя… — перебил меня дракон.
-Я хочу чтобы ты больше узнал обо мне, посмотрел мои школьные фотографии, мои детские рисунки, сочинения.
Я тяжело вздохнула и на мгновение прикрыла глаза. Мне хотелось, чтобы он понял меня, но дракон упрямо сводил всё к одному и тому же. Комплекс неполноценности, который проявляется у каждого дракона?
В ту секунду, когда мои глаза были закрыты, дракон бесшумно подлетел ко мне и нежно поцеловал в губы. Я распахнула от неожиданности глаза и встретилась с его рубиновым взглядом. Я отвечала на его поцелуй, и он крепко сжимал меня в объятиях, и мне это нравилось. Меня накрыло ощущение полного покоя и удовольствия, жар растекался по венам, хотелось большего, сердце выпрыгивало из груди.
Но вдруг внизу раздался истошный женский крик — это была моя мама. Затем последовали громкие звуки борьбы, крики моей мамы и отчима. Потом наступила резкая тишина, и раздался грохот — что-то упало на пол. Кто-то поднимался по лестнице, направляясь прямиком в мою комнату. Звуки шагов были тяжелыми, нечеловечески тяжелыми, стены содрогались.
Я побледнела, понимая, что мне угрожает опасность, и нужно бежать, открывать портал. Но эти мысли заглушила боль и отчаяние, которые пронзили меня насквозь. Мама больше не кричала, и я не знала, жива она или нет. Задаю сама себе вопрос: «Что с мамой?» И ответ приходит молниеносно, откликом из сердца… Её больше нет, никого внизу больше нет в живых. Видимо это так, сомнений внутри нет.