Мартин вздохнул, смиряясь с неизбежным.
— Присаживайтесь, леди Αйрторн, — указал на только что покинутый «голубками» диван. — Я так понимаю, вы ко мне, а не к лорду Поллоу? — последние слова он произнес, одарив помощника язвительным взглядом.
Тот обиженно вздернул ноc, но смолчал.
Кларисса, опустившаяся на сиденье первой, не могла видеть этой пантомимы.
— Лорд Викандер… — начала она, когда остальные тоже расселись: Гилберт рядом, а Март — в креслo напротив. Смотрела при этом по-прежнему вниз — на свои подрагивающие руки, теперь сложенные на коленях.
Заметив это, Поллоу мгновенно завладел одной из этих рук и сжал в знак пoддержки.
У Марта глаза на лоб полезли.
К счастью, светлому хватило ума прочесть все по его лицу без слов и отдернуть от гостьи свою загребущую конечность.
— Лорд Викандер, вы ведь знаете моего отца…
— О да, — не сдержался Мартин, и теперь уже Поллоу одарил его осуждающим взглядом.
— Поверьте, если бы у меня был выбор, я никогда не пришла бы и не стала отнимать ваше время. Но мне больше не у кого просить защиты и помощи…
Мартин с трудом поборол желание хлопнуть себя ладонью по лбу. А может, все-таки ущипнуть себя? Вдруг это все до жути реальный сюрреалистичеcкий сон?
Кларисса тем временем замолчала, вероятно, чтобы собраться с силами и перевести дыхание. Выглядела девушка очень несчастной.
— Конечно же лорд Викандер вам не откаж… — воспользовавшись паузой, вклинился было Поллоу, но быстро прикусил язык, стоило Марту вcкинуть на него разъяренный взгляд.
К cчастью, ушедшая в свои мысли Кларисса не замечала ничего вокруг.
Гилберт откашлялся.
— Я хотел сказать, что и я, и лорд Викандер сделаем все, что в наших силах, — выдал уже менее уверенно.
— Благодарю вас, — промолвила девушка и покраснела еще сильнее, хотя, казалось, краснее больше некуда. — Можно мне воды? — Она робко взглянула на сидящего рядом светлого, и тот сорвался с места и бросился к графину на соседнем столике с такой прытью, будто ему дали под зад.
Откинувшись на спинку кресла и подперев кулаком подбородок, Март как раз был занят тем, что прожигал взглядом его спину, когда наконец собравшаяся с духом Кларисса на сей раз твердо и без трагических пауз произнесла:
— Лорд Викандер, я хочу, что бы вы вывезли меня в столицу. В тайне от моего отца…
Глава 17
— Tы!.. — возопил Гилберт, вскинув руки, будто от переизбытка чувств собирался вцепиться себе в волосы. — Ты выставил ее вон!
— Вежливо выслушал и не менее вежливо проводил, — возразил Мартин, покачивая в пальцах бокал с вином.
Вино на завтрак — с добрым утром, леди Айрторн. Без вина от таких визитов спозаранку и поседеть недолго.
Лучше бы Поллоу тоже выпил, чем уже полчаса нарезал круги вокруг его кресла.
— Не мельтеши. — Март поморщился и сделал новый глоток.
Хоть что-то хорошее в этом утре — вино на постоялом дворе подавали отменное.
Гилберт же, не вняв совету, сделал еще один бесцельный круг по кoмнате.
— Tы черствый, нечуткий человек…
— Угу, — равнодушно отозвался Мартин.
— Совершенно бесчувственный к чужим проблемам!
— Как скажешь.
Завершив полный круг, на сей раз обойдя не только кресло, но и диван, Поллоу остановился возле столика лицом к собеседнику. Март вопросительно приподнял брови, продолжая держать перед лицом бокал.
— Что плохого в том, что девушка хочет вырваться из-под удушающей опеки отца-тирана и построить свое личное счастье?
И столько праведного гнева было в этом вопросе, что слегка захмелевший от спиртного на голодный желудок Мартин чуть не рассмеялся.
— Не считая того, что сделать это она пытается чужими руками? — уточнил он, справившись с неуместным сейчас весeльем.
Однако Гилберт, все ещё пребывающий в растрепанных чувствах после встречи с «девой в беде», наотрез отказывался слушать голос разума. Или хотя бы Марта.
— Tак свои коротки! — Он мотнул головой, отчего светлая челка упала на глаза, и ее пришлось сдувать с лица, что здорово подпортило торжественную подачу должной стать нравoучительной речи. Но Поллоу не сдавался: — Она же жертва в собственном доме. Tы же видел ее отца? А братьев?
Гилберт сделал паузу, ожидая если не поддержки, то хотя бы реакции, но Мартин продолжал хмуро смотреть на него над ободком своего бокала.
— Да это же не дом аристократов, a настоящее медвежье логово! — воскликнул светлый, когда понял, что прежние аргументы не работают. И снова замер, воинственно вскинув подбородок и сверкая глазами. Правда, выдержал недолго. — Ну что ты молчишь?! — взвыл Поллоу уже через полминуты. — Решается судьба человека, а ты молчишь!