– У Олд Джо царапина на боку. Днем видно, что он цветом темнее Каттера.
– А откуда ты знаешь, что рядом с ним Каттер, не Рио?
– Каттер всегда плавает в паре с Олд Джо, когда рядом нет самок. А Рио… – голос Кайры сорвался. – Рио не появляется со вчерашнего утра.
– Ты говорила, он не ест ничего?
– Да.
Коул положил руку на плечо Кайры. От этого дружеского жеста у нее на глазах показались слезы. Чтобы не расплакаться, она стала спускаться пониже к дельфинам. Остановившись на площадке, посвистела им и протянула руку к улыбающимся мордам. Каттер радостно прищелкнул, а Олд Джо подплыл совсем близко, ожидая угощения.
– Простите, ребята. Я к вам с пустыми руками. Пришла просто пообщаться, – тихо сказала Кайра.
Теперь уже оба дельфина были близко, и она похлопала их по спинам. Животные радостно попискивали. Но Кайре показалось, что, несмотря на радостное поведение, они чем-то обеспокоены. Временами их звуки походили на завывание.
– Скажите Рио, чтобы он поел немножко. Ладно? Мне этого очень хочется!
И тут Кайра не удержалась, заплакала. Неожиданно крепкие руки подхватили ее и подняли с колен. Коул повернул ее лицом к себе.
– Я верну его тебе, Кайра. – Коул смахнул слезы с ее щек. – Скажи им, что скоро их друг будет здесь.
Кайра чувствовала, что Коул не рисуется. И знает, что обещает. Похоже, ему известно что-то еще, неведомое ей.
– Ты что-то узнал и не сказал мне? – спросила она и вдруг начала сердиться. Не просто сердиться. Ее разобрала злость и ярость. Скорее всего, просто сдали нервы. Надо было разрядиться, и Коул оказался для этого подходящей мишенью. Она уперлась кулаками в его грудь, повторяя: – Что ты скрываешь?
– Кайра, в чем дело? Я же здесь, чтобы помочь тебе! – пытался успокоить ее Коул.
– Так что же, ты так и не добыл информацию? Неправда. Ты что-то знаешь и молчишь. Я тут мучаюсь, страдаю, а ты приходишь и вместо того, чтобы перейти к делу, лезешь с поцелуями и… – Кайра запнулась. Это было уж слишком. – Прости. Я провела кошмарные дни, ожидая тебя. Чего только не лезло в голову…
Коул взял ее за подбородок.
– Ты хочешь сказать, что скучала обо мне? Да, куколка? – Он ухмыльнулся.
– Нет, черт возьми! У тебя есть какой-нибудь план?
Воцарилось молчание. Был слышен только плеск воды.
– Да, – сказал наконец Коул.
– Какой? Когда? Как?
– Ух ты, остынь немного!
Тут Коул обнял ее за талию, высоко поднял и усадил на край пирса. Затем, легко подпрыгнув, примостился рядом.
– Так, а теперь о плане. Хочешь послушать?
– Да. И не дразни меня. Выкладывай, что придумал.
– Значит так. Я порасспрашивал кое-кого о доме Хуана Карлоса. Ты права, туда надо пробираться ночью. Самое слабо охраняемое место – бухточка перед домом. А это прямой путь к Пи Джи.
– Странно. Ты уверен?
– Да.
Коул замолчал. Кайра ждала дальнейших объяснений, но их не последовало. Она взглянула на него. Но, видимо, он считал разговор о плане исчерпанным.
– Слушай, вероятно, для твоих бывших дружков этого было бы и достаточно, но мне надо больше сведений. Понимаешь? Я тебе верю, Коул, но мне не понятно, как можно оставить главный со стороны моря подход к дому почти без охраны. Может, это ловушка?
– Ты начиталась шпионских историй. Хуан Карлос – весьма экстравагантный человек. Кроме того, он все рассчитал. Вокруг дома рифы и скалы. Берег бухты – действительно единственный подход к дому, стеклянный фасад которого ночью хорошо освещен. Хуан Карлос считает, что никто не осмелится подступиться отсюда.
– Но мы осмелимся.
– Нет.
– Ты же только что сказал…
– Мы – нет. Я – да.
Кайра повернулась к нему.
– Ты что? Я ни за что не позволю тебе идти в одиночку!
– Боишься за меня? – ухмыльнулся Коул.
– Нет, – соврала она. – Такие, как ты, знают, что делают. Я волнуюсь за Пи Джи. Ты ведь ничего не знаешь о дельфинах и не умеешь с ними обращаться.
– Такие, как я? Кто же я, по-твоему, Кайра?
– Тот, кому удалось выжить.
По его взгляду она поняла, что попала в точку.
– Да. Так и есть, – хрипло произнес Коул.
Кайра придвинулась ближе. Коул ощутил тепло ее тела рядом и едва поборол желание обнять ее. Сердце снова бешено заколотилось от одной мысли о нежных прикосновениях рук и губ девушки.
– Коул, ты не справишься один. Я нужна тебе.
У него внутри все перевернулось от этих слов. Ну что она делает? Неужели не понимает, что любой знак сочувствия для него как нож в сердце? Каждое нежное слово утешения болью отдается в душе. Но она права, черт возьми. Она нужна ему. Вообще нужна. И лучше не думать об этом, а вернуться к обсуждению дела.