А сотни матерей, одетых в траур, которые прошли по улицам Парижа? Их сыновья погибли во Вьетнаме. Значит, народу не все равно. А недавняя демонстрация протеста в Англии против создания американских авиационных баз? Значит, народу не все равно.
Американские женщины провели массовые кампании поддержки греческих патриотов и собрали десятки тысяч подписей, требующих прекратить террор в Греции. Значит, народу не все равно. Американским монополистам война необходима как бизнес. И вы увидите - они ее начнут, пусть как небольшую, но шуметь будут много, чтобы увеличить налоги. Монополисты начнут всемирную войну, если людям будет "все равно" и народы не возьмут дело мира в свои руки. Я надеюсь, этот лозунг вам известен?
- Я сказал "мне все равно" в предвидении той опасности, которая мне может грозить за то, что я подписал воззвание,- пояснил Джон.- Вы меня неправильно поняли.
Хозяйка вышла на звонок, и в комнату вбежали два мальчика лет восьми. Следом за ними вошла девочка года на три старше. Один из мальчиков держал в руках игрушечный автомат с трещоткой, второй - копилку.
- Деньги или жизнь! - закричал первый, упираясь дулом игрушечного автомата в живот Джона, и покрутил трещотку.
Джон поднял правую руку вверх, а левой вынул никель из жилетного кармана. Второй мальчик подставил копилку, и монета со звоном упала в середину.
- Деньги или жизнь! - закричал мальчик с автоматом, обращаясь к Робину Стиллу.
Тот молча взял автомат из рук мальчика, чем вызвал бурю детского негодования.
- Дурацкие игрушки! - сказал Робин.- Это прививает детям вкус к гангстерству... Гек,- обратился он к сыну, державшему копилку,- ведь ты решил быть гонщиком на мотоцикле. Где твой велосипед?
- Я отдал его покататься Анри, а он,- мальчик кивнул на приятеля,взял меня сейчас в компанию, чтобы собрать деньги на пистолет, стреляющий пульками. Мы собрали почти доллар! - ответил сын и, довольный, улыбнулся.
Первый мальчик изо всех сил тузил кулаками Робина Стилла по бедрам и требовал свой автомат.
- Я полисмен,- заявил Стилл,- и поэтому беру вас, обоих гангстеров, в плен.
Он обратил все в шутку, но был недоволен, что сын соседа вовлек его сына в эту игру. Чтобы отвлечь детей, Робин Стилл попросил жену включить радио.
Послышались звуки музыки.
- Симфония Чайковского,- объявила младшая из двух сестер-гостей.Отдыхаешь душой, слушая ее.
- Ах, нет! - возразила девочка.- Это музыка "Гамборелли и сыновья".
- Что-о? - переспросила старушка и с недоумением посмотрела на сестру.- Я хорошо знаю, что это симфония Чайковского.
- Да нет же! - И девочка снисходительно улыбнулась, довольная своими музыкальными познаниями.- Это "Гамборелли и сыновья".
- Кэй! - строго сказала Элиза.- Ты не должна вмешиваться в разговор старших.
- А наша учительница требует, чтобы мы слушали разговоры взрослых и, если услышим слово "мир", сообщали об этом первому встречному члену Американского легиона.
- Нечего сказать, хорошая наука! - Поль саркастически усмехнулся.Превращают детей в домашних шпионов!
Музыка чуть стихла, и все услышали рекламную передачу фирмы "Гамборелли и сыновья", после чего снова громко зазвучала симфония Чайковского.
- Я же говорила! - весело закричала девочка и запрыгала на правой ноге.
- Простите, Элиза, но ваша сестра не уделяет должного внимания музыкальному воспитанию своей дочери,- сказала старшая из старушек. Она обратилась к девочке: - Если фирма "Гамборелли и сыновья" использует музыку Чайковского для сопровождения своей рекламной передачи, это вовсе не значит, что эту музыку написали Гамборелли и сыновья.
- Я буду доволен, если Элиза будет больше следить за тем, чтобы моему сыну даже в игре не прививали гангстерских наклонностей,- заметил Робин Стилл.
Девочка смутилась. Как и все подростки, она казалась неуклюжей. Было видно, что она едва сдерживается, чтобы не заплакать. Руфи Норман стало жаль девочку.
- А у меня такая же дочка, как ты,- сказала она девочке, чтобы отвлечь ее.- И зовут ее Клара. Хочешь посмотреть ее фотографию?
- Да,- ответила Кэй, не поднимая глаз.
- Ты кем будешь, когда вырастешь? - спросила Руфь, доставая бумажник.
- Не знаю... Ведь мы все равно умрем...
- Что за дурацкие разговоры! - удивился Поль.
Элиза взволнованно объяснила гостям, что теперь школьников каждый день заставляют приветствовать в классе флаг, каждую неделю устраивают "атомные тревоги" и запугивают их.
- Я один раз сказала, что мы не погибнем, так как войны не будет! горячо заговорила девочка.- А наша учительница сказала, что пусть я лучше буду лентяйкой, но чтобы она больше не слышала у себя в классе красной пропаганды, и заставила меня десять раз подряд спеть гимн и двадцать раз прочесть молитву. Так что я не могу говорить иначе.
Поль подошел и увидел на фотографии, которую держала в руках Руфь Норман, девочку-подростка, а рядом с ней - Франка, настоящего Франка Нормана.
- Это ваш муж? - спросил Поль.
- Да... с дочкой! А вот он со мной,- и Руфь протянула Полю еще одну фотографию.
Поль молча подошел к Робину Стиллу и показал карточку.
- Франк Норман! - подтвердил Робин Стилл.
- Вы знали моего мужа?
- Да. И знаю, где он теперь. Он жив, здоров, работает неподалеку отсюда шофером. Я уверен, что он дал знать о себе на вашу ферму, и только ваше длительное путешествие...
- Но почему же вы не сказали мне сразу? - Руфь обняла Элизу и заплакала.
- Милая моя,- сказала Элиза,- я рада за вас и за вашу дочурку - ведь все в порядке.
- Ваш Франк - настоящий парень! - сказал Поль.
Но Руфь плакала все сильнее и сильнее. С ней случилась настоящая истерика, и обе старушки хлопотали возле дивана, на который ее положили. Видимо, большое нервное напряжение последних недель требовало разрядки.
Когда Руфь Норман успокоилась и лежала притихшая и счастливая, Робин Стилл сказал ей свое мнение о Франке. Речь шла не только о Франке. Робин Стилл попробовал описать Руфь деятельность ее мужа, как одного из борцов тех стомиллионных армий сторонников мира, которые готовы отразить провокацию и удары поджигателей войны.