– Зачем ты так говоришь? – неуверенно спросила Арди.
Взгляд у Грейс был немного рассеянный. Видимо, свою лепту внесло вино, хотя Арди не ожидала такого сильного эффекта.
– Потому что я это сделала, – сказала Грейс. – Я была последней, кто видел Эймса… Я…
Она не договорила, из ее груди вырвался короткий грустный стон. Как у животного, которое перестало бороться.
– Грейс, ты сама не знаешь, что говоришь. – Грудь Слоун сейчас уже лежала на скатерти, а она все наклонялась вперед, пытаясь подобраться еще ближе к подруге.
– Знаю, – ответила Грейс. – Теперь наконец знаю. – Собираясь с мыслями, она на мгновение опустила голову. – Я так разозлилась на него за то, что он одурачил меня и заставил поверить, будто беспокоится обо мне, о том, как у меня здесь все складывается. Он решил, что меня можно одурачить. В любом случае я рассказала Слоун. Но потом… тем утром – ну, когда Эймс умер – он послал мне сообщение… нелепицу какую-то. Хотел, видно, пустить пыль в глаза: «Я думал, что мы друзья». Он так мне и сказал. А знаешь, ведь это мне стоило ему так сказать! В общем, я пошла наверх. – Она откинула назад голову и пару секунд неподвижно разглядывала выступающие из потолка деревянные балки. – Не найдя его в кабинете, догадалась, что он, наверное, отправился на балкон – курить. Клянусь, я просто решила пойти и откровенно все ему высказать. И пошла. Тоже закурила. Ну, то есть я, конечно, колебалась, но чувствовала себя вполне нормально. Сильной. Вы вот всегда умели за себя постоять, и мне просто захотелось…
Арди рассмеялась.
– В самом деле? Это после того, как я тебе сказала? Ты так думаешь?
Грейс выглядела сейчас более трезвой.
– Да. Знаю. – В ответ Арди просто сжала губы и ощутила тяжесть на сердце. Потому что они никогда не научатся смотреть на себя так же, как смотрят друг на друга со стороны, и это дар свыше. – Ну, в общем, я что-то говорила, а он вдруг резко наклонился ко мне. Хотел закурить от моей сигареты. Ну а я не ожидала и… испугалась, отпрянула. Из-за внезапного спазма в руке мое кольцо наткнулось на его бровь. – Она внимательно посмотрела на сверкающее кольцо на левой руке, ярко искрившееся в естественном свете. – Черт возьми, я увидела кровь на его лице! – Снова вспомнив об этом, Грейс закрыла глаза. – Порез оказался сильный, кровь падала вниз крупными каплями. И спросила себя, видела ли она порез у него над глазом? – Он принялся вытирать кровь большим пальцем, размазал все по перилам, а потом обозвал меня… сукой. Раньше сукой меня не называл никто. По крайней мере не в лицо. До сих пор не знаю, что тогда на меня нашло. Наверное, в меня вселился кто-то другой. Перед глазами все почернело. Я тогда ответила: «Да чтоб ты свалился оттуда!» И стукнула его. Кто такое говорит? К тому же на балконе… – Грейс обтерла полузасохшие слезы под глазами. – Я опасалась, что Кэтрин могла случайно увидеть, как мы там спорим, как я ударила его. Потом я ушла. Ну, так или иначе, остальную часть истории вы знаете…
Арди знала. Но совсем не то, что имела в виду Грейс…
С тех пор как та заговорила, Слоун больше так и не притронулась к своему бокалу.
– Ты не должна себя винить, Грейс, – сказала она. – Мы понятия не имеем, что творилось у него в голове.
– Слоун права.
– Поверьте мне, я…
– Ты не последняя, кто видел Эймса, – неожиданно проговорила Арди.
Взгляд Слоун моментально переместился на нее, и на лице ясно читался вопрос: «Что же, черт возьми, произошло на восемнадцатом этаже?»
Но Арди знала наверняка, что произошло с ней – и из-за нее – и что могло произойти без нее… После того как она случайно вошла в лифт вместе с Кэтрин и увидела, что та вышла на восемнадцатом этаже…
Она знала лишь следующее: бухгалтер по расчету зарплаты подтвердила, что налоговые документы были подписаны около 13:30, хотя и не уточнила время. Что и объясняет, почему вскоре после смерти Эймса она была замечена в лифте и, значит, ее нельзя обвинить в каком-либо преступлении. Арди же, с другой стороны, точно знала, что бухгалтер по зарплате поставила свою подпись на документах ближе к 13:25. Вот эта пятиминутная разница и могла оказаться роковой…
Что же произошло в те промежуточные минуты, прежде чем на сцене появилась Арди? Она представила, как Эймс расхаживает по балкону с сигаретой в зубах. Это было нетрудно, потому что Арди видела его таким раньше, хотя и довольно давно. Она представила, как Эймс пытается оправдаться перед Кэтрин, объяснить, что никогда не делал ничего против чьей-то воли или согласия. Такую речь она слышала раньше.