Все еще любит…
Вчера вечером она набрала номер Тони. Легла в постель, прижав телефон к своему уху, и слушала, как он повторяет: «Алло? Алло?» Слушала, затаив дыхание. Потом повесила трубку и позвонила еще раз, после чего заснула, а голос бывшего мужа так и звучал в ее ушах…
– Ладно, все нормально, – сказала Арди и вздохнула.
– Что уж тут нормального…
Ну, хорошо, ненормально, но Арди не видела ни малейшего смысла в дальнейшем обсуждении. У нее был выбор: либо как-то пережить ситуацию, либо жить с ней, и чисто логически она, естественно, склонялась к первому варианту. Тогда у них со Слоун будет все хорошо. В конечном счете. И в основном. Хотя она помнила, что иногда думала то же самое и про свои отношения с Тони…
Слоун вздохнула.
– Разве ты не совершала чего-нибудь, о чем потом жалела?
«Совершала», – тут же мелькнуло в голове у Арди. А может, и нет… Хотя, да – однажды такое случилось.
Но в любом случае она не собиралась рассказывать об этом Слоун…
На обратном пути в свой кабинет Арди увидела через стекло Кэтрин, которая работала, склонившись над клавиатурой. Она уже готова была пройти мимо, но в последнюю секунду задержалась, вдруг вспомнив о чем-то. Дверь в кабинет была приоткрыта, она постучала, и Кэтрин, подняв голову, приветливо улыбнулась. В ее очках, о существовании которых Арди не догадывалась, мелькнули разноцветные таблицы с монитора.
– Кэтрин. – Она пыталась выглядеть равнодушной. Хотя едва ли это ей удалось. И едва ли это можно было назвать ее сильной стороной. – Я просто подумала…
Арди засунула руки в широкие карманы брюк. Черт! Что она наговорила Кэтрин в субботу? Грейс как раз ушла сцеживать свое молоко, а она – о боже, она сейчас так зла на Слоун… Огорошена новостями о Брейли и этим меморандумом, составленным от ее имени… Сейчас она просто не в себе.
Арди немного замешкалась.
– Не возражаешь, если я попрошу, чтобы то, что мы обсуждали с тобой после вечеринки на день рождения Майкла – ну, ты понимаешь, про Слоун, – ты никому больше не рассказывала? – Улыбка с лица Кэтрин исчезла. – Просто… я тогда, видимо, наговорила лишнего.
Глава 24
3 апреля
Она флиртует! Пытается проложить путь по служебной лестнице через постель. Какая-то знакомая в колледже, знавшая ее по учебе в юридической школе, заявила, что она якобы и раньше занималась такими вещами. Какими именно? И что она опять такого натворила?
Она вляпалась по уши. На нее охотились. Она была ягненком в логове льва. Она была роковой женщиной…
Любовные аферы – штука распространенная. Здесь не нужно быть слишком строгими моралистами. Мы все были такими наивными… Вообще, многие отношения зарождаются именно на работе. Разве у нас не могут быть друзья противоположного пола? Она была талантлива. А если таланта не хватало, то умела щедро восполнить эту нехватку. Она была шлюхой. Она была врединой. Нам она нравилась. Нравилась в профессиональном плане. Ну, вряд ли мы стали бы ее подругами. Она была одной из нас…
На фоне всего этого мы слышали, что живущий в стеклянном доме не должен швырять камни в других. Не следует осуждать других тому, у кого у самого рыльце в пуху, не так ли? Но никто ничего не говорил нам о том, как вести себя у стендов и витрин стеклянных конференц-залов и зданий, составленных из тысяч бездушных, но очень зорких стеклянных глаз. В зажатых между кончиками пальцев увесистых смартфонах… Видеть и быть видимым. Такова была природа и нашего конкретного стеклянного дома. Мы так привыкли к своим прозрачным клеткам, что с сомнением относились ко всему, что происходило вне рамок нашего периферического видения. Возможно, любопытство являлось лишь биологической адаптацией. Своего рода выживанием самого информированного из нас…
Кто мы такие, чтобы кого-то судить и оценивать? Или, скорее, кто мы такие, чтобы не судить?
Слоун хмуро покосилась на свое отражение в тусклых дверях лифта, пока направлялась на тренировку с Оксаной, ее персональным тренером. Она не раз хотела отменить занятие. Но Оксана не согласилась бы; к тому же Слоун надеялась, что тренировка все-таки ей поможет. Она чувствовала себя просто ужасно. Главным образом, из-за стычки с Арди, но дело было не только в этом.