ему вы все время молчите? Вы что, немой? И вот тут-то до меня дошло, все то, что я так силился разглядеть в ней. Она была самым обычным человеком. Понимаете, самым обычным. Одной единственной из миллионов людей, кто не обратился в серую тень, эта девушка была уникальной. И соответственно я для нее, тоже не серое пятно, я человек, для всех остальных, я - ничто, отброс общества, изгой, но для нее, я - человек. - Погоди, я все верно понимаю? Ты меня видишь? И слышишь? Я не серый? - все еще не веря в происходящее, переспросил я. - Что за дурацкие вопросы? Конечно, слышу и вижу, и что значит серый? У вас что-то с кожей? Вы себя неважно чувствуете? Я могу вызвать врача, - совершенно не понимая, о чем я говорю, произнесла она. - Нет, вы меня не так поняли. Со мной все нормально. Ну, относительно. Позвольте задать один вопрос. Как вы меня видите? - Ох и странные у вас вопросы. Ну как, глазами вижу, а как же еще. - Но ведь, - я осекся. - Я же «заблокированный». - Да? Ну, - она немного помялась, видимо подбирая слова и через секунду продолжила. - Ну знаете, это не важно, наверное. В смысле, я хотела сказать, что для меня это не важно, для вас наверно важно, даже очень. - и тут, девушка замолчала, и смущенно отвела глаза вниз. Похоже ей было неловко, не хотела меня обидеть, ну или что-то вроде того. - Так все же, как вас зовут? А то, как-то не комфортно общаться с человеком, не узнав его имени. - Меня зовут Эдвард Холланд. - Очень приятно, Мистер Холланд. Я - Элизабет. Будем знакомы, - сказала она, и улыбаясь протянула мне руку. - Мистер? Мне ведь всего двадцать восемь. К черту формальности. Это абсолютно не к чему. Зови меня просто Эдвард. - Хорошо, Эдвард, скажи мне на милость, откуда ты взялся? Я тебя раньше здесь не видела. - Хорошо, только сначала, ты прояснишь одну деталь. Как ты меня видишь? Нет, не в плане глазами, а в плане того, что с твоим чипом? Как ты обходишь систему? - Ну, как бы так сказать... Ну, у меня его нет. - Как нет? Ты от него отказалась? - Не совсем так. У меня его похитили. - Но почему ты не заменила его? И кому вообще понадобился твой чип? - Это долгая история. Ну ладно так и быть, расскажу, - произнесла она, присев на плед, а затем облокотилась на ствол дерева. - Я весь во внимании. - Так вот, ты, как и любой человек знаешь о том, что чип имеет возможность записывать все воспоминания человека. - Разумеется знаю. - Значит, жила я на тот момент в Лондоне, училась там в университете. Встречалась с одним парнем. Нам было хорошо вместе. Ровно до того момента, пока он не подсел на дурь. Какая-то синтетическая дрянь, я не особо в этом разбираюсь. Короче, я пыталась поговорить с ним, чтоб он перестал, хотя бы ради меня. Но его как подменили. Он на отрез отказывался меня слушать. Ну и после этого, мы расстались. - И как это отразилось на твоем чипе? - Да вот так. У него просто поехала крыша, не хотел меня отпускать. Он был твердо уверен, что я принадлежу только ему. В общем, через два дня после того, как я от него ушла, он заявился ко мне в квартиру со своими дружками. Они избили меня, а после всего этого, этот ублюдок заявил, что я не имею права помнить о всем том хорошем, что между нами было. А потом, от просто вскрыл мне лезвием кожу за ухом и вырвал имплант. Как-то так. - Господи, да он - конченый отморозок. - Да, именно так, - на ее лице появилась гримаса боли и отвращения. Видимо вспоминать об этом, было для нее крайне неприятно. - Меня разумеется нашли соседи, потом меня госпитализировали, после чего я провалялась на больничной койке около 4 месяцев. Память мне конечно восстановили, на такие случаи, чип делает резервные копии в облаке, но вот восстановить нейронные связи, после столь грубого удаления импланта, к сожалению, не удалось. Вот так я и живу, уже около пяти лет. - Это ужасно. Мне очень жаль, что с тобой такое произошло. - Да перестань ты. Прям таки катастрофа, все в норме и жизнь продолжается. Знаешь, без него даже лучше. Чувствуешь себя ближе к природе и как-то, свободней что ли. Ведь мы все рождаемся без этих самых чипов. Так что, теперь я такая, какой меня задумала природа. - Наверное ты права. Кстати, ты упоминала о том, что жила в Лондоне. Так почему же ты здесь? Почему не осталась в городе? - Ну, знаешь, после того случая с чипом, мне стало как-то не по себе, долго не могла прейти в себя. Депрессия, недосып, проблемы на учебе, потом и болеть начала часто, короче, просто наступила черная полоса в жизни. Потом вроде закончила колледж, нашла работу, но все это было не мое, чувствовала себя, как не в своей тарелке, понимаешь. А тут ко всему, еще и отец тяжело заболел. Ну и я приняла решение, вернуться в родной Лисканнор. Потом, спустя еще год, умер отец, а я осталась тут и продолжила дело отца. Я держу небольшой магазинчик на крайней улице, будет время, приходи, буду очень рада тебя видеть. - Обязательно, - торжественно пообещал я и улыбнулся. Она улыбнулась в ответ. - Так, свою часть уговора я выполнила, теперь твоя очередь. Рассказывай, как ты тебя занесло в эту глушь и как ты попал в ряды «заблокированных». - Ты действительно хочешь это знать? - спросил я, всей душей надеясь, что ответ будет отрицательный. - Конечно хочу, - утверждающе помотала головой Элизабет. - Ну, тогда слушай. Меня зовут Эдвард Айзек Холланд, мне двадцать восемь лет и родился я в Дублине, где и жил до недавнего времени. Когда мне было семь лет, у матери диагностировали рак. Она еще четыре года боролась с болезнью, но опухоль в голове, все же победила. Когда матери не стало, здоровье отца тоже подорвалось. В первую очередь, это было связанно с нервным напряжением. Но жизнь все же продолжалась. И спустя какое-то время все вроде бы наладилась. Я поступил в колледж и с отличием закончил его. После, устроился на работу учителем. И жизнь пошла своим чередом. Отец с сестрой, тоже были в порядке. Эмма поступила в колледж. И, казалось бы, все хорошо, живи да радуйся. Но нет. Один гребаный ублюдок разрушил разом несколько жизней, просто обдолбавшись и сев за руль. Я сделал длинную паузу и посмотрел на Элизабет. Она сидела, вжавшись в дерево и смотрела на меня. Казалось, что она даже не дышала, чтобы ненароком не помешать моему рассказу. Тогда я сделал глубокий вдох и продолжил: - В общем, однажды вечером, Эмма возвращалась домой с подружками, они шли по тротуару и... Он сбил их на полной скорости. Кто-то из девушек успел отскочить, кто-то отделался переломами, но вот Эмму спасти не удалось. И как ты думаешь, что было этому ублюдку? Правильно, абсолютно ничего. Его отец - большая шишка в министерстве и разумеется он все подчистил. Экспертиза подтвердила, что тормоза были неисправны, и опираясь на это и еще на то, что он сам получил тяжелые травмы в аварии, его оправдали. И по итогу, за смерть Эммы никто не ответил. Отец всегда принимал все слишком близко к сердцу, вот оно его и подвело. Не выдержав потери дочери, он скончался от сердечного приступа. Вот так я и остался один. Я снова сделал затяжную паузу, и воспользовавшись ею, Элизабет вставила свою реплику: - Эдвард, это... - она осеклась и лицо ее заметно побледнело. - Это просто ужасно. Мне очень жаль. Наверно не стоило об этом говорить. Прости. - Да перестань, тут нет твоей вины, откуда ты могла знать. - Но... - я оборвал девушку на полуслове и продолжил. - Так, на чем я остановился? Ах да, на том, из-за чего я все-таки попал в «черный список». Причиной всему была месть. Нет, ты не подумай, что сразу же после смерти сестры и отца, я схватил тесак и пошел карать обидчика. Совсем нет. Я прекрасно понимал, что таким способом проблему не решить, хотя признаться, такие мысли все же были. По итогу, мы еще множество раз подавали апелляции в суд, но все безрезультатно. И вот, когда после того случая прошел год, все как-то успокоилось, и я даже смерился, я снова встретил этого мудака. Тогда мы сидели с Мэттью в пабе, пили пиво и о чем-то болтали. И тут в бар вошел он, со своими дружками. Завидев меня, он засмеялся будто гиена, а потом подошел ко мне и всем своим видом показывая призрение спросил: «Как дела у сестрички?» И тут я вспыхнул как спичка, я хотел было бросится и придушить его, но Мэттью сдержал меня, а этот шакал, побрел в направлении барной стойки. У меня просто дым из ушей валил, настолько я был зол. Друг всячески старался меня успокоить, говорил, что это того не стоит, что ему все равно воздастся по заслугам и все такое. Но я прекрасно знал - стоит, я обязан, обязан хотя бы вмазать, как следует этой мрази, а иначе я себя не прощу. Все это время я непрерывно заливал в себя алкоголь, Мэтт даже не препятствовал этому, наверно думал, что сейчас, состояние сильного алкогольного опьянения - меньшее из двух зол. Как следует накидавшись, я решил действовать. Сейчас это конечно смешно звучит, но тогда, будучи в стельку пьяным, я посчитал это идеальным планом мести. В общем, я заверил друга, что мне просто нужно выйти в туалет и ничего чудить, я абсолютно точно не намерен, после чего направился в свободное плаванье по бару. Подходя к нему со спины, я успел схватить пустую бутылку из-под пива, на одном из столов. Теперь, я был во всеоружии. А потом все произошло настолько быстро, что я почти ничего и не помню в деталях. Помню лишь то, что я постучал ему по плечу, он повернулся, я бросил что-то вроде: «Привет от сестренки», а потом со всего размаху ударил его бутылкой по голове. Затем начался переполох, драка, кто-то вызвал полицию и меня повязали. Затем была вся эта судебная волокита, Мэтт вызвался защищать меня. Ну и по итогу