удет время, приходи, буду очень рада тебя видеть. - Обязательно, - торжественно пообещал я и улыбнулся. Она улыбнулась в ответ. - Так, свою часть уговора я выполнила, теперь твоя очередь. Рассказывай, как ты тебя занесло в эту глушь и как ты попал в ряды «заблокированных». - Ты действительно хочешь это знать? - спросил я, всей душей надеясь, что ответ будет отрицательный. - Конечно хочу, - утверждающе помотала головой Элизабет. - Ну, тогда слушай. Меня зовут Эдвард Айзек Холланд, мне двадцать восемь лет и родился я в Дублине, где и жил до недавнего времени. Когда мне было семь лет, у матери диагностировали рак. Она еще четыре года боролась с болезнью, но опухоль в голове, все же победила. Когда матери не стало, здоровье отца тоже подорвалось. В первую очередь, это было связанно с нервным напряжением. Но жизнь все же продолжалась. И спустя какое-то время все вроде бы наладилась. Я поступил в колледж и с отличием закончил его. После, устроился на работу учителем. И жизнь пошла своим чередом. Отец с сестрой, тоже были в порядке. Эмма поступила в колледж. И, казалось бы, все хорошо, живи да радуйся. Но нет. Один гребаный ублюдок разрушил разом несколько жизней, просто обдолбавшись и сев за руль. Я сделал длинную паузу и посмотрел на Элизабет. Она сидела, вжавшись в дерево и смотрела на меня. Казалось, что она даже не дышала, чтобы ненароком не помешать моему рассказу. Тогда я сделал глубокий вдох и продолжил: - В общем, однажды вечером, Эмма возвращалась домой с подружками, они шли по тротуару и... Он сбил их на полной скорости. Кто-то из девушек успел отскочить, кто-то отделался переломами, но вот Эмму спасти не удалось. И как ты думаешь, что было этому ублюдку? Правильно, абсолютно ничего. Его отец - большая шишка в министерстве и разумеется он все подчистил. Экспертиза подтвердила, что тормоза были неисправны, и опираясь на это и еще на то, что он сам получил тяжелые травмы в аварии, его оправдали. И по итогу, за смерть Эммы никто не ответил. Отец всегда принимал все слишком близко к сердцу, вот оно его и подвело. Не выдержав потери дочери, он скончался от сердечного приступа. Вот так я и остался один. Я снова сделал затяжную паузу, и воспользовавшись ею, Элизабет вставила свою реплику: - Эдвард, это... - она осеклась и лицо ее заметно побледнело. - Это просто ужасно. Мне очень жаль. Наверно не стоило об этом говорить. Прости. - Да перестань, тут нет твоей вины, откуда ты могла знать. - Но... - я оборвал девушку на полуслове и продолжил. - Так, на чем я остановился? Ах да, на том, из-за чего я все-таки попал в «черный список». Причиной всему была месть. Нет, ты не подумай, что сразу же после смерти сестры и отца, я схватил тесак и пошел карать обидчика. Совсем нет. Я прекрасно понимал, что таким способом проблему не решить, хотя признаться, такие мысли все же были. По итогу, мы еще множество раз подавали апелляции в суд, но все безрезультатно. И вот, когда после того случая прошел год, все как-то успокоилось, и я даже смерился, я снова встретил этого мудака. Тогда мы сидели с Мэттью в пабе, пили пиво и о чем-то болтали. И тут в бар вошел он, со своими дружками. Завидев меня, он засмеялся будто гиена, а потом подошел ко мне и всем своим видом показывая призрение спросил: «Как дела у сестрички?» И тут я вспыхнул как спичка, я хотел было бросится и придушить его, но Мэттью сдержал меня, а этот шакал, побрел в направлении барной стойки. У меня просто дым из ушей валил, настолько я был зол. Друг всячески старался меня успокоить, говорил, что это того не стоит, что ему все равно воздастся по заслугам и все такое. Но я прекрасно знал - стоит, я обязан, обязан хотя бы вмазать, как следует этой мрази, а иначе я себя не прощу. Все это время я непрерывно заливал в себя алкоголь, Мэтт даже не препятствовал этому, наверно думал, что сейчас, состояние сильного алкогольного опьянения - меньшее из двух зол. Как следует накидавшись, я решил действовать. Сейчас это конечно смешно звучит, но тогда, будучи в стельку пьяным, я посчитал это идеальным планом мести. В общем, я заверил друга, что мне просто нужно выйти в туалет и ничего чудить, я абсолютно точно не намерен, после чего направился в свободное плаванье по бару. Подходя к нему со спины, я успел схватить пустую бутылку из-под пива, на одном из столов. Теперь, я был во всеоружии. А потом все произошло настолько быстро, что я почти ничего и не помню в деталях. Помню лишь то, что я постучал ему по плечу, он повернулся, я бросил что-то вроде: «Привет от сестренки», а потом со всего размаху ударил его бутылкой по голове. Затем начался переполох, драка, кто-то вызвал полицию и меня повязали. Затем была вся эта судебная волокита, Мэтт вызвался защищать меня. Ну и по итогу система решила, что в тюрьме мне делать может и нечего, но вот ограничить мою свободу стоило бы. Вот так, я и стал преступником из «черного списка», - закончив свой рассказ, я тяжело вздохнул и посмотрел куда-то вниз. В воздухе вдруг повисло молчание. Но оно оказалось не долгим. - Знаешь, зря ты так, - произнесла вдруг Элизабет. - Ты совсем не преступник. Может быть хулиган, может быть жертва обстоятельств, но никак не преступник. Глаза у тебя не такие. Добрые у тебя глаза, - сказав это, она посмотрела прямо на меня и улыбнулась, такой яркой и искренней улыбкой, что мне почему-то захотелось улыбнуться в ответ. - Не знаю, может быть ты и права. Ведь сколько себя помню, никогда не стремился делать кому-то, что-то плохое. Нет, разумеется, я далеко не ангел, и делал в своей жизни много плохих вещей, но все же... Ай, черт побери, сейчас, это звучит так, как будто, я пытаюсь оправдаться, доказать всем вокруг и себе в частности, что я не виновен. Смешно, ей богу. Конечно виновен, за что и расплачиваюсь теперь. - Слушай, Эдвард, а давай завтра тоже встретимся. Здесь же, в тоже время. - С радостью. Я обязательно приду. - Ну тогда договорились. А сейчас, уже поздно, так что, пора спать. Мне еще завтра в магазинчике работать. А ты заходи, как будет свободная минутка. Буду рада тебя видеть, - проговаривая все это, она не переставала улыбаться. - Обещаю, - я улыбнулся в ответ.