Визиря звали Вун из Рикары. Он был главным советником императора, человеком, слово которого являлось законом для всех, кроме Семи Сестер. Вун покинул Кессию вскоре после убийства старика, и в городе считали, что с ним произошел какой-то нравственный кризис, но Зел знал, что его отъезд был результатом махинаций волшебницы.
Саара терпеливо улыбнулась и нежно погладила Зела по щеке:
— Все очень просто, юный Зел. Оставшись без советов потомка Гигантов, Вун не может узнать волю Джаа. Ты помнишь, что я рассказывала тебе о воплощениях богов на земле?
Зел кивнул:
— Да, госпожа, они являются военачальниками Гигантов в Долгой Войне. Личность и намерения этих избранных скрыты от большинства людей, потому что боги не любят, когда их намерения становятся известны. — Зел произнес эти слова наизусть, он помнил их с тех пор, как хозяйка наставляла его насчет природы богов. — Но, если мы все служим Джаа, зачем нужно было убирать единственного в Каресии человека, способного связываться прямо с Огненным Гигантом?
— Ты еще молод, Зел, и, несмотря на то что я доверяю тебе так, как только хозяйка может доверять своему рабу, я не могу рассказывать тебе всего. Если бы у тебя появился шанс жить жизнью свободного человека и не подчиняться влиянию тех, кто хочет использовать тебя, ты бы обрадовался этому шансу?
— Я не очень вас понимаю, госпожа. — Зел в недоумении покачал головой и наморщил лоб. — Я ваш раб и существую лишь для того, чтобы выполнять ваши приказания, — произнес он убежденно.
— Но я — свободная женщина и живу на землях, принадлежащих людям. Существа, которые пытаются нас контролировать, — это не люди. Это Гиганты, у них есть свои царства, они плохо понимают, что происходит в нашем мире.
Саара уже говорила об этом, и Зел в конце концов уразумел, что Семь Сестер смотрят на богов иначе, нежели простые смертные. Саара обычно называла их Гигантами и с большой неохотой признавала их божественную сущность. Зел всегда считал, что эта роскошь доступна лишь высшим в иерархии последователей Джаа, но не знал, откуда взялись подобные взгляды. Семь Сестер были жрицами Джаа, примерно так же, как священники ро или жрецы ордена Молота — слугами других богов.
Саара догадалась о смятении Зела и снова погладила его по щеке, на сей раз более ласково:
— Мой дорогой Зел, возможно, придет день, когда мир станет вовсе не таким, каким ты его себе представляешь. И в этот день ты все поймешь; но до тех пор должен слушать внимательно, узнавать и запоминать как можно больше.
Зел оставил дверь спальни открытой, и, когда кто-то изо всех сил заколотил во внешние двери покоев Саары, хозяйка и раб буквально подскочили на месте от неожиданности.
— Наверное, это Охотник на Воров уже теряет терпение, госпожа, — сказал Зел, слезая с кровати.
— Ну что ж, пусть подождет еще; может быть, это научит его знать свое место, — с насмешливой улыбкой произнесла Саара.
Она изящно поднялась с кровати, потянулась всем телом, наклонилась вперед и приняла такую позу, что многие мужчины Каресии при виде этой картины испытали бы определенные ощущения. Ее тело было упругим, стройным, на спине, в районе талии, виднелось родимое пятно в форме дерева. Зел уже спрашивал Саару, откуда взялся этот шрам, и она ответила, что это темное дерево и что у всех Семи Сестер имеется подобная отметина.
Далиан снова замолотил во внешние двери, и Саара гневно взглянула в сторону гостиной:
— Зел, пожалуйста, пойди и скажи этому черному воину, что я вскоре выйду к нему и что его нетерпение начинает меня раздражать.
Зел подошел к дверям покоев, собрался с духом, изобразил на лице привычное безмятежное выражение и открыл дверь. На лицах воинов было написано раздражение, но Ларикс стоял немного позади, наверняка это не он стучал в двери к волшебнице.
Далиан, однако, сердито посмотрел на Зела сверху вниз:
— Мы что, должны ждать здесь целый день, кирин?!
— Не весь день, ни в коем случае. Насколько мне известно, вам осталось ждать совсем немного, — вежливо поклонившись, ответил Зел.
Далиан шагнул к нему, пытаясь подавить раба своим грозным видом. Зел лишь улыбнулся; он совершенно не испугался воина.
— Далиан, тебе вообще ждать не нужно, я могу сам встретиться с волшебницей, — заговорил Ларикс, пытаясь успокоить своего спутника.