– Ну, понесло! – перебил Дордж. – Ты не перед спонсорами выступаешь. Но вам, девушки, действительно советую посмотреть выставки, очень много настоящих талантов. И правда, душа радуется.
– Обязательно, – пообещала Света. Ей вдруг и в самом деле захотелось посмотреть на картины не обласканных наградами художников. «В конце концов, – подумала она, – лучшая награда, это когда людям просто нравятся твои работы».
– А вы сами пишете? – спросила Оксана.
– Дордж пишет немного. А мы так, администраторы.
– Поприбедняйся-поприбедняйся, – чёрные глаза монгола насмешливо блеснули. – Слушайте его больше, – сказал он девушкам. – Он – настоящий талант. Правда, пьющий.
– Уже полтора года как малопьющий! – возразил Сергей.
– Как же! Либо пьющий, либо нет. Искренне рекомендую последнее.
– Не могу же я совсем не пить! – возмутился Сергей. – Как ещё раскрепостить сознание? Тем более, русскому человеку!
– Силой воображения попробуй, – посоветовал Дордж. – И когда ты успел русским стать? Всю жизнь белорусом был.
– Кто бы говорил, монгол липовый!
Дордж промолчал, и Света поняла, что он обиделся.
– И правда, откуда вы так хорошо русский знаете? – спросила она, пытаясь сгладить неловкость. Ей нравились эти люди, и совсем не хотелось, чтобы они ссорились.
– Да я почти всю жизнь в России прожил. Родители здесь работали. Школу закончил. В Монголию на каникулы, в основном, ездил. К деду. Потом ещё тут учился.
– В Щукинском, – вставил Сергей.
– Ого! – Оксана сделала круглые глаза, и Света тоже с уважением посмотрела на Дорджа.
– Вместе с ним, – Дордж кивнул на Сергея.
– А вы не похожи на художников, – вдруг заметила Оксана.
– Длинные волосы, неряшливый вид, грязные джинсы? – перечислил Дордж.
Оксана несмело кивнула.
– Это мы уже проходили. В таком виде, к сожалению или к счастью, нас охрана и близко к потенциальным спонсорам не подпускала. Вот и ходим, бритые и в костюмах.
– С английским именем, – поддразнила Оксана.
Света недоумённо взглянула на подругу. Художники тоже. Оксана покраснела.
– Почему – с английским?
– Дордж ведь английское имя.
– Джордж – английское имя. А меня зовут Жугдэрдэмидийн. В честь первого монгольского космонавта. Наши просто сократили, выговорить не могут.
– А почему.. – Света замялась, но спросила: – А почему вы у нас в садоводстве сидите? Не в городе?
Сергей невесело усмехнулся.
– Была у нас комнатушка. Только вот владельцы как услышали, что у нас международная галерея, сразу цены задрали до небес. Пришлось съезжать, но работу не бросишь. А здесь намного дешевле. Сотовая связь есть, Интернет есть.
– А как же зимой? – с тревогой спросила Света.
Сергей поглядел на неё и рассмеялся.
– Да вы за нас не волнуйтесь. Городской департамент нам уже выделил помещение в новом культурном центре. Зимой его сдадут, тогда и переедем. И среди чиновников хорошие люди есть. Главное, лишь бы не забывали, что они хорошие. Да, пока не забыл, – он порылся во внутреннем кармане пиджака и достал визитку. – Возьмите, – протянул он её Оксане. – Обязательно позвоните. С Курил вернёмся, будет выставка. В октябре в последних числах.
– Обязательно позвоню, – сказала Оксана, рассмотрев визитку и спрятав её в кармашек сарафана. Света кивнула, соглашаясь.
– Пришли, – объявила она.
Действительно, за разговором они и не заметили, как оказались у нужного дома, и Света толкнула знакомую калитку. В глубине души они ожидала, что испитые оборванцы давно исчезли, прихватив все вещественные доказательства в виде чайников и микроволновок. И была несказанно удивлена при виде распивающей за столом троицы. Тут же неоспоримой уликой стоял чайник. Красные морды – Света не могла назвать их лицами, – мутные глаза, несвязная матерная речь и полная потеря координации, когда один из пьющих промахнулся, пытаясь взять со стола стакан водкой, свидетельствовали, что они ещё не протрезвели до осознания необходимости ухода в подполье и уничтожения улик.