Джесси прижала к груди библию, и все дамы благоговейно наклонили голову. Решено было немедленно основать «Общество жён-помощниц», и тут же были собраны деньги.
Первой целью общества была объявлена борьба против злонамеренных и безбожных женщин, которые не желают помогать своим мужьям, а выступают на митингах с клеветой на порядочных людей. Одна из дам предложила составить список самых зловредных клеветниц. В него вошли писательница Бичер-Стоу и цветная аболиционистка Соджорнер Труз.
— Я предложила бы включить ещё одно имя, — задумчиво сказала Джесси, — но боюсь, что его неудобно произнести в приличном обществе. Это имя известной похитительницы негров…
— О, я знаю, о ком вы говорите! — воскликнула юная дама, жена знаменитого адвоката. — Это Гарриет Табмен, не правда ли?
Джесси молча кивнула головой.
— Это тем более важно, — продолжала юная дама, — что закоренелая преступница Табмен собирается тайком прибыть в наш город.
— Откуда это вам известно? — удивлённо спросила Джесси.
Юная дама густо покраснела.
— Мой муж недавно участвовал в судебном деле «мёртвых кроликов». Вы, может быть, слышали про такую шайку? Один из подсудимых сказал ему…
— Откуда могут знать об этом «мёртвые кролики»?
— О, миссис Баррингтон, — вспыхнула юная дама, — эти подонки знают всё гораздо лучше, чем полиция! Мой муж узнаёт у них самые интересные новости!
— Гм… — сухо проговорила Джесси. — Я полагаю, что нам следует изменить тему разговора…
Дамы занялись выборами президента, секретаря и казначея нового общества.
Вечером усталая Джесси, сидя у камина, ласково сказала мужу:
— Милый Сесиль, кстати, сегодня мне сообщили, что беглая Табмен собирается тайно проникнуть в Нью-Йорк. Просто удивительно, как эти беглые рабы свободно разъезжают по стране на глазах у полиции и всех честных людей!
— Табмен в Нью-Йорке? — переспросил член конгресса прикрываясь шёлковым экранчиком от чрезмерного жара, идущего от камина. — Я немедленно дам знать об этом полиции…
— О нет, Сесиль, — мечтательно сказала Джесси, — полиция янки неповоротлива и глупа. Говорят, что в этом городе лучше всего умеют обращаться с неграми «мёртвые кролики».
— Помилуй бог. Джесси! — изумился мистер Баррингтон. — Где ты слышала о «мёртвых кроликах»?
— На заседании «Общества жён-помощниц», — рассеянно отвечала Джесси. — Впрочем, это не имеет значения. Я нахожу, что и подонки могут быть полезны обществу, если направить их по истинному пути.
— Джесси, — сказал член конгресса, — до сих пор я думал, что ты просто женщина с государственным умом. Но теперь я вижу, что ты вдобавок полна энергии и предприимчивости. Честное слово, ты могла бы заседать в конгрессе рядом со мной! «Кролики» выступят немедленно на помощь обществу!
Он схватил цилиндр и вышел из комнаты.
…В октябре северо-восточный ветер неожиданно занёс в Нью-Йорк снежные тучи. Когда Бэйтс возвращался с работы в сумерках, все крыши в Бруклине были белые и хозяйки, стуча деревянными башмаками, торопливо загоняли домой коров. На безлюдном перекрёстке наборщик наткнулся на одинокую фигуру, закутанную в большой шарф до самых ушей. Это был Рагглс.
— Тсс! — просвистел Рагглс, подняв палец. — Они здесь!
— Кто здесь?
— «Мёртвые кролики».
— Ты их видел?
Рагглс указал на свежие следы на мокром снегу. Их было много.
— Откуда ты знаешь, что это «кролики»?
— Ботинки с тупыми носками. Последняя мода в Нижнем Городе. Семь человек шли цепью в одну сторону. Это их повадка.
— Что им здесь надо? — недоуменно спросил Бейтс. — Облава?
Рагглс тревожно оглянулся.
— Гарриет должна приехать из Канады, — неохотно пробурчал он.
— Сегодня?
— Не знаю. Я получил письма: «Пакет выслан срочно Гарперс-Ферри через Нью-Йорк». Она едет к Брауну.
В порту долгим, ноющим звуком прогудел гудок на пароме. Потом стало снова тихо, и Бэйтсу показалось, что по спине у него бежит холодная струйка. Он вздрогнул.
— Пойдёмте, — сказал Рагглс, — только без шума.
Идти им пришлось недолго. Достаточно было свернуть с улицы в соседний переулок, который вёл к красной кирпичной стене населённого неграми дома, как послышался тихий, мелодичный свисток, и Рагглс остановился как вкопанный.
— Засада! — сказал он.
— Вперёд! — закричал Бэйтс. — Вот они!
В полутьме шла молчаливая возня. Трое людей наскакивали на небольшую женщину, которая оборонялась, раздавая направо и налево удары рукояткой револьвера. Кто-то, уже пострадавший, лежал, уткнув лицо в снег.