Джордино хотел непременно пролететь над пляжами Малибу, и пониже, но Питт сразу же, от Окснарда, направил воздушное судно прочь от побережья и вскоре выровнял его на высоте двух с половиной тысяч футов. Тихий океан под ними отражал ясное небо и светился в ярких лучах солнца глубоким сине-зеленым цветом. Отлично видны были острова — Санта-Крус, Санта-Роза и Сан-Мигель. Питт направил дирижабль на восток. Через некоторое время он заметил, что снизу на корпусе судна начали собираться капли влаги, которые затем срывались и падали вниз, — матерчатая оболочка дирижабля прогрелась сверху и по бокам под лучами утреннего солнца. Он бросил взгляд на датчик давления гелия и отметил, что стрелка чуть поднялась, так как гелий немного расширился из-за высоты и повышения температуры. Если бы давление стало слишком высоким, автоматические клапаны выпустили бы лишний газ, но Питт держал дирижабль гораздо ниже критической для него по давлению высоты, чтобы не терять понапрасну гелий.
Ручки управления «Сентинел-1000» двигались под руками Питта довольно тяжело. Вообще он заметил, что ощущение от вождения дирижабля больше напоминает ему управление двадцатиметровой гоночной яхтой, чем пилотирование самолета. Поворот рулей направления и высоты требовал определенных физических усилий, а между подачей команды управления и тем моментом, когда нос дирижабля начинал медленно поворачиваться, каждый раз возникала тревожная пауза. Корректируя курс, Питт рассеянно наблюдал за свисающими с носа тросами, которые раскачивались в разные стороны. Вот на поверхности моря под ними заплясала какая-то лодка. Арендованный рыболовный катер, узнал он. Внезапно крошечные рыболовы-на-один-день на корме катера приветственно замахали воздушному судну руками. Есть в дирижаблях что-то такое, что неизменно задевает в душе человека теплую струну. В них сконцентрировалась романтика воздушных пространств, решил Питт; они напоминают о давно прошедших временах, когда полеты в воздухе были еще новинкой. Он и сам ощущал эту ностальгию, несмотря на то что его руки лежали сейчас на рычагах управления. Пока дирижабль плыл, никуда не торопясь, над водой, Питт разрешил своему сознанию вернуться в прошлое, в тридцатые годы, когда гигантские пассажирские дирижабли, такие, как «Граф Цеппелин» и «Гинденбург», делили небо с боевыми дирижаблями ВМС США «Акрон» и «Макон». Подобно роскошным круизным лайнерам той же эпохи, они делали путешествие неспешным и даже величественным, — качества, которых начисто лишены прагматичные путешествия современности.
* * *Отойдя на тридцать миль от берега, Питт повернул дирижабль к югу и начал описывать широкую неспешную дугу вокруг Лос-Анджелеса. Джордино включил оптическую систему ЛЭШ, подключенную к портативному компьютеру.
Система позволяла ему засечь подходящие надводные суда и получить их изображения на расстоянии до тридцати пяти миль. К портам Лос-Анджелеса и Лонг-Бич тянулись нескончаемой рваной цепочкой грузовые суда и контейнеровозы. Крупные суда шли из далеких портов с экзотическими названиями, но большую часть трафика давали все же Китай, Япония и Тайвань. За год в эти расположенные рядом порты заходит больше трех тысяч судов, что создает близ них постоянное движение. Суда стекаются к самому оживленному порту Америки со всего Тихого океана, как муравьи к месту пикника. Поработав с лэптопом, Джордино объявил Питту, что видит на подходе к берегу два крупных судна, похоже, торговых. Питт высунулся в окно и с трудом различил на горизонте точку — первое из них.
— Давай подлетим поближе, посмотрим, — сказал он и направил нос дирижабля к приближающемуся судну. Щелкнув кнопкой прибора радиосвязи, полученного от Береговой охраны и установленного в рубке перед самым взлетом, Питт произнес в микрофон:
— Катер Береговой охраны «Халибут», вас вызывает дирижабль «Икар». Мы на месте, собираемся осмотреть два судна на подходе, примерно в сорока пяти милях к востоку от Лонг-Бич. Прием.
— Понял, «Икар», — прозвучал в наушниках низкий голос, — Рады, что вы и ваши глаза теперь в небе и с нами. В этой операции у нас задействовано три судна. Будем ждать ваших докладов о появлении на подходах к побережью новых судов. Отбой.
— Глаза в небе, — недовольно пробурчал Джордино, — Я, пожалуй, предпочел бы роль пуза на диване, — договорил он и внезапно подумал: интересно, позаботился ли кто-нибудь снабдить их в дорогу ленчем.
* * *