За столом образовалась томительная пауза, во время которой гости лихорадочно осмысливали ошеломительное заявление хозяина. Они понимали, разумеется, что их пригласили в замок и накормили великолепным обедом не за красивые глазки, а в расчете на ответные услуги, но предполагали, что речь пойдет о налоговых льготах или новых заказах для возглавляемой Каном корпорации. И уж, конечно, никак не ожидали, что тот потребует от них столь рискованных действий, грозящих крахом их политической карьеры. Первым пришел в себя старший и самый опытный из депутатов — Ри. Деликатно откашлявшись, он заговорил:
— Насколько мне известно, уважаемый господин Кан, вышеупомянутая резолюция внесена радикалами, имеющими в Ассамблее незначительное меньшинство. Сильно сомневаюсь, что она вообще будет принята к рассмотрению.
— Не будет, — согласился магнат, — если вы трое не выскажетесь «за».
— Но… Но это неслыханно! — запинаясь, пролепетал Ким. — Разве можно открыто призывать к ослаблению нашей обороноспособности в то время как Северная Корея продолжает вкладывать все ресурсы в наращивание своего военного потенциала?
— Еще как можно, — заверил его Кан, — И вы это сделаете. В связи со зверским убийством корейской девочки американским военнослужащим в обществе, как никогда, обострились антиамериканские настроения. Вам необходимо всего лишь направить в нужное русло волну народного возмущения, чтобы заставить президента действовать, не дожидаясь, пока она схлынет.
— Но американские войска — единственная гарантия нашей безопасности! Тридцатипятитысячный контингент стоит на страже северной границы. И что с ней будет, если они уйдут? — гнул свое Ким.
— Подумайте лучше, что будет с вами, — прошипел Кан, лицо которого перекосило злобной гримасой. — Или мне напомнить, сколько я заплатил и кого убрал с дороги, чтобы обеспечить вам занимаемое ныне положение? — Глаза его зловеще полыхнули едва сдерживаемой яростью.
Ри и Вон Хо, испуганно съежившиеся в своих креслах, только кивали, как китайские болванчики, куда лучше молодого парламентария представляя, что с ними станется, если сведения такого рода просочатся в СМИ.
— Да, господин, мы сделаем это, — уныло пообещал Вон Хо, а старый Ри молча склонил голову, выражая свою покорность воле хозяина.
На Кима, однако, гнев и завуалированная угроза магната не произвели ожидаемого воздействия. Упрямо вскинув голову, строптивый депутат окинул презрительным взглядом мягкотелых коллег, брезгливо поморщился и заявил твердым голосом:
— Мне очень жаль, господин Кан, но я не считаю возможным ставить нашу родину на грань новой гражданской войны и не стану выступать в поддержку этой резолюции.
Воцарившуюся в зале гробовую тишину нарушило возвращение слуг, явившихся очистить стол и унести грязную посуду. Кан наклонился вперед и что-то прошептал на ухо одному из лакеев. Тот молча кивнул и быстрым шагом направился на кухню. Секунд через десять в столовую вошли двое вооруженных охранников в черном. Ни слова не говоря, они подошли с двух сторон к креслу Кима, подхватили его под мышки и синхронным движением выдернули из-за стола.
— Что это значит, Кан?! — возмущенно закричал депутат.
— Это значит, что я не намерен больше терпеть ваши идиотские выходки, — холодно ответил миллиардер и подал знак замершим в ожидании головорезам. Те моментально ожили и поволокли ничего не понимающего и упирающегося Кима на балконную галерею, опоясывающую замок полукольцом на высоте двухсот футов. Грубо прижатый грудью к балюстраде, парламентарий тщетно пытался разорвать железную хватку профессионалов, к тому же намного превосходивших его физической силой. Отчаявшись, он принялся осыпать их нецензурной бранью, но охранники продолжали делать свое дело, не обращая внимания на угрозы и посулы. Дружно хекнув, они рывком вздернули извивающееся тело и перевалили его через ограждение.
Ри и Вон Хо, содрогаясь от ужаса, вслушивались в удаляющийся вопль теперь уже бывшего коллеги. Глухой удар и оборвавшийся крик они восприняли внешне спокойно, и только окаменевшие лица и судорожно сжатые кулаки выдавали их душевное состояние. Отпив глоток вина из бокала, Кан отдал приказ вернувшимся в зал охранникам: