- Но откуда мы могли знать, что он такой нехороший человек? Ведь сам директор заповедника прикрепил его к нам. А вы мне сейчас такое сказали, что… и верить трудно, и не верить тоже нельзя,- развел руками учитель.
Он чувствовал, что Гасалтуев человек прямой и честный.
- Да, конечно, я вас мало-мало понимаю. Трудно верить новому-первому человеку,-сказал Гасалтуев.- Но не будем больше говорить-толковать об этом… Лучше я сейчас принесу чай. Наверно, уже вскипел…- добавил он, поднимаясь со стула.- Э, я забыл спросить: где же он, этот ваш егерь-проводник? Наверно, с хребта ушел-удрал обратно? Конечно, он ни за что сюда не придет. С какими глазами-гляделками появится в моем доме? Ха!
- Проводиичок-то наш направление потерял,-усмехнулся Георгий Николаевич.
- Это Горбачук-то?! Направление потерял?! Ха!.. Вот это номер! Двадцать лет ходит-меряет эти горы и вдруг направление потерял… Ха-ха-ха!..- Гасалтуев расхохотался до того, что даже слезы появились па его угольно-черных глазах.
- Он вывел нас в распадок, где нет ни капли воды - ни речки, ни ключа,- оставил нас там кочевать, а сам пошел искать Шаманку… и исчез, до сих пор его нету…
- Вот! Что сказал-говорил вам Гасалтуев?! Ха! - торжествовал хозяин.- Он даже Шаманку не мог найти-самую большую речку по эту сторону дабан-хребта! Это очень и очень интересно-смешно.
- Слушайте, слушайте, товарищ Гасалтуев… Он один ночевал у верховья речушки, а что нас без воды оставил, забыл!.. Теперь мне ясно, что он попросту нас за нос водил… Но одно только непонятно: для чего он все это делал, для какой цели? То есть какую для себя выгоду, какую пользу он от этого получил? Вот это мне совершенно непонятно.
- Не знаю… А может, только потому, что злой он человек?.. Ох, мы так разговорились, что даже о чае забыли! Сейчас принесу,- проговорил Гасалтуев, выбегая на крыльцо.- Эй, ребята! - донесся его голос со двора.- Чай пить!
- Товарищ Гасалтуев,- сказал Георгий Николаевич после чая,- покажите нам, пожалуйста, дорогу, и мы пойдем.
- А пошто показывать? Утром я сам поведу вас туда,- ответил Гасалтуев.- Сегодня отдыхайте, спите-ночуйте у нас, и утром раньше уйдем-пойдем. И все, порядок будет.
- Нет, мы сегодня пойдем. До вечера еще далеко, целых пять часов. А за пять часов куда можно уйти? Посчитайте-ка… Мы минимум пять километров сделаем в час. Пятью пять - двадцать пять. Значит, свободно дойдем до Урочина. Так что мы уж пойдем.
- Ой-ёй, как так?! Спать-ночевать не будете у меня? Гостить не будете? Ой-ёй, как нехорошо-плохо! Так скоро отпустить гостей… Барана бы зарезал, свежим мясом угостил. Оставайтесь, а?
- Нет, мы пойдем. За барана спасибо, а пойдем,- улыбнулся учитель.- Дело прежде всего.
- Ой-ёй, как нехорошо, как неладно-плохо!.. Но что поделаш? Ваша воля-желание…- согласился было Гасалтуев, но тут его осенило.- Э-э! Знаете что? Зачем вам пешком туда идти-тащиться? На телеге поедете. Подождите немного, вот-вот жена из Сахули приедет. Она на телеге-коне уехала. Приедет, сразу мы уедем-поедем. Я вас до Урочина подвезу. Согласны?- И Гасалтуев улыбнулся добрыми черными глазами, поглаживая ладонью рыженькую голову Толи, сидевшего рядом с ним.
- Конечно, согласны! - обрадовался Левский.- Это будет здорово! Через каких-нибудь полтора-два часа мы будем в Урочине! Спасибо, большое спасибо вам, друг. Будете в Улан-Удэ, непременно заходите к нам,-И Георгий Николаевич протянул Гасалтуеву листок со своим адресом.