— Ничуть. — ярл указал пальцем на портал, буркнул чего-то, и магические ворота схлопнулись. Руки принцесс как-то сами собой разьединились, и девчонки с разочарованным визгом шлепнулись на пятые точки.
— Еще, еще хотим! А к папе прыгнуть можно? — наперебой затараторили они.
Ярл заинтересованно посмотрел на донью Эстреллу и поклонился. — Прикажете доставить вас во дворец или супруга сюда?
Во все хроники и анналы вошел рассказ очевидцев, как ужасный демон вечером, прямо с расширенного заседания Большого Совета похитил самого Императора. Поднялась суматоха и паника, в ходе которой загадочным образом исчез серебряный сервиз, а также понесли две смазливых служанки. Император объявился только утром, усталый и довольный. На все вопросы он отвечал, — Победил. Аж пять раз.
Беркович только зеленел от злости, чувствуя, что НЕДОГЛЯДЕЛ! НЕ УСЛЕДИЛ!
А канцлер лорд Бер, которому Император дал что-то переписать из своей Книги Заклинаний, злорадно потирал руки и напевал себе под нос, зарывшись в гору бумаг и документов:
— Time will show,
When — i don't know.
Sail away tomorrow,
Sail will far away…
Глава 10
Над всей Стигией безоблачное небо…
Мужчина в богатых доспехах смотрел на храм Сета, мурлыкая заунывный мотив в свои длинные усы. Солнце уже высоко, от земли так и пышет жаром. Хорошо еще, всадника на коне чуть обдувает ветерком. Вокруг терпеливо ждали воины, такие же широкоскулые, узкоглазые и загорелые. Чему-чему, а уж терпению в бескрайней Степи научишься. Вот и тут, сказал шаман — ждать, значит жди. С невидимыми силами так просто не потягаешься, чуть не туда дернешься — так сразу сгоришь или демоны схарчат. А то и вовсе на части разорвет.
— Великий Вождь!
Сквозь россыпь всадников юрко проскользнул старикашка, весь в бубенцах, мышиных хвостах и прочей дряни.
— Великий Вождь! С тобой тут хочет поговорить бледнолицый, предводитель ихних магов.
— Веди, — коротко бросил каган. «Хорошо, что северяне с нами. Помогли ох как неплохо. Правда, табун двухлеток пришлось отдать, да красивых рабынь две сотни. Но ничего, здешние смуглянки тоже ничего, а главное — прошли через всю страну, и почти без потерь! Теперь акыны будут петь о подвигах степных воинов, о мужестве и храбрости вождей, бросивших вызов силе Черных жрецов. О мудрости шаманов, втоптавших в пыль города и храмы. О богатой добыче и немеркнущей славе». Он зажмурился. Когда открыл глаза, рядом стоял белокожий воин в черном плаще. Скрестив с ним взоры, каган торопливо отвел взгляд и украдкой сделал пальцами знак, отгоняющий зло. Сильный шаман, однако.
— Говори.
Тот с достоинством поклонился, но продолжал молчать. Наконец, каган слез с коня, признавая пришельца равным себе, и стал перед ним.
— Абдулла, гроза врагов… — чуть насмешливо начал ярл. Степняк скривился и пренебрежительно махнул рукой. Мол, ближе к делу.
— Это последний, и самый главный храм черных колдунов, поклоняющихся Змею. Старшие жрецы спрятались в подземелье, наверху только солдаты и боевые маги.
Глаза кагана чуть расширились. Воистину слава о нем и об этом походе будет греметь в веках! — Они не успели удрать от моих воинов?
Valle злорадно оскалился. — Боги ветра и воды оказались благосклонны к нам. Над большой соленой водой прошла буря, и все вертлявые лодки этих жрецов утонули. Колдунам некуда бежать, и они приготовились к последней битве.
— Может, не гнать на убой моих степняков, а завалить к шайтанам все эти храмы и постройки?
— Нет. Жрецы в подземельях уцелеют. Сделаем так. Их магия сильна, очень сильна. Но — она медленнее ваших стрел и копий. Поэтому убивайте всех, и как можно быстрее. Дай особый приказ своим воинам — пока жив хоть один жрец — из боя не выходить. Ни на золото, ни на другие ценности не отвлекаться.
— А красивые рабыни?
— Абдулла, ты отличишь рабыню от жрицы? А если она ударит своей силой, да так, что полсотни одним махом? Так что — пленных не брать.
— Хорошо. Что дальше?
— В центральном храме, за жертвенным камнем — вход в подземелья. Как только очистите это место — пошли ко мне гонца. Твоим воинам на конях нечего делать в туннелях. Там будет другая битва.
Каган молча кивнул. Не дело всадникам лезть в пещеры.
— Моя группа пойдет вниз. А вы забирайте все, что ценное и не зачарованное, и уходите не мешкая. Скоро осень, земля раскиснет. Вам надо успеть отойти в ваши степи и забрать с собой добычу.
— А там, внизу, много золота? Что это ты так рвешься под землю?
Ярл помолчал, — В подземелье находится главная святыня змеепоклонников. Когда мы разберемся со старшими жрецами, попытаемся разорить это черное гнездо. Если удастся — сила Змея уйдет, как вода в песок, и больше не возродится.
Глаза старикашки-шамана хищно блеснули. Он качнулся вперед, в запале встряв в разговор вождей, — Неужели это возможно?
Каган в полсилы огрел его плетью. — И тогда поклоняющиеся Змею не смогут вредить нам?
— Не смогут, — улыбнулся ярл, — потому, что их не будет — почитающих Змея.
— Хорошо. — осклабился каган, — Очень хорошо.
Он бросил несколько гыргыркающих фраз своим воинам, черкнул себя пальцем по горлу, показывая, что будет с ослушниками. Желающих, похоже, не нашлось. Несколько вестников сорвались с места, разнося по всем кланам приказ самого Непобедимого и Сиятельного. Ярл тем временем что-то втолковывал шаману, водя пальцем по грязной и замусоленой карте. Затем осторожно вытащил из-за пазухи какой-то свиток и дал ему. — Осторожней с этим. Только когда первые воины ворвутся в храм, но не раньше.
Старикашка часто закивал головой, позвякивая колокольчиками — понял, мол.
— Ну все, Абдулла. Храни тебя ваши боги.
Ярл снова чуть поклонился и исчез за конскими крупами.
— Командир! Сигнал!
Ярл, который дремал, спрятавшись от зноя в тени, открыл глаза. Углук, а чуть позади степняк на своей мохнатой низкорослой лошадке. Показывает руками круг, и тычет пальцем вниз.