Правда, выпив чашку кофе и поразмышляв об этих странностях, я решил, что все это – «психическое». От нервного напряжения или еще там от чего. Съел что-нибудь не то, например. Это меня успокоило – мне вообще частенько со сна мир видится в каком-то странном свете. И, успокоившись, я вспомнил о записке, которую передал вчера Андрею.
Почти весь день я ждал ответа от Лизы. Винни-Пух позвонил часов в пять дня. Он продиктовал мне по телефону текст письма Лизы:
– «Здравствуй, Денис. Молодец, что написал. Честно говоря, я думала, что после всего того, что произошло во время нашей последней встречи, ты больше не захочешь меня видеть. (В этом месте Андрей многозначительно прокашлял, но я не обратил на это внимания.) Если ты хочешь со мной встретиться, то это можно сделать завтра. Я еду на день рождения моей подруги и могла бы взять тебя. Можешь не смущаться тем, что вы незнакомы. Это совсем не важно. Там будет небольшая компания. Если ты согласен, то ответь до завтра. Тогда я буду ждать тебя завтра в три часа в центре зала на „Комсомольской“-радиальной. Лиза».
Андрей закончил читать. А я задумался. Елки-палки! Ну вот же нормальное письмо, написанное нормальным человеком. Она рада, что я написал ей, и приглашает меня на день рождения своей подруги. И никакой мистики-хренистики…
– Интересно, что же между вами произошло? – задумчиво спросил Винни-Пух. И все испортил. То, что случилось в гостинице, случилось со мной, и от этого руками не отмашешься, как от туманных реплик Навигатора.
– Да так, ничего особенного, – пробормотал я и, чтобы окончательно усыпить бдительность друга, добавил: – Ну, что может произойти ночью между мужчиной и женщиной в. гостиничном номере?
– Понятно. Она тебя изнасиловала.
Я хмыкнул:
– Почти. Ладно, ответь, что я согласен.
На следующее утро с глазами произошло то же самое. Во рту, правда, вроде бы все было в порядке. Но глаза меня испугали. Я стал думать, от чего могло ухудшиться зрение. На сварку я не смотрел, светового шока не испытывал. От. чего там оно еще может ухудшиться… От выпитого пол-литра этилового спирта? Не пил вроде. От сифилиса? А от кого я мог подцепить сифилис и почему так бы…
Стоп! Вдруг до меня дошла мысль, напугавшая меня чуть не до полусмерти. Лиза!.. И дело тут было не в сифилисе. Как же я, дурак безмозглый, слушал россказни про вирусы, про болезни, и мне даже и на секунду в голову не пришло, что я сам очень даже просто мог заразиться тогда этим вирусом от Лизы!..
Вот тут-то меня и прижало. Я бросился в ванную, высунул язык и принялся разглядывать в зеркало его, а заодно и зрачки, и щупать лоб и что-то там еще. Но когда шок прошел, я сел и спокойно, как мог, поразмыслил над этим.
Во-первых, делать выводы рано. Во-вторых, это могло быть простым совпадением, и неполадки со зрением в самом деле могли быть от нервов. В-третьих, даже если я и заразился, боржом пить уже поздно. А вот что с этим делать дальше?
Посоветоваться с Навигатором? Я вспомнил о шприце. И представил себе, как он хладнокровно берет этот шприц, скручивает меня (я почему-то был уверен, что у него это без проблем получится, несмотря на все мое тэквондо) и вкатывает мне эту желтую гадость. Интересно, что чувствовал Васька?..
Тьфу! Что за мысли! По крайней мере он не сделает этого, пока я не разберусь с Лизой. А потом… Да. Что в лоб, что по лбу. Так что Навигатор исключается. Остается один человек, который может мне если не помочь, то разъяснить ситуацию. Лиза. Значит, надо дождаться встречи и не дергаться раньше времени. Я жив и хорошо себя чувствую. В полумраке задернутых штор…
Я решил переключиться на другую тему и стал думать, что можно подарить незнакомой девушке. Самое умное, что пришло мне в голову, это духи. Но в духах я совершенно не разбирался. Можно было, конечно, позвонить Маринке, но это вызвало бы ненужные расспросы. Можно было поступить проще – купить самые дорогие, благо деньги у меня были. Но женщины – существа странные, и они не станут душиться духами, которые им почему-либо не нравятся, даже если они стоят кучу бабок. И я решил купить бутылку вина. Разумеется, дорогого. И разумеется, настоящего французского. Для этого я специально съездил в один знакомый магазинчик на Арбате, в котором торговали не экспортными французскими винами, а настоящими марочными, именно вывезенными из Франции. Раскошелиться, правда, пришлось порядочно, но зато уже сама бутылка выглядела весьма внушительно: темного зеленого стекла, создававшего впечатление въевшейся пыли винных подвалов, с пожелтевшей этикеткой. Кроме того, еще по дороге к метро, которую я тоже проделал не без проблем (Юлька вчера забрала машину, чтобы развезти ребят), я купил солнечные очки. В них стало существенно легче и проще.
Мы встретились с Лизой, как и договаривались, на «Комсомольской». Лиза была одна. Она не заметила во мне никаких изменений, и это меня лишний раз успокоило. Хотя поговорить с ней я не передумал, но решил отложить разговор.
– Мы что, вдвоем едем?
– Нет. – Лиза взяла меня под руку. – Наши ждут в переходе.
– Наши – это кто?
– Ну, моя подружка с каким-то парнем и сама Элин, конечно.
– Элин – это та, у которой день рождения?
Лиза кивнула.
– Что за имя странное…
– Она эстонка. Элин Шама.
Ну, Шама так Шама, подумал я.
– А куда мы, собственно, едем?
– На дачу к ее знакомым. Праздновать там будем.
Я не чувствовал особого оптимизма, и настроение было какое-то не слишком праздничное. У меня складывалось ощущение, что я все-таки буду лишним.
– Да ты не дергайся. – Лиза словно прочла мои мысли. – Валькиного парня тоже никто не видел. Да мы и сами нечасто собираемся. Так что все будет нормально.
Мы свернули за угол.
– Вон они. – Лиза показала на троицу ребят с сумками, стоявшую шагах в десяти. Когда я посмотрел в ту сторону, то едва удержался на ногах. Не знаю, как я не упал в обморок к чертям собачьим прямо там, на месте. Не знаю, как я сделал эти несчастные десять шагов. Не знаю, как я выдавил «привет». Там стояла Настя.
Нет, конечно, это была не Настя. У Насти волосы были скорее оранжевого цвета, а у Элин – красноватого. К тому же Настя не пользовалась косметикой. Но во всем облике, в движениях, в линиях фигуры, в манере держаться было что-то одуряюще общее. Я понял, что пропал. Что я либо умру, либо эта девушка будет рядом со мной. Я забыл про Лизу, про болезнь, про Навигатора. В тот момент мне показалось, что Бог все-таки есть.
Элин скользнула по мне равнодушно-доброжелательным взглядом, что-то сказала Лизе и отвернулась. Я вдруг почувствовал тычок под бок.
– Сумку возьми, – шепнула Лиза. Я нервно дернулся и набросил сумку на плечо. Я был никакой. Все мысли из головы вылетели, кроме одной, игравшей заевшей пластинкой. Это она. Это она. Это она.
Мы сели в электричку. Куда, я не заметил. Лиза купила билеты – я не доставал денег. Я плелся за ней как собачонка на привязи.
В вагоне я все-таки немного пришел в себя.
– Денис, а чем вы занимаетесь? – спросила Валя. Я сфокусировал взгляд на ее лице. Очень приятное круглое лицо, с милыми, немножко детскими чертами. Волосы, завитые в колечки, светлые, но не золотистые, как у Лизы, а более естественного русого цвета, с темными корнями. Валя не была красавицей, но милой девушкой – несомненно.
– Я частный детектив, – ляпнул я и чуть не прикусил язык. У меня еще была пара секунд, за которые я мог попытаться обратить все в шутку, но актер из меня в тот момент был никудышный. И я решил оставить все как есть.