Она сложила телефон.
– Он сказал ждать его. Если опоздает, начинать самим. Но главное – не спугнуть.
Расслабиться Смирягину так и не удалось. Блондинка в черном накрывала большими суммами по полстола и упрямо увеличивала свой банк, несмотря на все ухищрения Коперфильда. Дело шло не так бойко, как раньше, но к утру она могла выиграть около двадцати тысяч, а то и больше. Смирягин понимал, что она не жульничает, и уже смирился с мыслью, что придется выплатить выигрыш. Как вдруг на столе, в кабинете директора, где он сейчас сидел, зазвонил телефон. Смирягин поднял трубку и раздраженно произнес:
– Алло!
Эта раздраженность стала его постоянным свойством, присущим каждому человеку, который считает, что находится не на своем месте. А какое место было для него своим, Смирягин знал. Вот это самое место и было. Того, что он де-факто управляет казино, ему было мало. Он хотел этого статуса де-юре.
– Здравствуйте. Кто у телефона?
– Смирягин. Что вам нужно?
– С вами говорят из следственного управления ФСБ. Представьтесь, пожалуйста.
Смирягин почувствовал холодок, выпрямился в кресле и уже совсем другим голосом сказал:
– Смирягин Андрей Александрович, начальник службы безопасности казино. Чем могу быть полезен?
– У вас в казино сейчас играет девушка, блондинка, глаза серые, рост около ста семидесяти, очень красивая? Вы Должны были ее заметить.
– Да. – Смирягин сглотнул. – Мы ее заметили.
– Ни в коем случае не отпускайте ее. Позвольте ей выиграть столько, сколько она захочет. Продержите ее за столом как можно дольше. Наши люди сейчас приедут.
– Скажите… – нервно произнес Смирягин, – в чем дело? Кто она такая?
– Мошенница.
– Но… Она же поймет, что просто так большой выигрыш не получишь… На что она рассчитывает?
– Она не поймет. Она не знает правил и условий выплаты выигрышей. У нее даже документов нет.
Смирягин икнул. Он вовсе перестал понимать, что происходит. Что же это за мошенница.
– Вы все поняли? – спросил голос.
– Да.
– Всего доброго, Андрей Александрович. Не спугните ее.
Положив трубку, Смирягин вытер пот со лба. Он быстро вышел из кабинета в комнату наблюдения.
– Живо снимите Коперфильда! Поставьте нормального человека, и чтоб без всяких фокусов!
– Что случилось? – спросил всадник, ставя на пульт кружку с кофе.
Смирягин подумал и ответил:
– Из ФСБ звонили. За ней сейчас приедут.
– И что же, вы дадите им деньги увезти?
– Это с какой это стати, дурья твоя башка?!
Всадник смолк и наклонился к микрофону. Смирягин подошел к нему и грубо отстранил:
– Дай сюда!.. Всем работающим в зале: не спускайте глаз с нашей красавицы. Головой отвечаете. Но если она хоть почешется в вашу сторону – всех уволю к чертям собачьим!
К казино мы подъехали часов около трех. В центре ночная жизнь бурлила. У казино было шумно: машины подъезжали и отъезжали, хлопали двери, говорили люди. Музыка звучала негромко, но из-за сверкающих неоном вывесок особенно огромного колеса рулетки над входом – казалось, будто шума гораздо больше, чем есть на самом деле.
Алина поручила свой мотоцикл удивленному парню в малиновой жилетке, и мы вошли внутрь. Пройдя ресторан и бар, мы очутились в игральном зале. Тут было вовсе не так ярко и громко.
У входа мы остановились и огляделись.
– Пойду отыщу нашу клиентку, – сказала Алина. – А ты не шастай без толку – не дай бог, она тебя заметит.
– Меня волнует один маленький вопрос… – как бы между прочим обмолвился я.
– Ну? – довольно грубо отозвалась Алина.
– Как вы собираетесь ее брать?
Она приподняла край своей черной юбочки. На бедре в чехольчике был прикреплен тонкий инсулиновый шприц. Я вспомнил инъектор Навигатора и излишне нервно спросил:
– Что это?
– Снотворное. Особая формула. Укладывает моментально слона или мышку с одинаковой эффективностью без до-зирования и вреда для организма.
Успокоенный, я кивнул и отошел к ближайшему столу, за которым играли в Блэк Джек.
Алина вернулась в сопровождении Фаины.
– Она выиграла почти десять тысяч и не намерена останавливаться, – сообщила Фаина. – Надо видеть, как она играет в рулетку! Денис, скажите, зачем ей столько денег? Дурацкий вопрос, конечно, но не в нашей ситуации…
– Возможно, она хочет купить квартиру, – предположил я.
– Зачем? – удивилась Фаина. – Разве у нее не было квартиры? Я так поняла, что вы расстались у нее дома…
– Да, – нехотя произнес я. – Но, понимаете, дело в том, что она не может вернуться на прежнюю квартиру. Мне кажется, ее пасут.
– Кто? – настороженно спросила Алина.
Я отвел взгляд… и оцепенел.
– Вот они!.. – изменившимся голосом прошептал я, стараясь скрыться за Фаиной.
У входа, оглядываясь, стояли трое в серых костюмах. Те самые, с которыми я столкнулся в подъезде дома Лизы.
– Вы не могли бы посторожить мои фишки? – спросила Лиза у весельчака. Тот, уже порядком утомленный, несколько раз ходил в бар, выпивал сам и приносил Лизе сок со льдом. Но оторваться от этого зрелища он был не в силах: ему хотелось узнать, чем все это кончится.
– Да, конечно. – Он присел за стол на место Лизы у большой кучи фишек.
– Спасибо, вы очень любезны. Я сейчас вернусь.
– Еще бы! – сказал весельчак, раскладывая фишки по номиналу. – Тут же тысяч на десять пластмассы!
Лиза отошла от стола с рулеткой, но направилась не в дамскую комнату. Она вошла в дверь с надписью «Только для персонала» и поднялась по лестнице. Неторопливо идя по коридору, она почувствовала за собой шаги и обернулась. У лестницы стояли двое охранников. Она посмотрела в другую сторону: та же картина. Тогда Лиза наклонилась и стала медленно расстегивать ремешки на туфлях.
Смирягин в сопровождении двоих охранников подошел к троице в серых костюмах.
– Могу я взглянуть на ваши удостоверения? – спросил он уверенным тоном хозяина, которому нечего бояться проверок со стороны государства.
– Конечно, – ответил самый старший, солидный подтянутый мужчина лет пятидесяти.
Смирягин внимательно осмотрел книжечку и удовлетворенно вернул ее.
– За каким столом она играет? – спросил старший.
– Она поднялась в служебную часть казино, – ответил Смирягин. – Но мои люди ее контролируют.
Старший переменился в лице. Ровным, но напряженным голосом, делая ударение на каждом слове, он произнес:
– Господин Смирягин, вам запретили самодеятельность.
Смирягину этот тон не понравился.
– Вот черт! – процедил он. – Посторонний человек проник в служебное помещение. Это моя работа, полковник. Объясните про вашу юрисдикцию кому-нибудь другому, не капайте на мозги.
– Речь идет о вашей безопасности.
Смирягин пренебрежительно усмехнулся:
– С девкой как-нибудь справимся.
Старший переглянулся со своими спутниками.
– Там четверо человек, – добавил Смирягин, поймав этот взгляд. – Сейчас ее доставят.
Трое направились к служебному входу. Старший бросил не оборачиваясь:
– Нет, господин Смирягин. Ваши люди уже мертвы.
Смирягин, как загипнотизированный, последовал за ними. Они поднялись на второй этаж, где находились комнаты крупье, кухня и номера. Затем прошли на третий. Свернув в коридор, агенты остановились. Смирягин, шагнув вперед, замер как вкопанный.
На полу лежали четверо мужчин в черных костюмах. Один из них, кряхтя и постанывая, медленно поднимался на локте, держась другой рукой за затылок. Трое других не шевелились. На белой стене тоненькими дорожками стекало красное жидкое пятно. Один из тех, что не шевелился, лежал оскалившись и закатив глаза. На его шее зияла багровая рваная рана. Дальше, на зеленой ковровой дорожке стояла пара изящных женских туфелек из черной замши.
– Ну, что стоите! – прикрикнул старший агент. – Вперед, за ней! У вас есть еще люди в здании? На этажах? —Смирягин, медленно приходя в себя, кивнул.