Я побрела по подвальным коридорам, нащупывая в кармане штанов пачку с сигаретами. Луч фонаря выхватывал в полумраке плесень, мох и известковые сосульки на стенах. Свернула вправо, в небольшое помещение. Наверное, отсюда по всему дому велся розлив воды и отопление в квартиры. Половина конструкций отсутствовала, но останки напоминали элеватор. Присела на одну из труб. Закурила. После долгого отсутствия никотина закружилась голова. Я наслаждалась сигаретой, разглядывая окружающее пространство. В пачке осталась последняя. Как же я буду дальше? Бросать курить сейчас в мои планы не входило. Попасть в немилость к приютившему меня Черту тоже совсем не хотелось.
Когда вернулась, Ильи в помещении не было. Угли полностью прогорели, и в комнате стало прохладно. Уходя, Черт оставил на полу возле очага зажженную керосинку. Я присела на топчан, чувствуя ломоту в суставах. Вчерашний полет не прошел даром. Хорошо хоть, была в теплой одежде. Только поэтому кости остались целы. Затылок, правда, побаливал.
Потрогала шишку, набитую при падении. Больно. Бедная моя голова! Хотела взять в рюкзаке аптечку, но обнаружила, что моего мешка в комнате нет. Пока гадала, куда он мог запропаститься, вернулся Илья:
— Я уже подумал, ты там насовсем пропала, — ухмыльнулся он, вздернув одну бровь. — Заблудилась?
— Немного.
— А я уже почти все отсюда унес. Только арбалет осталось забрать да тебя.
Он подошел ко мне совсем близко. При тусклом свете керосиновой лампы я видела, что он улыбается уголками губ и его все время смеющиеся глаза. В зрачках отражаются отблески коптящего огонька. Этот взгляд почему-то пугал. Я сидела, задрав голову, и пялилась на возвышающегося надо мной сталкера. Наверное, вид у меня был дурацкий. Илья вдруг расхохотался в голос:
— Да не бойся ты меня, ребенок!
Господи, как же глупо на самом деле! Он так заразительно смеялся, что этот заряд позитива передался и мне. Черт протянул обе руки, помогая встать. И…неожиданно обнял.
Я замерла, не зная, как поступить. Просто стояла истуканом в теплых объятиях, смотря в пол. Он шумно выдохнул и разжал руки. Еще какие-то секунды мы стояли вплотную друг к другу. Я подняла голову. Илья пристально смотрел мне прямо в глаза. Сейчас взгляд его был серьезным.
— Ты все время так смотришь, что я чувствую себя людоедом, — спокойный, но слегка севший голос. — Чего ты меня боишься? Я не обижу тебя, мелкая.
Я не могла отвести глаз, видя только отражение пламени, подрагивающее в его зрачках, смотрела и не шевелилась, словно под гипнозом. Сейчас он не пугал меня. Совсем. Сталкер тихонько коснулся пальцем моего носа, улыбнулся:
— Пойдем.
На улице вьюжило. Я натянула шапку на уши. Мы шли вдоль дома, когда послышался звук мотора. Далеко в темноте замаячил свет фар. Черт молниеносно схватил меня за руку и бегом затащил в ближайший подъезд. Мы стояли в тамбуре, переводя дух. Мимо дома медленно проехал автомобиль.
Илья, видимо, почувствовал, что сейчас я что-то скажу, и, покачав головой, прислонил палец к своим губам.
Через некоторое время он выглянул из подъезда. Решив, что все спокойно, шепотом позвал меня. Мы продолжили свой путь.
— Кто это был? — не удержалась я от вопроса.
— Охрана. В этих кварталах они бывают нечасто. А сегодня вот решили проехаться. Здесь, на самом деле, народу не так уж и мало можно встретить. Туристы-экстремалы всякие. Таких патрули ищут и выпроваживают из Зоны. Некоторых охранников знаю. Они в курсе, что я тут бываю. Но для них меня не существует. По договоренности. Они ведь тоже люди.
— Зачем тогда мы прятались?
— Береженного Бог бережет, — сталкер пожал плечами. — Поймали бы и меня отпустили, а тебя — нет.
Я то и дело спотыкалась, пока, наконец, не подвернула ногу. Вскрикнула от боли и остановилась. Илья обернулся:
— Ты чего?
— Кажется, ногу подвернула.
— Эх ты, — он тихонько щелкнул меня по носу. — Ну? — подставил руки. — Забирайся. Донесу. Тут рядом. Держи, — сунул мне в руки фонарик, — в подвале светить будешь, а то вместе свалимся. — Легко подхватил меня и пошел.
Мне было до жути неловко. От меня у него сплошные проблемы. Но я не знала, что мне сделать или сказать, чтобы не чувствовать себя виноватой. Илья тащил меня на руках, казалось, не замечая тяжести ноши. В его крепких руках я чувствовала себя маленькой девочкой. Было уютно и не страшно. От Черта пахло костром и сигаретами. Держась за шею сталкера, вдруг поймала себя на мысли, что мне симпатичен этот человек.