Через час Илья куда-то ушел, и Хромой возобновил свои нападки. Пес сначала не вмешивался, иногда негромко смеялся, занятый какими-то своими делами, но вскоре и ему это надоело:
— Санек, да хорош уже. Совсем девчонку заклевал, — он, согнувшись, вошел в комнату и присел возле меня на топчане. — Не обращай ты на него внимания, Вик.
— Пес, ты думаешь, добренький будешь и сразу примажешься? Она к Черту пришла, тебе не даст, — Хромой оскалился и наконец-то свалил.
— Я не примазываюсь, — Мишка искоса глянул на меня, сунул мне конфету и пошел к выходу. — Ты если поесть захочешь, говори. Там тебе Черт оставил. И за крысу не злись.
Заглянула в оставленную пачку. Она была почти полная, может, двух-трех штук не хватало. Закурила. Дым царапал легкие непривычной крепостью. Читать не получалось. Встала размяться, медленно ходила по комнате, смотрела себе под ноги, затягиваясь и осторожно выпуская струйки табачного дыма. Задумавшись, не заметила, как в комнату вошел Илья. Натолкнулась на него, чуть не уронив сигарету.
— Докуривай и будем выходить, — сказал он, пристально смотря на меня. — Полчаса на сборы.
***
Когда все были готовы и вышли на улицу, Илья спустился в подвал, проверить, все ли в порядке, и забрать арбалет. Такого оружия раньше мне видеть не приходилось. Это был небольшой, добротный самострел, ручного изготовления. Здесь не стоило лишний раз привлекать к себе внимание любого из многочисленных обитателей Зоны. Будь то охрана, мародеры или залетные туристы. Поэтому бесшумное оружие было очень ценным. Оно могло защитить, с ним было можно охотиться. Конечно, не на медведя, но для добычи любого мелкого зверья арбалет был вполне подходящим.
Вечернее Солнце клонилось к горизонту, отбрасывая на нас свои негреющие лучи. Тени деревьев вытягивались, отпечатываясь на снегу фиолетовыми пятнами. В морозном воздухе искрились мелкие снежинки. Припять провожала нас полным безмолвием.
Мои спутники были нагружены под завязку. То, что не сумели нацепить на спину или взять в руки, было решено забрать со второй ходкой. Мужчины шли впереди меня и негромко переговаривались. Иногда Илья оборачивался, словно проверяя, иду я с ними или нет. Меня это немного нервировало.
Мертвый город остался позади в синих вечерних сумерках. Все так же безмятежно смотря нам вслед черными глазницами оконных проемов.
Я шла по следам троицы, гоняя в голове про вчерашний вечер и это утро. На душе было муторно. Мало того, что Черт умудрился скормить мне какую-то крысу, вчера это стало темой для плоских шуток Хромого. А утром, так и вообще, сделал из меня посмешище. Его гости весь день ржали при виде меня, особенно веселился Сашка, отпуская в мой адрес глумливые реплики.
Полдня просидела одна в пустой комнате, служившей ночлегом Псу и Хромому, уткнувшись в книжку. При этом смысла ни единой строчки из нее я так и не уловила. Не хотелось ни есть, ни спать. Только бы не попадаться им на глаза. Особенно Хромому. А Илья только раз цыкнул на него и больше за меня так и не заступился. Снова вспомнила про то, что Фаза меня подарком для Черта посчитал. А если эту байку тут все знают? Бред какой-то. Такого подарка он точно не получит. Во всяком случае, этим подарком буду не я.
Черт в очередной раз оглянулся. Возможно, я шла слишком медленно, Пес и Хромой были уже далеко впереди. Сталкер остановился, дожидаясь, пока я догоню его. Завязнув где-то далеко, в своих мыслях я даже не заметила, что мужчина стоит и пристально смотрит на меня. Я злилась на него. Хотелось изо всех своих девичьих сил, что есть мочи, поколотить, попинать его в этих сугробах и оставить здесь валяться и мерзнуть. Наклонилась и зачерпнула горсть снега, в секунду скатала из нее шарик и со злостью запульнула в Илью, только после увидев, что он стоит и недоуменно наблюдает за моими движениями.
Снежок глухо ударился ему в грудь и тут же рассыпался. Он косо, как-то невесело усмехнулся:
— Какая муха тебя укусила?
— Отвали.
Он вдруг остановил меня, схватив за плечи:
— Да что случилось-то, мелкая?
Я отступила, пытаясь освободиться из его хватки, но мужчина, крепко удерживая меня на вытянутых руках, стоял и ждал ответа:
— Если я тебя обидел, то я даже не знаю, чем, — наконец, выдал он. — Скажи, я, может, прощения попрошу. Или ты только для того меня через всю Зону искала, чтоб друг другу настроение теперь портить?
Подняла на него глаза. Илья выглядел растерянно. В сумерках этот взгляд действовал, как транквилизатор, но ничего объяснять ему прямо сейчас мне не хотелось:
— Давай, потом поговорим, — ответила, чувствуя, как он отпускает из своей хватки мои плечи.
— Эй, новобрачные! — донесся до нас дурацкий смех Хромого. Я недовольно хмыкнула.— Чего вы там встали? По дороге все свои отношения выясните. Идти всю ночь!
— Да не ори ты, — негромко отозвался Черт. — Идем уже.