И в нем было даже нечто забавное, родственное чувству юмора. Юмор этот был детским или подростковым, навроде того, с каким часто сталкиваешься, когда молоденькие особи пытаются своим поведением вогнать в краску, уязвить взрослых, доводя всё до крайности и заостряя все противоречия, ловя старших на слове и демонстративно соединяя несочетаемое во всех формах своего поведения, всецело погружаясь в исследование таких волнующих тем, как сексуальность, телесные отходы и вообще — все постыдное, грязное, унизительное, сопряженное только с элементарной биохимией и продолжением рода.
Тем не менее сцены, являвшиеся ее глазу, несомненно были забавны. В своем, весьма ограниченном, роде.
Когда Прин прошел на ту сторону, а она не смогла, когда голубое мерцающее сияние, за которым она следила периферическим зрением, внезапно отвердело и отбросило ее, она отлетела к развалинам мельницы и свалилась на мокрые доски настила. Она успела заметить, как голубой туман рассеялся, и поверхность портала приобрела серый металлический оттенок.
Она слышала, как визжат, осыпают друг друга проклятьями и стонут мельничные демоны. Они только-только выбрались на этот уровень из подпола, куда Прин, в обличье еще более крупного и хищного демона, загнал их несколькими минутами раньше, перед тем, как прыгнуть в сияющий портал, крепко прижимая ее к своей необъятной груди. У нее возникло впечатление, что демоны, которых Прин так основательно поколошматил, даже не заметили ее присутствия.
Она не двигалась с места. Бежать некуда и незачем. Они ее все равно найдут, и, должно быть, очень скоро, а пока ей досталось несколько бесценных мгновений покоя, чтобы полежать в относительном одиночестве. Потом преследователи наверняка доберутся до нее.
Прин ушел.
Он и ее попытался забрать из этого жуткого места. Куда бы ни вел окруженный голубым сиянием портал, она этого уже не узнает. Он прошел на ту сторону, а она осталась здесь. Или, возможно, он по своей воле оставил ее здесь.
Стоит ли сожалеть? Вряд ли. Если он все же был прав в своих сумасбродных утверждениях, и по ту сторону портала течет иная, пресуществующая, свободная от пыток жизнь... что ж, пусть обретет то, к чему так стремился. Если же его поглотило небытие — подлинное, окончательное, реально достижимое небытие, это все же лучше, чем непрестанные страдания, и тогда ей тем паче следует порадоваться за него.
Впрочем, не менее вероятно, что Прин угодил в иную часть Реальности, которую предпочитал называть Преисподней. Быть может, там творится что-нибудь пострашнее, чем по эту сторону. В таком случае она вытянула счастливый билет, оставшись тут. Ее подвергнут новым пыткам, новым унижениям и издевательствам, она знала это. Но участь Прина могла быть даже более горькой. Ей не хотелось думать о том, что ждет ее впереди, но гадать, что станется теперь с Прином, было еще хуже. Но заглушить в себе такие мысли было бы бесчестно. Она заставила себя думать об этом. Если правильно подготовиться к будущим мучениям, если предварительно обдумать, с чем ты можешь столкнуться — с чем мог столкнуться он, что бы с ним теперь ни делали по ту сторону, — и выработать линию поведения, ужас можно немного ослабить, и, когда момент пытки настает, шок уже не столь силен.
Она задумалась, увидит ли его еще когда-нибудь. А нужно ли это? Кто знает, что они с ним сделают, на кого он будет похож. Он нарушил установленные в этом месте правила, законы, по которым все здесь существовали; он посмел посягнуть на основополагающие установления Адского миропорядка. Его кара будет ужасной.
Как и ее собственная.
Она услышала, как один из демонов что-то произнес. Не совсем понятно, что именно, однако в его возгласе явственно прозвучало удивление, даже восторг. Она поняла, что обнаружена. Жуткие лапы простучали железными подковами по настилу. Подковы замерли рядом с ней.
Ее бесцеремонно подняли в воздух за оба хобота, и она повисла, пытаясь как-то прикрыть лицо руколапами, но безуспешно. Ее тряхнули, но под неожиданной для преследователя тяжестью тела хватка внезапно ослабла. Она мельком увидела длинную, заросшую густой шерстью морду демона, два глаза вперились в нее. Она крепко зажмурилась.
Демон загоготал.
— Не смогла сбежать? Это плохо!
От него несло гнилым мясом.
Демон поудобнее перехватил ее и рысью взбежал по пандусу.
— Глядите, кого я нашел! — радостно заорал он, обращаясь к остальным.