Йиме сбилась с шага, взглянула на Химерансе, потом повернулась к похожему на скелет дрону Бодхисаттвы, которого собирали по кусочкам. Наряду с Разумом корабля дрон представлял собою один из немногих фрагментов Бодхисаттвы, годившихся не только на переработку для повторного использования.
— Они все погибли? — переспросила она упавшим голосом.
Ей вспомнились элегантная старушка Двелнер и порывистый, слишком серьезный Нопри, которого убивали и воскрешали столько раз, что она бы на его месте уже потеряла счет.
— Это весьма вероятно, — признал дрон. — Мне очень жаль.
— Это наша вина? — Йиме нашла в себе силы тронуться с места, но ее качало. — Мы тому причиной?
Она снова остановилась.
— Я это натворила?
Она замотала головой.
— Там что-то случилось, — сказала она внезапно. — Я вспомнила... Какой-то спор, разногласия, что-то... я ее чем-то разозлила. Что-то не так сказала, что-то не то сделала... — Она постучала костяшками согнутых пальцев по виску. — Что же это было? Что же там такое стряслось?
— Представляется вероятным, что нам стоит разделить техническую ответственность поровну, сделать ее коллективной, — мягко сказал дрон. — К сожалению, чья-либо конкретная вина в таком случае труднодоказуема: убийственная нестабильность, в которую впала бальбитианка, уничтожила все следы. Но вполне возможно, что гнев уже упомянутых видов/цивилизаций, чьи посланники и граждане погибли в ходе бальбитианского инцидента, обратится именно на нас. То несомненное обстоятельство, что поведение самого этого существа чрезвычайно труднопредсказуемо, а мы были его первыми жертвами (и нам малого не хватило, чтобы открыть список первых смертей), вряд ли что-то значит для тех, кто примется призывать проклятия на наши головы.
— О, мне так жаль, — со вздохом уронила Йиме. — Будет Дознание, не так ли?
— И, думается, не одно, — покорно согласился дрон.
— Прежде чем рассуждать о печальных последствиях, — заметил Химерансе, шумно прочистив горло, — нам неплохо бы проложить немедленный курс.
— Наша цель — госпожа Юбрек, — ответил дрон Бодхисаттвы. — В этом смысле наша миссия не претерпела изменений. Они последуют незамедлительно, если поступки или намерения этого лица утратят чрезвычайную значимость, но в настоящее время мы склонны полагать, что все события закрутились именно вокруг нее, и через нее мы сможем повлиять на их ход.
— Несомненно, — продолжил Химерансе, — поступки и намерения господина Вепперса обладают не меньшей значимостью.
— Как и таковые — госпожи Юбрек, — вмешалась Йиме, которая уже прошагала до дальнего угла гостиной и пустилась в обратный путь: у нее не было сил стоять неподвижно, — если ей повезет подобраться к нему на расстояние выстрела или удара каким бы то ни было оружием.
— Последние сведения, доступные нам, указывают на то, что господин Вепперс находится в Чжунцзунцанском Вихре, на планете Вебецуа, в пещерном городе Айобе, — сказал дрон.
— Значит, летим туда, — отозвался Химерансе, явно колеблясь. На его лице проступило удивленное выражение. — О! Ресторианская миссия Культуры на Цунгариальском Диске только что обнаружила признаки строительства кораблей в зоне, пострадавшей от Вспышки дилетантского роения, — добавил он.
— Как много там этих кораблей? — спросила Йиме.
Ответил дрон Бодхисаттвы.
— По одному в каждом фабрикаторе, который они успели обследовать, — сообщил он.
Йиме застыла как вкопанная.
— Сколько фабрикаторов они уже осмотрели? — спросила она. Ее взгляд метался от дрона к аватару.
— Около семидесяти, я думаю, — ответил Химерансе.
— Они действуют с похвальной быстротой, но Вспышка распространяется еще быстрее, — добавил дрон. — Довольно представительная выборка.
— Это значит?.. — начала Йиме.
— Это значит, — сказал дрон, — что все фабрикаторы могут быть задействованы в строительстве кораблей.
— Все? — У Йиме глаза полезли на лоб.
— Говоря более сдержанно — подавляющее большинство из трехсот миллионов, — сказал дрон.
— Этого нам только не хватало! — возопила Йиме. — Но зачем им триста миллионов кораблей?
— Можно начать войну, — предположил дрон.
— Располагая таким количеством кораблей, — заметил Химерансе, — можно не только начать войну, но и выиграть ее.
— И все же мы отправимся туда, — настаивал дрон.