Все ее тело плакало навзрыд.
Наступило время прощального поклона.
Спасибо всем. Спокойной ночи...
— Это ты тот чувак, с которым мне надо побазарить?
— Я не уверено. С кем конкретно вы бы хотели поговорить?
— С тем, кто у вас тут главный. Это ты?
— Я Адмирал-Законотворец Беттлскруа-Бисспе-Блиспин III. Моя привилегия — командовать силами ГФКФ в этом секторе пространства. А вы кто?
— Я военный корабль Культуры в-человечьей-шкуре, мое имя За пределами нормальных моральных ограничений.
— А, так это вы тот самый корабль класса «Палач», которого, как нам сообщалось, сюда направили? Как вы кстати! Мы — ГФКФ и наши друзья из миссии Культуры на Цунгариальском Диске — находимся под непрерывной и тяжелой атакой. Мы отчаянно нуждаемся в любом подкреплении, так что мы вам очень рады.
— Слышь, так это же был я. Я просто притворялся «Палачом».
— Притворялись? Я...
— Чувак, тут вот какая непонятка вышла. Вы меня обсели со всех сторон. Совсем недавно. Целая блядская эскадра: один флагманский корабль, четырнадцать поменьше и прорва кораблей поддержки плюс несамостоятельные оружейные платформы. Ну, мне пришлось их всех вырубить на хер. Извини.
Беттлскруа уставился в лицо похожему на человека существу, которое обращалось к нему с экрана.
Адмирал-Законотворец разместил свой штаб на Мечте, превосходящей ожидания — то был его флагман, один из трех кораблей класса «Глубочайшие извинения», которыми он командовал. Беттлскруа лично приказал Множественному натиску и его вспомогательной флотилии открыть огонь по кораблю класса «Палач», подоспевшему на поле боя. В ходе выполнения этой команды связь со всеми кораблями внезапно оборвалась; сперва все шло как будто бы по плану, но потом, очевидно, возникли проблемы. Корабли выпали из сети так быстро, что казалось невозможным, чтобы за столь краткое время их все могли уничтожить, поэтому в штабе Беттлскруа предположили, что пострадали сами коммуникационные устройства. Бесплодные попытки наладить связь с кораблями флотилии продолжались все время, что он вел этот разговор.
Хуже всего было то, что они потеряли из виду Вепперса на Сичульте. Согласно последним сведениям, поступившим буквально за минуты до этой неприятной беседы, в поместье Вепперса случился мощный взрыв, подробности происшествия уточнялись. Скорее всего, катастрофа имела место на пути флайера назад в главный дом. Беттлскруа пытался держать нервы под контролем и не думать о том, что эта новость может для него значить. Но теперь у него возникло ощущение, что держит себя в руках и старается не думать о неприятностях кто-то другой.
— Вырубить их всех? — повторил Беттлскруа осторожно. Это ведь не то, чего он боялся, ведь верно, ведь правда? — Прошу прощения, но мне не вполне ясен смысл неофициального термина, который вы только что употребили. У нас имеются некоторые сведения о столкновении, имевшем место за внешней границей системы...
— На меня напали без предупреждения, — сказало похожее на человека существо с экрана. — Я дал отпор. К тому моменту, как я закончил давать отпор, пятнадцать кораблей были уничтожены. Их не стало. Они удалены. Распылены на атомы. Ты пойми, прикол в том, что они выглядели точнехонько как корабли ГФКФ. В точности так же. Самый большой и вооруженный основательнее прочих очень похож на тот, которым ты сам сейчас управляешь. Класса «Глубочайшие извинения», если я не ошибаюсь. Странно, а? Что ты об этом думаешь?
— Признаюсь, мне сложно что-то комментировать. Ни один корабль ГФКФ никогда еще не атаковал судно Культуры.
Беттлскруа чувствовал, как у него что-то переворачивается в кишках, а кровь приливает к лицу. Он был очень близок к тому, чтобы вырубить все линии связи и отдышаться, привести мысли в порядок, найти в себе силы для ответа. Возможно ли, чтобы это... эта... это существо одним махом истребило почти треть его военного флота? Отважится ли он подтвердить, что корабли были посланы туда по его приказу? Чего хочет эта тварь? Провоцирует его на ошибку? Ищет оправдания для дальнейших своих действий?
Беттлскруа боковым зрением внимательно следил за своими офицерами на командном мостике. Они стояли очень тихо и старались не дышать. Их взгляды были скрещены на командире.
Человек на экране заговорил снова:
— Единственное, что мне приходит в голову: они ошибочно приняли меня за врага, который только притворяется кораблем Культуры.