Веселая прогулка, веселая осень в стенах обычного спортивного лагеря…. да и только.
Черт…
В моем мире снова на небе появилось солнышко.
Рада? РАДА ЛИ Я???
Не знаю…. еще не знаю.
Ведь за всё придется платить. ЗА ВСЁ.
И я уже знаю, какой счет будет предъявлен мне.
Вот привыкну…, привыкну, уверую…
Открою душу — и боль расставания тут же разрежет меня пополам…
… едва разверну свой кокон, едва раскроюсь — как тут же судьба ржавые гвозди в сердце заколотит, и лишь тихий, жестокий хохот известит о моей гибели, очередной, повторной гибели…
Что нам светит? Что? Четыре встречи. Всего четыре прекрасных… на грани счастья, на грани рая, бездумного, беспечного, сумасшедшего рая встречи…
… а дальше, дальше Что? -
ПРОПАСТЬ.
И снова одиночество…
… только уже с кровоточащим сердцем.
Стоит ли оно того? Стоит?
Нет.
Тогда почему я все еще здесь? Почему рядом с ним? Почему боюсь/не хочу уйти?
Будто маленький ребенок, ухватилась мысленными щупальцами за своего родненького человечка… и страшно оторваться,
отпустить.
— Черт, кто-то идет.
— Где?
Но вместо слов — резкий рывок, толкнул, пнул меня к дереву и прижал собой.
— Замри, — едва слышно… на ухо.
Теперь и я слышу шорох.
Идут…
Глаза робко скользнули по его груди… верх… к подбородку, к губам, еще чуток — и коснулись несмелым взглядом глаз. Испуганно, стыдливо дрогнула… и вновь скатилась к губам.
Так близко, так близко…. И не дышать, не дышать — … от волнения дрожат, мерзнут руки, немеет спина, укрываясь настом, и бьют эмоции жарким пульсом внизу живота.
Но не страх, не страх это
(что увидят, найдут).
Нет,
… в голове сейчас совсем другие мысли, чувства… переживания.
Так близко, что чувствую его дыхание своей кожей…
И еще больше дрожу, дрожу… от каждого порыва волнующего тепла.
Не отрывается взглядом и он от меня.
Пристально рассматривает, жадно изучает
— и было уже наплевать, что где-то там… враги,
и буквально одно-единственное неправильное движение, звук —
и разоблачат нас, как сопливых воришек.
Едва заметно облизался… резкий рывок — и вдруг прилип, прильнул к моим губам поцелуем.
Смелым, настойчивым, но
… нежным.
Еще мгновение —
отстранился на долю секунды,
дабы снова дотронуться, вновь почувствовать сладость касания.
Ответила…
(до боли сдавливая, душа разум)
… ответила, упиваясь диким, безрассудным счастьем.
Глава Тридцать Шестая
Тяжелая неделя. Слишком…. Чтобы вынести всё в одиночку, и не свихнуться.
На весах у меня… с одной стороны счастье, а с другой — рассудок, предсказывающий невероятную боль.
Скажите, на милость мне, какой здравомыслящий решиться на что-то серьезное…. когда на кону выставлены всего лишь… четыре встречи. Ч Е Т Ы Р Е.
И при этом одна из них уже состоялась.
Просто играть? Развлечься?
Но… НЕ УМЕЮ Я ТАК. Не умею я врать, играть. Притворяться в чувствах. НЕ УМЕЮ.
Если прыгать в воду — то с головой, если отрезать — то топором, а не пилкой.
Неправильная… неправильная я… И что?
Не моя вина.
Я выбираю ИЗБЕЖАТЬ боли.
Не могу, не могу сознательно убить себя, пусть даже морально. Убить, разорвать, растоптать.
Не могу.
Знаю, будет неприятно, больно отказаться от счастья, но это — ПРАВИЛЬНО.
Так НУЖНО.
Я буду его избегать. Избегать.
Черт, тогда почему лихорадочно считаю дни, часы до воскресенья? Почему только и сниться мне, как я его ищу, ищу, ИЩУ????
Господи, почему ты молчишь? Почему не поможешь справиться?
Забыть…
— Света, так ты мне так и не ответила, как это ты рассказала ему, где я была?
Застыла. Застыла, замерла.
— Я не пойму, я сделала что-то не так? Он — мудак? Или что?
— Нет. Нет, конечно. Всё хорошо… Наверно.
— Наверно? — (удивленно дрогнули брови)
— Нет. Точно, всё нормально, просто… я думала… — (замерла, боясь продолжить)
— Ах, Рамич? — (догадалась; — тяжелый вздох) — Рамич. Нельзя же всех под одну гребенку… Да и потом, Данила мне показался вполне скромным, нормальным парнем. Думаю, почему бы и нет. Тем более, я тебя без боя не сдала.
— Без боя?
— Ага, — и коварно замигала бровями.
— Ну, расскажи!
— Не-а. Я пообещала, что результаты моего допроса будут тайными.
— Ты издеваешься?? Быстро колись! Иначе побью!
— СВЕТА!!!
— Ладно, — расхохоталась. — Только выборочные моменты…
— ЧТО? Ну, всё… ДЕРЖИСЬ У МЕНЯ!
— Хе-хе… Я не боюсь.
— Лерка, чего голову ломаешь? Чего дохнешь от мыслей? Юлька уже тебе санитаров хотела вызывать.
(усталый взгляд в глаза девчонкам)
— Я же не буйная…
— Ну, эт пока… — радушно рассмеялась Юля.
— Да, да. Это пока, — тут же поддержала ее и Светка.
— Предатели.
— О-хо-хо. Так ты расскажешь, что с тобой?
— А что? Что со мной? Весна… мать ее за ногу.
— Весна? И это в средине октября?
— Ага. И такое бывает.
— Всё Данька в голове?
— Угу… Уже не могу от этого.
— Да что там. Быка за рога — и в стойло.
— Оч-чень смешно, Света.
— Так а что на них смотреть? Так и до старости не решаться.
— Боюсь лишний раз напомнить, что это он ко мне первый стал проявлять интерес. Нашел, отыскал…
— Да, да. Конечно. И привязал.
— И привязал.
— Эх, жаль, что резиночки не выдают в нашем Медкорпусе.
— Резиночки? Какие резиночки?
Эээ… — (дошло) — ФУ, СВЕТА!!
— А что Фу? Что Света? Я дело говорю. Это мы с Юрчиком уже так… прерванным.
— Боже, Киряева. Ты свихнулась уже на…
(передернула бровями)
— Я люблю Юру. Так почему не могу позволить себе с ним близость?
— А забеременеть не боишься?
— Боюсь.
(промолчала я; молчит и Юля;
чертова неловкая пауза — пытаюсь выкрутиться)
— Ты любишь его… А я Данилу знаю только один день. Так что, может, не будешь нести тут всякую чушь?
(показала язык — обиделась)
— И что? Судя по тому, как ты сходишь с ума… по нему.
— НИ ПО КОМ, — (резко вскочила со стула) — Я НЕ СХОЖУ С УМА. Просто нравиться. И всё!
— Не кричи.
— Я не кричу. Так что СЕКСОМ я ни с кем не собираюсь заниматься! ЯСНО?