Этой армии не было числа. Она стремительно шла на нас. Бренчали патроны. Заканчивались магазины.
Кровь. Миллионы литров крови и кипящей слюны выливалось из убитых тел. Они окружали меня. Ползли, желая пожрать мое желание жить и убивать. Высосать мою непокорность и упорство, упрямство и стойкость. Орды мутантов жалили, били, царапались. Изрыгали проклятия на своем инопланетном языке. В них не было ничего земного. Они пришли будто из другой реальности. Реальности, где нет места радости или даже печали. Лишь ярости, боли и неугомонному желанию есть.
Я стрелял. Казалось, я стрелял уже всю свою жизнь. И несмотря на всю безбожность и сумасшествие всей битвы, это было лишь жалкое мясо. Жалкое бесформенное пушечное мясо, которое не жалко пустить в бой. Эти твари не стоили ничего. Их рожали толпами. Выплевывая из матки и не давая имена.
— Ну давай же, заканчивай уже свой ритуал, — я обращался к Кристине. Скорее всего, она и не слышала меня. Читая заклинания, ведьма полностью уходила в мир предков. Но я чувствовал, что скоро это кончится. К сожалению, это чувствовал не я один.
Из озера вылезло существо, размерами напоминающее синего кита. На его спине жадно смотрели сотни глаз. На брюхе торчали мохнатые лапы. Хвост больше напоминал крылья мухи. Скорее всего, тварь даже не вылезла из озера полностью. Она издала яростный рев и всем телом обрушилась на ту часть берега, где не было людей. Пламя перебросилось с земли на кита, он снова издал свой клич и исчез в пучине портала, но этого было достаточно, чтобы образовать брешь в моем капкане и дать выйти из портала тем, кому нужно было выйти.
Многих монстров, что убежали в лес, я даже не запомнил. Но одно существо врезалось в память навсегда. Это был человек. Может, не в душевном плане, но в физиологическом. Издалека было видно, что он только формируется. Обретает свое человеческое тело. Его серебристая кожа была лишена любых признаков пола. На голове не было лица. Но оно смотрело. Оно смотрело прямо в душу. Читало меня насквозь. Впитывало мои эмоции. Наблюдало и запоминало. Не выдержав, я стал стрелять. Существо даже не обратило внимания на мою агрессию. Оно постояло так еще несколько секунд, после чего бросилось бежать.
— Я закончила. Я закончила! — Кристина, все еще сидящая на коленях, счастливо посмотрела в мою сторону.
Портал действительно стал закрываться. Медленно, начиная с берега, озеро вновь стало обретать стеклянный цвет. Это было похоже на то, как вода быстро превращается в лед.
Кристина улыбалась и шептала лишь два слова: мы справились!
Не успев закрыться, портал вновь выкинул из себя огромного кита. Он вмиг открыл свою пасть, и та с хрипом закрылась на молодой девушке. Нижняя часть ее тела безвольно упала на песок. Инопланетный кашалот извернулся своим телом и со вздохом выплюнул вторую половину девушки аккурат рядом с первой, после чего погрузился в жидкость и исчез навсегда. Озеро треснуло и разбилось на части, снова превращаясь в воду.
— Твою налево! — громко выругался Игорь, глядя на мертвое тело девушки. — Это ж… черт… Твою… Ну…
— Ко мне скоро полетят письма из прокуратуры, Кирилл. Что мне им отвечать? Может, ты мне с ксивой своей поможешь, а? — сержант был на взводе.
— Ее просто пополам сломало. Это ж надо. Огромный… Что это вообще за на хрен был?! — продолжал свое удивление Игорь.
— Не похоже на великую победу. — Макар подошел к телу девушки и закрыл ей глаза.
— Я сожгу тела, а вы отвезете Кристину в морг. Проблем с прокуратурой не будет. Медведь подрал.
— Ты сейчас серьезно? Вот так просто все? Человек умер, Кирилл. Ты ведь с ней общался. Вас не раз вместе видели. Тебе будто все равно.
— Да что ты к нему пристал? За его непробиваемостью скрыта печаль. Делай, как говорит.
Макар ошарашенно повернулся к Игорю, но ничего не сказал.
Ребята быстро погрузили труп в машину к механику, собрали все музейные экспонаты и уехали. Я же попал в день сурка. Каждый день я сжигаю гребаные трупы умерших монстров. Каждую ночь в небо летит дым от сотни литров бензина. И каждый день эти тела увеличиваются в сотни раз. Десять минут битвы и несколько часов гребаного сжигания гребаных тел. Неистовая злоба пробирала меня до костей. Что за ней скрывалось? Действительно печаль? Вдох. Выдох. И так до тех пор, пока все эти мысли не выйдут из головы.
Дышал я минут пять. После чего принялся за любимое дело. Кажется, злость не уйдет. Слишком много мыслей. Сколько монстров успело выбежать из портала? Кто этот серебристый человек? Нужно заниматься делом. Я успею подумать об этом после.