- Тебя милиция ищет, что ты натворила? Убила кого-нибудь?
- По-твоему, это смешно? - удивилась я.
- Не очень. Меня уже замучили, городят какую-то чепуху: ты похитила ребенка, вас везде ищут.
Я немного похлопала глазами, стараясь прийти в себя.
- Так и сказали?
- Я понимаю, что это чепуха, - затараторила Лариска. - Наверное, есть какое-то разумное объяснение. Зачем тебе ребенок, что это вообще за ребенок и что, черт возьми, происходит?
- Не знаю. У меня нет разумных объяснений. Я грязная, голодная, я не могу пойти домой...
- Слушай, Сашка, из милиции дважды приезжали, еще я видела их машину вечером. Это ни на что не похоже, но они за мной следят.
- У кого из наших они были? - спросила я, громко стуча зубами.
- У всех. Ты ведь не агент иностранной разведки? Агенты не бывают такими, как ты... Что ты натворила, а?
- Мне нужны одежда и квартира...
- А самолет тебе не нужен? Говорю, они следят... О господи...
- Перестань кудахтать, - разозлилась я. - Ты ничего не понимаешь, а я понимаю еще меньше. Кто-то убил Андрея, а теперь хотят убить меня. Весело, правда?
- А почему тебя ищет милиция?
- Понятия не имею. Человек, который занимался убийством Андрея, оказался в больнице, его сбила машина. Может, случайно, а может, и нет. Проверять мне не хочется, и в милицию я пока не пойду. У меня ни копейки денег, я боюсь идти к себе, и ты должна мне помочь...
- Это, конечно, ни на что не похоже, но я точно знаю, что еще пару дней назад ты не была сумасшедшей. Что я, по-твоему, должна сделать?
- У тебя есть ключ от моей квартиры, сходи туда... нет, не пойдет. Если они действительно следят за тобой, поймут, что это неспроста, и начнут задавать вопросы.
- А я пошлю их подальше и скажу, что беспокоюсь о подруге.
- Отлично, только они отправятся за тобой, и передать мне вещи ты не сможешь...
- Мои тебе вполне подойдут. Что надо?
- Джинсы, кроссовки, белье и деньги, хоть немного. У меня вот-вот будет голодный обморок... Стой, у твоей соседки дочка-подросток...
- Ну и что?
- Собери вещи в сумку и отнеси к ней. Попроси ее завтра подъехать к старому рынку. Я буду ждать на остановке в одиннадцать утра. Сможешь устроить?
- Наверное. Если девчонка не на даче.
- Сама не приезжай. Я все равно к тебе не подойду. Девочка меня узнает?
- Наверное, если ты не очень изменилась.
- Очень. На всякий случай я в голубом костюме. Вид бомжихи со стажем.
- Я сейчас же пойду к соседке. Ты позвонишь?
- Если удастся. Итак - завтра в одиннадцать.
Я повесила трубку, испытывая нечто похожее на облегчение, и зашагала к пустырю. Пролезла в дыру в заборе и ошарашенно замерла. Трое мужичков деловито копались в куче мусора. Я-то считала, что пустырь всецело принадлежит нам, и вдруг такая незадача. Я торопливо вернулась назад и немного побегала вдоль забора. Интересно, надолго они там? А что, если наша хижина им тоже приглянулась? Однако решать спорный территориальный вопрос с тремя мужиками вряд ли стоило. Я спустилась в овраг, устроилась в кустах, положила голову на согнутые колени и попробовала себя утешить... но не знала чем. Взглянула на часы. Они опять стояли. Конечно. "Нельзя было смазывать их сливочным маслом". - "Уверяю тебя, масло было самое свежее". Я фыркнула, покачала головой и громко произнесла:
- Задом наперед, совсем наоборот!
В кустах я сидела, должно быть, не меньше часа, костюм окончательно промок и стал похож на половую тряпку. С трудом поднявшись, проковыляла к дыре и с любопытством взглянула на пустырь. Сейчас я была бы рада даже нашей хижине: сверху не капает, и можно вытянуться на нарах. Мужиков не было видно, но это не значило, что они ушли: ничто не мешало им рыться с Другой стороны огромной кучи. И тут я увидела Дениса, то есть я очень надеялась, что это Денис, хрупкая мальчишеская фигура мелькнула в дальнем конце пустыря, а я закричала:
- Денис! - и полезла в дыру. Грязи прибавилось, я торопилась, ноги скользили, я не удержалась и хлопнулась в самую лужу, замирая от отвращения. - Денис! - снова закричала я в отчаянии, он вынырнул откуда-то слева и проворчал:
- Ну чего ты орешь?
- Слава богу, - обрадовалась я. - Я так беспокоилась.
- Ты будешь в луже сидеть или все-таки встанешь?
- Может, подашь мне руку? - неуверенно попросила я.
- Еще чего. Посмотри на свои.
- Ну и черт с тобой, - обиделась я и кое-как поднялась. - Где ты был?
- По делам отлучался, - ответил он. - А тебе чего на месте не сиделось? Ты хоть видела, на кого похожа?
- Где я могу увидеть, вернее, в чем?
- Имей в виду, воды две бутылки, то есть три литра на все про все. Как ты будешь отмываться, ума не приложу.
Мы вошли в хижину, я потянула носом и учуяла запах съестного.
- Что это? - спросила, повертев головой.
- Колбаса и курица копченая.
- Откуда? - удивилась я.
- Из магазина. Откуда ж еще?
- А деньги? Где ты деньги взял? - Денис презрительно фыркнул и отвернулся, а я на него накинулась: - Ты их украл? Украл? Ах ты, воришка! Я попыталась схватить его за шиворот, но он легко увернулся.
- Руки вымой... Навязалась на мою голову...
Используя какую-то тряпку вместо мочалки, я отмыла руки в луже по соседству с дверью хижины, а потом сполоснула водой из пластиковой бутылки. Попробовала оттереть костюм, но быстро убедилась, что это бесполезно.
- Куда тебя носило? - спросил Денис, когда я вернулась. - Чего здесь не сиделось?
- Я за тебя волновалась, это раз. А еще позвонила подруге. Завтра мне передадут одежду и деньги. Так что воровать было необязательно.
- Завтра, - присвистнул Денис, - а сегодня что, с голоду помирать?
- За один день от голода не умрешь, и нечего выдумывать. А воровство отвратительно и, между прочим, опасно. За него в тюрьму сажают.
- Сначала поймать надо. И не каркай.
Я устроилась на нарах, подтянув ноги к животу и пытаясь согреться. Денис извлек из дальнего угла шерстяное одеяло и, держа его в руках, направился ко мне.
- Да, немного намокло, но все равно лучше, чем ничего.
- Откуда? - еще больше удивилась я. - Неужто тоже украл?
- Чего заладила? Ну, украл. И не одно, а два. На первом этаже на балконе висели. Дураком надо быть, чтоб не воспользоваться. Жалко, подушку никто не приготовил.