- Александра Сергеевна? - спросил он. - Вы меня слышите?
- Слышу, - ответила я.
- Вот и отлично. - Он сделал паузу, потом заговорил: - Вам не кажется, что все это зашло слишком далеко и уже походит на идиотский фарс?
- На идиотский что? - не поняла я.
- Фарс. Комедию.
- Мне не смешно. Нисколько, - заверила я и добавила с обидой: - Может быть, вы со смеху покатываетесь, но не я.
Он вздохнул.
- Вот что, Александра Сергеевна. В шесть вас будут ждать на развилке возле нового кладбища. Вы очень... подвижная женщина и, думаю, за час успеете туда добраться.
- А зачем мне туда добираться? - тупо соображая спросонья, спросила я.
- Вы привезете пленку, а мы вернем вам мальчика. Я медленно сползла по стене.
- Не беспокойтесь, - заверил меня приятный голос. - Ребенок в безопасности, жив, здоров и очень хочет увидеться с вами.
- Я вам не верю... - пролепетала я.
- Как угодно. Но пленка мне нужна в шесть. Позднее обмен не состоится.
- Я вам не верю, - повторила я. - Вы не отпустите нас...
- Да бросьте вы, - он вроде бы обиделся. - Зачем вы мне? Сумасшедшая убийца и ребенок... Мне нужна пленка. Вы все поняли?
- Все я поняла, сукин ты сын, - заверила я, хотя он уже не слышал. Я ревела от бессилия, ухлопав на это минут пять, потом испуганно посмотрела на часы, они стояли. - Господи боже... - сказала я громко. - Почему бы им не пристрелить меня вчера? Я очень устала, - слезливо пожаловалась я, глядя куда-то вверх. - Очень. И мне все надоело... - Но мое мнение никто не спрашивал. Поэтому я стала выворачивать карманы и искать бумажку с нужным мне номером телефона. Разговор много времени не занял.
Потом я набрала Сашин номер, и он ответил.
- Саша... - позвала я жалобно.
- О господи, где тебя носит? Я не спал всю ночь.
- Саша, Денис у них.
- Не может быть...
- Они ждут меня на развилке, возле нового кладбища, в шесть. Времени в обрез...
- Послушай...
- Извини, Саша. Они хотят пленку, и я ее верну. Только они наверняка обманут и убьют нас. Боюсь, им ничего не стоит убить ребенка. Вот в чем дело...
- Кто эти они, черт возьми?
- Я не знаю, - сказала я и добавила: - Мне нельзя терять время.
- Куда ты сейчас? - спросил он.
- За пленкой.
- Ты не поедешь к ним одна. Я поеду с тобой. Где мы встретимся?
- На конечной седьмого троллейбусного маршрута, там гаражи...
- Я буду через полчаса, - заверил он, а я кивнула, точно Саша мог меня видеть.
Я выбралась из подвала. Вид у меня был... Побрела по улице, потом ускорила шаг, потом побежала. Раннее воскресное утро, город спит. Из-за угла появилась машина, завидев меня, водитель шарахнулся в сторону. Футболка в крови и запах... Не хватает на милицию нарваться... Я испуганно шагнула во двор и тут заприметила выезжающую машину, заправила футболку и махнула рукой. Дядька за рулем, судя по всему, еще спал и видел меня плохо, поэтому охотно разговорился и сообщил, что собрался к своим на дачу.
- А я на кладбище, - брякнула я с заднего сиденья.
- Своих навестить?
- Да.
- Что-то рановато...
- Пока возьму машину, заеду домой, переоденусь, куплю цветов...
Дядька, согласно кивая, довез меня до самого гаража, но, слава богу, сразу уехал, у меня не было ни малейшего желания изображать страшное горе при виде пустого гаражного пространства.
Я достала пленку, сунула ее в карман и пошла к остановке, не потрудившись запереть гараж. "Неужели они убьют ребенка? - подумала я с горечью. - О господи..." Я ускорила шаг. Саша стоял возле своей машины. С некоторым удивлением я заметила, что в кабине сидят еще двое мужчин.
- Быстрее! - поторопил он. - Времени в обрез.
- Кто это? - шепотом спросила я.
- Садись, расскажу по дороге.
В машине сидели Сашины коллеги. Они были вооружены и, если честно, вид имели самый что ни на есть бандитский. На этот счет я не высказывалась: глупо обижать людей, решивших помочь, просто потому, что их лица не соответствуют моим представлениям. Кстати, физиономист я никудышный, случай с Логиновым яркий тому пример.
Саша ставил рекорд по скорости и одновременно посвящал меня в свой план. Нервничал, но говорил убежденно, и было видно, что в своих словах не сомневается Рядом с тремя вооруженными мужчинами я немного приободрилась.
- Значит, так, ты идешь одна, мы тебя прикрываем. По моей команде сразу ложись на асфальт. Денис наверняка будет в машине. Прежде чем отдать пленку, потребуй показать ребенка. Ты поняла?
Я кивнула. Саша посмотрел на меня и быстро пожал мне руку.
- Оружие у тебя есть? - спросил он торопливо.
- Нет. - Я приподняла футболку, чтобы сидящий рядом парень мог в этом убедиться.
- Как бы ни обернулось дело, по моей команде сразу ложись, - повторил Саша и вдруг спросил: - Ты ранена?
- Нет. Упала.
- Надень ветровку, там, сзади...
Меня трясло, то ли от холода, то ли от волнения, я надела ветровку и обхватила себя руками.
- Саша, не могут они убить ребенка. Ведь люди же они, в конце концов...
- Не думай о плохом, - сказал он. - Мы спасем мальчишку.
- Он маленький, и он совсем ничего не знает. За что его убивать?
- Прекрати, Саша. Держи себя в руках...
Я держу себя в руках. Я очень хорошо держу себя в руках...
До развилки оставалось полкилометра, а часы показывали без пяти минут шесть.
- Все, отсюда пойдешь пешком, - сказал Саша и свернул в лес.
Я побежала по дороге. Я бежала, пытаясь молиться всем богам, о которых мне что-либо известно, в результате молитва получилась довольно странной и, боюсь, неубедительной. Тут я увидела машину, светлую "Волгу" с тонированными стеклами, но вместо того, чтобы броситься к ней, в последнем рывке повалилась на асфальт.
- Ну, конечно, опять упала, - поднимаясь на четвереньки, сказала я громко. "Но только не духом, а, как всегда, головой". - Давай, давай, еще немного... и, если повезет, все кончится.
Последние метры я преодолевала так, точно шла по горло в воде и, поравнявшись с "Волгой", с трудом могла произнести, морщась от боли: