- Просто… Просто подайте мне костыли, пожалуйста. Вон они.
Костыли были прямо рядом с Той, так что она не раздумывая схватила их и направилась к девушке. Если бы в этот момент она посмотрела на Тони, а не на потенциальную клиентку, то с лёгкостью прочла бы в его глазах беспокойство, выраженное непечатными мысленными возгласами.
- Вот, держи! – Той без задней мысли протянула костыли девушке. – Ты такая сильная, офигеть! Такие мышцы! Наверное, много занимаешься? Мне до такого далеко-о! А я бы хотела быть как ты, блин!
Девушка была так ошарашена и сбита с толку, что не нужно было и телепатией обладать, чтобы прочитать это на её лице.
- Э-э-э… Спасибо, - смутилась она. – Но на самом деле я слабая. Из-за этого идиотского перелома уже ничего не могу…
- Если ты сейчас слабая, то страшно подумать, что было до перелома, хех!
Черти переглянулись, соображая, стоит ли вмешиваться.
- До перелома, - тихо ответила девушка, - я была серебряным призёром международных соревнований. И собиралась взять золото. А теперь… Теперь хрен мне, а не золото, - она перешла на шёпот, и буквально прошипела последние слова, плохо скрывая ярость.
- Давайте присядем, - Тони указал рукой на скамейку, - и отдохнём немного. У меня есть пара идей, как Вам помочь.
- Помочь? – девушка встрепенулась. – Что Вы имеете в виду?..
- Присядем, - Тони изобразил подобие улыбки. – Ни к чему нам тут стоять, нагружать Вашу ногу почём зря.
- Как она быстро раскололась, - шепнул Мэт, когда Тони с девушкой направились к скамье. – Закидала ты её лестью, конечно.
- Какой лестью? – Той непонимающе подняла брови. – Ты бицуху её видел?..
***
София - так звали девушку – была настоящий локомотив без тормозов, упёртая сверх всякой меры. Её внутренний огонь пылал ярко и, казалось, ничто в этом мире не может его погасить. Неблагополучная семья и маленькое село – можно было подумать, никаких перспектив у неё нет. Нет денег, нет способностей, нет связей – словом, ничего. Кроме характера. О, характер был её истинным богатством. Родителей не сильно заботила собственная дочь, так что заставлять Софию ходить в школу никто не собирался. Но она не просто ходила – она нырнула в учёбу с головой, старалась стать лучшей в каждом предмете. Ходила в город пешком из своей деревни - маленький бесстрашный воин - пока этого не заметила учительница и не начала отвозить Софию в школу и обратно на своей машине. Маленькая Соня поначалу отнекивалась, но быстро сообразила, что это экономит ей время на подготовку домашнего задания и чтение учебников. До сих пор она была благодарна той учительнице.
Однажды их физрук, впечатлённый результатами маленькой Софии в беге, порекомендовал её в городскую секцию лёгкой атлетики. Она не сообщила родителям, просто пришла по указанному адресу и сказала, что хочет заниматься. Так и начался её забег к мировому первенству.
И оборвался – казалось, перед самым финишем.
Она сама не поняла, как это случилось. Видимо, недосып и усиленные тренировки всё же сказались на координации – не так поставила ногу, спускаясь по лестнице. По самой обычной лестнице в подъезде, где снимала квартиру. И покатилась кубарем. Когда мир перестал вертеться, оказалось, что встать нормально София не может.
Ну а дальше – скорая, травматология, страшный диагноз, перечеркнувший всё. Жить она, конечно, будет, да только зачем ей такая жизнь?..
Желание вернуться к мечте и взять заслуженное золото было чертовски, адски, невероятно сильно. Да только упрямство оказалось сильней.
«Я сама».
Что ж, её право. Клиенткой чертей она так и не стала, зато впечатлила их, надо признать, немало.
Особенно неопытную Той. Она всё никак не могла понять: вот же, тебе предлагают именно то, чего ты так отчаянно жаждешь – просто согласись! И человек абсолютно искренне, всем своим существом желает этого, но – отказывается. Почему?..
Какие же они странные, эти люди.
Так Тойфельхен рассуждала, сидя на крыше и глядя в окна маленькой квартирки на последнем этаже старенького пятиэтажного дома. Квартирки, которую снимала София. Той усмехнулась своим мыслям: ох, и влетит ей от Мэта! Да и Тони не обрадуется, но в гневе его увидеть, казалось, было невозможно. Чертовка мысленно перебирала хоть сколько-нибудь вразумительные ответы на будущие нападки напарника. Хотя и знала: если Мэт выходит из себя, никакие аргументы в чувство его не приведут.
Ссорились они часто. Той полагала, что раздражает его одним своим существованием, поэтому придирок по поводу и без избежать ни за что не получится. Тем более, что повод действительно был, а отчихвостить напарницу чёрт мог и за куда меньшие прегрешения.