- Не, - Той помотала головой. – Но надо прийти в себя. Постою тут, ладно?
- Канеш, - парень кивнул с таким видом, словно ответ был чем-то самим собой разумеющимся.
Она привалилась к стене рядом с полным пареньком, который тут же смущённо отступил на пару шагов. Потянула носом воздух, не глядя в его сторону. Вот она, тень.
- Уф, ну и погодка!
Парень никак не отреагировал, только слегка колыхнулась тень. Но непонятно было – от страха, злости или так просто. Гитара снова грянула боем, и тень снова вздрогнула и снова - непонятно, почему. Дождь усиливался.
- А ты чего тут? Друзья твои? – Той всё старалась заглянуть пареньку в лицо, но он стоял, потупившись, и разглядывал свои ботинки.
- Да нет… Так просто, - едва слышно пробубнил он.
- А я с крыши упала.
Парень наконец оторвался от созерцания обуви и поднял на неё удивлённый взгляд. Тень едва слышно зашипела.
- Гуляла себе, гуляла, а дождь – мокро, скользко, ну я и…
Две долгих секунды они смотрели друг на друга. А потом Той рассмеялась – звонко, искренне. Неожиданно для себя самого парень усмехнулся краешком губ и тут же потупился снова, стараясь скрыть это.
- Меня Той зовут.
Он уставился на протянутую ладонь, словно на единорога. Этого не могло быть. Незнакомка видит его. Говорит с ним. Ещё и улыбается так искренне… Словно он не невидимка, словно настоящий человек – не хуже прочих, словно витрины и лужи действительно отражают его. Словно он не бесплотная тень.
Очень медленно, нерешительно он достал руку из кармана и протянул навстречу маленькой ладони.
- М… Макс, - губы ссохлись от долгого молчания. Когда он говорил в последний раз? И с кем?.. Со своим отражением, которое казалось привидением?
Ладошка оказалась на удивление крепкой, а её владелица – бестактной, потому что тут же хлопнула его по плечу и снова рассмеялась:
- Будем знакомы, Макс!
Он не понимал, что происходит. Его видят. Его слышат. Он словно существует – взаправду, вот же он: стоит, втянув в плечи голову и вжавшись в холодную стену, щурится от щекочущих лицо капель, чувствует в закоченевшей ладони живое тепло кого-то другого. Другой. Слева надрывается уличный музыкант, старательно подражающий Шевчуку, по проспекту жужжат машины, над крышами клубятся тёмные тучи, откуда-то доносится аромат кофе.
Тень зашипела, дёрнулась.
Ерунда какая-то. Не он это. А, может, просто сон? Один из тех снов, что приходят под утро и окутывают безграничным теплом, один из тех, где его любят и он – любит, смеётся, живёт и счастлив, тот сон, из которого не хочется выныривать, но который снова и снова ускользает сквозь пальцы, утекает, как вода родниковая, когда в детстве летним днём пытался напиться из ручейка…
Не может такого быть. Он не достоин…
- Круто поют, да? Вы знакомы?
- А? Н-нет, я так просто… Послушать…
- А, понятно. А я тут недавно, не знаю ни одной песни, блин! Обидно так. А то спели бы вместе, да? Ты что слушаешь?
- Я? – Макс растерялся, захлопал глазами. – Эм… Ну… Да так…
«А, к чёрту!» - вдруг решился он и выпалил на одном дыхании:
- Я отечественное не очень, ну «ДДТ» вот, «Сплин» ещё, «Би-2» - ну такое, знаешь, классику, можно сказать, а так мне метал нравится, ну и рок тоже – вот «Nightwish» например, «Disturbed» ещё, а ещё вот недавно нашёл итальянца – «Ultimo», не слышала?
Той улыбалась широко, наблюдая, как беснуется тень за Максовой спиной. Гитарист закашлялся, допев песню, повернулся к ним.
- Водички нет, ребят?
- Ща, - Той скинула рюкзак, пошарилась в его внутренностях, бросила ему бутылку.
- Мерси!
- А тебя как зовут? – спросила Той музыканта. Тот поторопился с ответом, несколько капель скатились по отвороту косухи, слившись с дождевой водой.
- Сидом называют.
- Эй! – с напускной обиженностью девчонка в цветастых юбках повисла на Сиде, а тот, покачнувшись от неожиданности, потрепал её по дредам и усмехнулся.
- Ну а это Нэнси, стало быть. Хотя вообще-то Нинка.
- Не слуште его, Нэнси я! Пусть так и будет, хи-хи!
- Я Той, а это Макс!
- Той? Как «игрушка»? – улыбнулась Нэнси, протягивая ей худую ладонь.
- Какая игрушка?
- Э-э-э… Ну, никакая, это я так! А чо, ребят, может споём? Вы забавные!
Нэнси не обратила внимания на локоть Сида, толкнувший её в рёбра, раздражённо отмахнулась. Той старалась делать вид, что беснующаяся тень её нисколько не заботит. Повернув голову, она столкнулась с затуманенным взглядом серых глаз. В них ревела бездна, силясь поглотить робкую искру надежды.