- А-а! – Мэт раздражённо цокнул языком, сорвавшись вдруг с места. Он бесцеремонно плюхнулся на диван, подвинув предварительно ноги Той, и схватил со столика чипсы. С деланной непринуждённостью захрустел ими, роняя крошки. Той не отреагировала, только слегка заворочалась, устраивая ноги поудобнее.
- Ну, рассказывай, - бросил Мэт, продолжая хрустеть чипсами.
Той потребовалась пара секунд, прежде чем она смогла выдавить слабое:
- Что?
- Рассказывай, - повторил чёрт уже настойчивее. Всё, о чём думаешь – всё говори. Я слушаю.
В голове был какой-то вязкий кисель, в котором путались мысли и тонул смысл сказанных слов, долетавших извне. Она словно плавала в толще воды, через рябь на поверхности которой едва угадывались очертания мира снаружи, а звуки этого мира превращались в невнятное бульканье.
- Пусто, - с трудом выдохнула она. Помолчав, добавила. – И всё.
Мэт с деланной весёлостью закивал головой, закинул ногу на ногу, бросил чипсы на столик и тут же схватил с него пачку мармеладок, отправив в рот сразу горсть, продолжая при этом кивать. Поняв, что продолжения не дождётся, отвернулся, поднеся кулак к губам и прикусив палец.
Тишина стала такой тягучей, что, казалось, барахтайся не барахтайся, а справиться с ней не выйдет.
Но Асмодей попытался снова.
- Тебе грустно?
Той словно издалека отметила, что не ожидала такого вопроса, однако не могла бы с уверенностью сказать, что чувствует удивление. Что чувствует хоть что-то.
- Нет, - голос был слабым, как рябь на водной глади в безветренный день.
- Больно?
Снова тишина. Вязкая, липкая.
-…нет.
Мэт всё так же не смотрел в её сторону, нервно подёргивая копытом, чего сам не замечал. Вдруг замер.
- Страшно?..
Тишина натянулась канатами, зазвенела.
- Сейчас нет. Во сне…
Той сглотнула и шумно выдохнула. Мэт бросил на неё быстрый взгляд и тут же отвернулся снова, потирая лоб. В который раз в своей жизни он жалел, что влез, куда не просили. Каждый раз он наступал на эти грабли. Не мог пройти мимо, но и сделать ничего толком не мог. Разве что усугубить. Вот и сейчас он попался в эту ловушку, расставленную для него собственным характером. Прикрыл ладонью глаза, потёр переносицу, вздохнул. Обернулся, перекинув руку через спинку дивана, и вдруг усмехнулся: в коридоре ясно виднелась распахнутая дверь комнаты Тони.
- Вот засранец, - шепнул он. – Тони! Не хочешь поучаствовать в сеансе психотерапии, старый чёрт?!
Той вздрогнула от этого крика, уставилась на Мэта. Он ухмылялся, обнажив клыки. По тому, как быстро фигура Тони появилась в дверях, легко можно было догадаться, что он ещё и не думал ложиться. Войдя в зал, он прислонился к дверному косяку, приняв точно такую же позу, как Мэт недавно.
- Ну, и что ты встал? Скажи что-нибудь умное, кэп!
- Я не полезу к ней в голову, не надейся.
- Пф, да больно надо! Раз такой правильный, то давай, скажи что-нибудь правильное!
Тони провёл пальцем по пыльной поверхности старого пианино, заваленного книгами и документами, словно искал ответ в этой пыли или бумагах. Затем обвёл взглядом комнату, вздохнул. И щёлкнул пальцами.
Прямо перед носом Той в опасной близости от кудрявых волос вспыхнул огонёк, отразившись в красных глазах и стремительно сузившихся зрачках. Той резко отшатнулась, почти упав на Мэта. Огонёк тут же погас, повинуясь лёгкому движению руки.
Тони не спеша подошёл к дивану и уселся на освободившееся место. Окинул взглядом обалдевших напарников и полез за портсигаром.
Над поверхностью тёмного океана пустоты светило два жёлтых солнца, почти пробиваясь на глубину. Почти видимые, смутно знакомые. Той сделала над собой усилие и устремилась вверх, к этому свету.
Тони выдохнул дым, и в предрассветном сумраке комнаты повисло белёсое облачко, а в нём заплясали вдруг огоньки, обретая очертания человечков. Человечки сложились в круг и завертелись, всё ускоряясь и ускоряясь, пока не превратились в одно сплошное огненное колесо. Затем колесо замедлилось, снова обретая очертания человечков, и, наконец остановилось. Тони выпустил ещё одно облако табачного дыма и сказал:
- Покажи мне на этом колесе границу между жизнью и смертью.
Той непонимающе захлопала глазами. Она заворожённо следила за трепещущими огненными человечками, что выстроились в круг.