— Миланье, глянь, — кивнул он на воду.
— Ты, верно, смеёшься надо мной, — недовольно подняла она к нему обиженную физиономию.
— Эм… прости, там просто тень огромная. Хотел показать, — пожал Кент плечами.
— И ты её боишься, — сделала вывод Миланье.
— Опасаюсь.
— Это одно и то же, — фыркнула Миланье, после чего повернула голову к демоном.
— Уважаемые демоны. Я прошу прощения, что отвлекаю вас, но что за огромная тень там в реке? Мне доселе не доводилось бывать в ваших краях, оттого подобное для меня ново. Быть может кто знает?
Миланье и самой было интересно, что там проплыло. Может она даже знает это животное, ведь она была прилежной ученицей своей матери — много читала, всем интересовалась, быстро схватывала. Однако гордость не позволила показать Кенту, что она заинтересовалась. Миланье всем видом показывала, что делает это только ради него, гордо вздёрнув свою носопырку кверху.
— Это карлак, — проскрипела голосом женщина-демон, которую Кент описал как обтянутую желтоватой кожей. — Он мирное животное, если только вам, госпожа, не вздумается на него напасть.
А Кент бы наверняка использовал свою странную магию, будь он в воде, — подумала Миланье и слегка кивнула головой.
— Благодарю вас, — после чего повернула голову к Кенту. — Это карлак. Большая рыба. Безвредная, если не нападать на неё.
— Типа кита? — предположил он. — Хотя… ты же не знаешь, что такое кит.
— А что такое кит? — сразу заинтересовалась Миланье.
Остальную часть дороги на тот берег Кент объяснял, что такое кит, постепенно перейдя к остальной фауне океана, о которой ему было известно с уроков биологии. Миланье с характерной ей жадностью к знаниям расспрашивала его обо всём, пытаясь вытащить как можно больше новых фактов о мире, который находился по ту сторону врат.
Вскоре плот, мягко простукиваясь о доски пирса, пришвартовался внутри сарая на другом конце. Те, кто крутил барабан, на который наматывалась верёвка, старались держать себя в руках, хоть и не спускали глаз с Кента, пощёлкивая клювом. Те же, кто ждал посадки на ту сторону, едва увидев малума, расступились в стороны. Кто-то скалил зубы, кто-то шипел, кто-то прижимал к себе детей. Но никто не спешил подходить к малуму ближе.
И у всех был один и тот же вопрос на уме.
Что за…
Эта мысль витала в воздухе, и почувствовать её смог даже Кент. Сейчас он конкретно опасался за собственное здоровье, подумывая, успеет ли выдернуть из гранат чеки до того, как ему оторвут руки. Что-что, а сдаваться он не собирался, собираясь прихватить за собой как можно больше демонов перед смертью.
Это было подобно тому, как если бы он попал в волчье логово. Шаг влево, шаг вправо, и будь беде. Буквально каждое неосторожное движение с обоих сторон воспринималось как возможный акт агрессии. Дёрнись кто-то слишком резко, и тонкая нить, удерживающая всех, лопнет. Атмосфера давила собой, заставляя всех бояться ещё больше и быть ещё агрессивнее.
Но они прошли через демонов, что ожидали своей очереди, и вышли на улицу под пристальными взглядами множества пар глаз.
Едва оказавшись на улице, Кент позволил себе выдохнуть. Он не знал, что, когда его спина скрылась, демоны сделали то же самое, позволив себе поделиться друг с другом мнением, тихо шепча о происходящем.
Его рука, что напряжённо тянулась к гранатам, повисла без сил. Плечи Кента расслаблено опустились. Его облегчение почувствовала и Миланье, которая подёргала за рукав, улыбнувшись.
— Я же говорила, всё будет в порядке.
— Сначала мы отойдём подальше, а потом уже будем говорить, как всё хорошо, — слегка хрипло ответил он. Горло от напряжения буквально сдавило.
— Хорошо, — не стала спорить она. — Только надо заплатить паромщику чем-нибудь. Мы же демоны… я же демон воспитанный. Ну и ты… малум…
— Ага, спасибо тебе за такую похвалу после всех забот, — пробормотал он и полез в карман. Вытащил на свет компас, который всё равно ничего путного не мог показать, и протянул его Миланье. — Это сойдёт?
— А что это? — с интересом приняла она коробочку.
— Компас. Правда здесь он бесполезен.
— А что он делает? — Миланье с любопытством «посмотрела» на него. На ощупь он напоминал обычную шкатулку для украшений.
— Его стрелка всегда показывает в одном направлении, как бы ты не повернулась. Поэтому ты никогда не заблудишься с ним. Правда сейчас он взбесился.