— За Хайтенфорт!!!
Я медленно приблизился к костру, и обойдя его по кругу, поджёг в нескольких местах. Языки пламени сперва несмело лизнули хворост, но с каждой секундой огонь всё уверенней начинал пожирать сухое дерево пролитое небольшим количеством масла. Запах сгорающих тел распространился на весь городок, словно погребальная песня героям, павшим с честью!
Когда народ стал расходиться, связанных заново пленников, кроме естественно Тарталана (этого вязать не было смысла, он спокойно наблюдал за действом скрестив на груди руки), выставили неровным строем под прицелом лучников со стены. Любое не аккуратное движение с их стороны, и неразумный поймает с пяток стрел.
Я прошёлся вдоль ряда хмуро взирающих на меня разбойников, стараясь что-то рассмотреть в их глазах и лицах. Что я там хотел увидеть? Наверное хоть толику раскаяния и, в немалой степени, вины.
— То, что вы помогли отбиться от рахов, делает вам честь! — сурово осматривая их объявил я. — Но то, что вы промышляли разбоем на моих землях — достойно наказания.
Бывшие разбойники молча опустили головы.
— На колени!
Пленённые один за другим падали на колени, а тем кто не спешил выполнить приказ, помогли древками копий под колени.
Я вытащил меч и подошёл к первому из них. Вокруг все замерли и затаившуюся тишину нарушал лишь яростный треск пламени погребального костра у меня за спиной. Эквилианец с мрачным видом пристально наблюдал за разворачивающимися перед его глазами событиями. Варгон, Хорст, Хата, близнецы и мои близкие и приближённые — все они замерев ожидали, что же произойдёт дальше…
— Подними голову. — приказал я первому.
Мандражируя то ли от холода, то ли от страха, мужик немигающие взглянул на меня. Сальные волосы слипшимися прядями обрамляли его грубое лицо, а чуть посиневшие губы сжались в тонкую полоску. Мужику было явно лет за сорок, но опять же таки — сложно судить о возрасте в этом мире.
— Полное имя и откуда родом. Врать не советую, это легко проверить. — блефовал я.
— Фидульф, сын Горваста. Из Мидстана, господин. — дрожащим голосом ответил он.
Я кивнул:
— Желаешь ли ты вступить в ряды защитников Хайтенфорта, Фидульф, сын Горваста?
Мужик от неожиданности поставленного вопроса замялся было, но покосившись на мой меч в руке, быстро закивал:
— Желаю… мой анай!
— Клянёшься Словом?
— Клянусь Словом!
Я одним движением разрезал путы на его руках:
— Принимаю твою клятву!
Приблизился к следующему. Этот был помоложе, лет тридцать пять, может даже меньше. Крепок на вид, взгляд не бегает. Можно будет даже в Фенрир отдать его.
— Имя.
— Ромви, сын Лана, кузнеца из деревни Тропки, с юга.
«Южанин? Далеко же тебя хрен занёс.»
— Желаешь стать защитником Хайтенфорта и рода Фортхай?
— Желаю, мой анай. Клянусь Словом!
Я разрезал верёвки:
— Служи с честью, Ромви, сын Лана!
Так я подходил к каждому и давал ему право выбора. На очередном пленнике, когда я уже стал проговаривать заученную реплику, он вдруг плюнул на меня и злобно прошипел:
— Сдохни, Фортхай! Никогда сын…
Договорить он не успел, потому как я просто воткнул ему в горло клинок и с хрустом провернув, вытащил. Дёргаясь в конвульсиях и заливая горячей кровью снег, тот завалился назад. Его недавние подельники только отшатнулись в стороны от него, в ужасе косясь в мою сторону.
Я спокойно подошёл к следующему:
— Имя…
Больше никто не отказывался.
Закончив с церемонией принятия присяги, я распустил всех по своим делам. Самых молодых из новичков определил на освободившиеся места в казарме фенрировцев. Остальных предоставил под попечительство Беспалого и капитана Рона, а сам отправился к себе в комнату и завалился спать дальше.
На удивление мне снова не снилось ровным счётом ничего! Я до утра проспал как младенец. И когда Эль по моему наказу растолкала меня ранним утром, я чувствовал себя намного лучше. По крайней мере морально. Усталость в мышцах естественно никуда не ушла, но это уже мелочи. Я больше переживал за своё психологическое состояние. Местная жизнь ломала моё истерзанное сознание буквально через колено, заставляя нахрапом перестраивать его под реалии Акливиона.
Проглотив лёгкий завтрак, я как следует размялся и от души попотел в качалке, не взирая на ноющие мышцы во всём теле и подраспухшее лицо от рахского удара ногой. После этого я прошёлся по городку, заглянул в казармы, где уже трудились плотники заканчивая внутреннюю обшивку стен пока фенрировцы тренировались снаружи. Под густым, падающим крупными хлопьями, снегом прошёлся по постам на стенах, убедившись что все на местах, а маленькие, тесные сторожки отапливаются глиняными жаровнями. После посетил конюшни и пристроенное к ней наспех небольшое, но тёплое, из добротных сосновых брёвен, общежитие для простых солдат. Воины встретили меня повскакивав с мест и вытянувшись в струнку. Всякие там поклоны и хвалебы, для военных, я упразднил. Убедившись что и тут порядок, я неспешным шагом вернулся в Буртс Валле.