Стражник сплюнул в размочаленный сотнями ног, посеревший снег:
— А откуда мне знать, что вы не засланные какие? — вальяжно спросил он. — Придётся вам обождать в сторонке, пока мы вас проверим.
Ройгди хотел снова сорваться на грубость, но я, подъехав к нему, жестом его остановил и спрыгнул с седла. Широкими шагами подойдя к непонятливому с ходу выписал ему звонкую оплеуху по уху. Никак не ожидавший такого стражник, взмахнув руками и выронив копьё, тут же упал на жопу. Не дав ему опомниться, я схватил его за грудки и просто начал пи#дить как собаку, выплёскивая на него весь накопленный нервоз и злость. Его товарищи попытались было вписаться за старшего, но мои тоже не дремали. Спустившись с сёдел и обнажив оружие они просто стали между нами, угрожая пустить кровь первому кто дёрнется. Сзади на санях скрипнули луки, и вокруг нашего обоза сразу образовалось пустое пространство.
Когда морда лица незадачливого предводителя стражи превратилась в кровавое месиво, я оставил в покое хрипящее тело и тяжело дыша подошёл к застывшим в нерешительности его коллегам.
— Ещё сомневающиеся в моём титуле есть?! — я осмотрелся вокруг.
Тишина стояла гробовая. Её нарушали только звуки похрапывающих лошадей, да шум города за воротами.
— Нет? Тогда пока я сяду в седло, освободите дорогу. — с холодным спокойствием произнёс я, и вернулся к своей лошади.
Едва оказавшись в седле, я взглянул на вход в город — дорогу больше никто не перекрывал, а замершая толпа с обеих сторон ворот ждала пока мы проедем.
Двигаясь мимо утирающего кровавую юшку с лица говорливого начальника стражи (или кто он там у них), я вытащил и кинул ему под ноги серебряную монету:
— Это тебе за беспокойство. В следующий раз — убью! Кивни, если понял.
Мужик кое-как кивнул.
— То-то же.
Внутри Арнагейт меня приятно удивил широтой улиц и вполне добротной каменной застройкой. Внушительная площадь перед воротами делилась на три улицы, словно куриная лапа. По обеим их сторонам, выстроились двух и трёхэтажные здания с классическими вывесками средневекового города.
«Я решительно недоумеваю, если могут возводить такие строения, то без старого доброго металла тут явно не обойтись! Отчего же в моём городе какая проблема с ним? Да и не только в Хайтенфорте, а и в принципе везде как я понял!»
Абсолютно не понимая куда идти дальше, я подозвал Рона:
— Ты здесь побольше моего бывал. Где нам разместиться?
— Конечно, господин анай. — с готовностью кивнул Рон. — Следуйте за мной.
Остановились мы в большом, трёхэтажном постоялом дворе, окружённом крепким деревянным забором с широкими въездными воротами. Внутри просторного двора имелись большие крытые конюшни, навесы, под которыми стояло пару двуколок и несколько санных фургонов возле которых кружились люди: одни укрывали товар пологами, очевидно готовясь к отбытию; другие просто что-то перебирали, скидывая увязанные тюки на землю, щедро усыпанной соломой. Народа было не сказать что бы много, но при нашем появлении многим пришлось посторониться, дабы не попасть под копыта исходящих паром лошадей. По бокам от главного входа в гостиницу местного пошива расположились пара магазинчиков при нём же. По вывеске одного из них явно угадывалась оружейная лавка, а вот второй меня приятно удивил раскрашенной дощечкой с нарисованными на ней элементами одежды.
«А вот это уже интересно! Нужно будет обязательно заглянуть в этот бутик.»
Местный гостиничный комплекс имел приятное на слух название «Полуночная звезда» и, судя по снующему во дворе количеству людей, пользовался спросом.
Не успели мы покинуть сёдла, как нас тут же облепили со всех сторон конюшие, торопясь принять лошадей и помочь распрячь сани. Их лица вытянулись от удивления, стоило им увидеть пленников, и они в нерешительности застыли, не зная что им делать.
— Эй, мальчик! — подозвал я одного из них, и он торопливо подбежал, не забыв при этом низко поклониться. — Беги к капитану стражи и сообщи, что я привёз разбойников которые напали на нас по дороге через сильнидскую рощу.
— Слушаюсь, господин, — ответил юнец и уже собирался убежать.
— Стой! Лови, — я бросил ему медяк и мальчишка ловко его поймал. — Если спросит кто прислал, скажешь анай Янко Фортхай.
— Как будет угодно, господин анай. — торопливо ещё раз поклонился он, и рванул прочь со двора.
Я, смело всматриваясь в лица окружающих, зашагал к дверям таверны, а мои спутники потянулись следом: