— Нус, посмотримс!
Шагнув внутрь, мы сразу оказались в длинном, широком коридоре. По бокам, в его стенах, были сделаны проёмы как под окна, только вместо стекла стояла деревянная обрешётка. Мельком взглянув на ходу сквозь неё, слева, как и предполагал, увидел лежавшее на прилавках оружие и доспехи, а справа явно угадывалась одёжная лавка. Коридор вёл прямо в большой зал, откуда раздавалась скрипучая музыка местных музыкантов, и веяло теплом, по́том, спиртным и едой. У самого входа в главный зал располагались ещё два входа по бокам с распахнутыми дверями. Очевидно они вели в сами лавки, и как бы мне не терпелось их посетить, я сдержал своё любопытство. Сперва нужно было снять комнаты себе и людям, сытно поесть и отдохнуть. А уж потом думаю найдётся время прошвырнуться и по магазинам.
Едва мы вошли в главный зал, как на нас устремилось множество заинтересованных взглядов, прервав ведущиеся разговоры.
Поперёк нам вышел здоровенный детина, до селе сидевший за столиком справа.
— Добра в дом, уважаемые! Меня зовут Рован. Чем могу помочь? — хмуро рассматривая нас пробурчал он.
— Я анай Янко Фернидад Фортхай, а это мои люди. — представился я. — Нам нужны комнаты для всех и место в зале, где мы можем поесть. Этот мальчишка будет жить со мной, ему комнату не надо. — указал я на Дайлина.
При упоминании титула все как-то быстро потеряли к нам интерес и шум десятков голосов снова завитал по залу.
— Рад вас приветствовать, господин. — поклонился здоровяк сразу изменив тон. — Для простых брычей комнаты на втором этаже. Можно до четырёх человек поселить. Для господ, на третьем. — тут он заметил тангора и кивнул на него. — Для этого, места нет! Пусть ищет где приткнуться в городе.
Айтэн обиженно насупился.
— Либо ты дашь ему комнату, при чём отдельную, — с нажимом произнёс я. — Либо будешь сам отвечать дэйвину, почему анай Фортхай спешно покинул его негостеприимный город.
На скулах Рована заиграли желваки.
— Как будет угодно господину. Но предупреждаю сразу, мест на втором этаже и так в обрез, так что тангора определю в комнату для прислуги.
«Не задалось моё первое знакомство с Арнагейтом, ох не задалось!» — мрачно подумал я, потирая отбитую руку. — «Ну ладно, делать нечего.»
— Позаботься о том, что бы в постели не было клопов, а вино не было кислым, уважаемый хозяин.
— Как будет угодно анаю. Да только я всего лишь распорядитель. Хозяин отбыл по делам. Прошу следовать за мной. — Рован развернулся всей своей массой и зашагал через зал.
— Ничё так. Миленько! — произнёс я, войдя напару с Дайлином в апартаменты для благородных.
Комната радовала глаз вполне уютным убранством: большой стол с четырьмя стульями, стены и пол покрывали толстые ковры, справа потрескивал дровами камин с изящной выделкой решётки, большая, мягкая кровать занимала едва ли ни треть комнаты. Но самое главное — имелось два застеклённых окна с видом на город! По привычке от старого мира, я разулся и протопал первым делом к ним, тщательно исследовав оконное стекло. В какой-то момент не удержался и пошкрябал его ногтем. Стекло имело много дефектов литья, в том числе пузырьки воздуха и некую шероховатость, но свет пропускало исправно, освещая пространство внутри комнаты.
«Ничего не понимаю. Стекло есть, каменная кладка — есть. А железо в большом дефиците! Странно всё это.»
Из окон комнаты можно было вполне себе рассмотреть город. Третий этаж таверны подымался метров на шесть в высоту, давая такую возможность. Арнагейт в большинстве своём, за исключением мелких построек, был воздвигнут из серого камня: начиная от порта с причалами, у которых покачались на волнах пара пузатых, внушительного размера кораблей с обледенелыми боками, и заканчивая еле виднеющимся вдалеке, на возвышенности, большом здании с куполообразной крышей. Сереющее в туманной дымке монументальное строение расположилось в прямо противоположной части города, что вполне резонно — подальше от шумного порта и резвящегося над озером ветра.
В более восточной части, где город врезался в холмовую гряду и поднимался чуть в гору, виднелись столь узнаваемые очертания полноценного замка из белёсого материала, который контрастно выделялся в массе серых строений.
Едва расправившись с вполне себе очень даже вкусным обедом (повар потчевал нас запечённой уткой со специями, варёными яйцами с маринованным луком, сыром и свежим хлебом, а припивали мы всё это дело неплохим пивком), как в помещение вошли четверо вооружённых людей. Один из них, коренастого телосложения и единственный из них кто был в добротных металлических доспехах, пристально осмотрел набитый посетителями зал. Остановив свой взор на нас, он что-то сказал своим товарищам и стал пробираться через толпу, оставив троицу на выходе.