Торихолд приподнялся в кресле и положил камень рядом с мешочком.
— Поспешу присоединиться к поздравлениям уважаемого аная, — Тарко тоже положил к мешочку ещё один камешек, побольше немного и жёлтого цвета.
Даже при скудном освещении свечей и камина, самоцветы сияли ярким, блистательным светом.
— Весьма благодарен вам господа. Но спор был только между вами и я не могу…
Торихолд поднял руку прерывая меня.
— Я честно поделился прибылью, — он ухмыляясь во весь рот посмотрел на Тарко. — Спор наш, но боец то твой!
Ну что тут сказать… Я прибрал богатство в ящичек стола.
— Ну, а теперь о делах. — Флэнц поудобней уселся в кресле. — Мы прибыли в Хайтенфорт что бы вернуть анайлэ Булхайн в Беледар!
Сказать что я был растерян, не значит сказать ничего. Весь мой план составленный для беседы полетел в топку. Сарана в лице почти не изменилась, только положила руку на плечо матери. Фелани же хранила молчаливое спокойствие, словно разговор шёл об обычных делах.
— Не скрою, причина, по которой вы здесь, меня удивляет. — я тянул время собираясь с мыслями.
— А что здесь такого? — удивлённо развёл руками Тарко. — К примеру мне совсем не ясно, почему анайлэ Сарана оставила Беледар, и в целом земли Булхайнов, на произвол судьбы.
«Ну что ж, начнём игру.»
— Отчего же на произвол? Господин Гайрис вполне подходит на роль аная, а тем более — он родной брат Вериса. Не для кого не секрет, что он жаждал занять его место.
— Пф! — выразил в этом звуке всё своё мнение об этой мысли Торихолд. — Так же не для кого не секрет, что Гайрис пройдоха и большой знаток шлюх, но никак не анай для такого древнего рода, как Булхайн! — он подался вперёд, сложив руки замком перед собой. — Я слышал о том, что произошло на твоём вступлении во главу рода. Очень опрометчиво с твоей стороны. — от погрозил мне пальцем. — Будь Верис в лучшей форме — то не сносить тебе головы, мальчик.
Мне начинало надоедать его высокомерное отношение ко мне. Ведь в конце концов по статусу мы одинаковы.
— Если бы, да кабы во рту росли грибы, то не пришлось бы в лес ходить бы.
Нойхэ сдавленно кашлянул заглушая готовый вырваться столь неуместный в данной ситуации смешок.
— Осторожней, анай Янко. — Гадаран зыркнул на меня блеснувшими глазами.
— Дерзишь? — ухмыляясь спросил Торихолд.
— Отнюдь. Вы сами сказали: что было, то было!… Так зачем вам понадобилась моя сестра?
Флэнц откинулся в кресле, сменяя гневное лицо на деловое:
— Земли Булхайнов погрязли в распрях и разбое, что не может не отражаться на прилегающих территориях. То бишь наших. Гайрис, как бы то ни было, пропал без вести. Осталась только Сарана и её дети, прямые наследники…
— Ребёнок. — перебил я его.
— Что? — недоуменно переспросил Флэнц, явно недовольный что его речь перебили.
— Из двоих детей, в живых осталась только Тамари Булхайн. Эвейна убили по дороге сюда, в начале зимы.
— Как!? — Гадаран без сомнения был ошарашен новостью. Впрочем как и Торихолд, но тот старался не подать виду.
Сарана стояла ни жива ни мертва.
— Рахи. Пока мы выискивали этих тварей в Междуречье, и вызволяли мою сестру с её дочерью, зимние волки довершили начатое. Нам даже не удалось по людски справить похороны.
Тарко в негодовании стукнул кулаком об подлокотник стула:
— Если к смуте на территории Булхайнов добавятся ещё и рахи, то мы получим кучу проблем прямо в сердце севера!
Я, как и в разговоре с Торгасом когда-то, подсёк наживку:
— Поэтому мы и собираемся разведать пещеры под Алагатскими горами. Мы допросили пленного раха…
— Что значит допросили? — встрепенулся Торихолд. — Эти твари не могут разговаривать на языке кого бы то ни было в Акливионе.
— Ну, как выяснилось могут. — невинно развёл я руками. — Ну это ладно, лирика так сказать! — махнул я рукой. — Так вот, эта тварь поведала нам, что некий Рахшанар, полагаю их предводитель, собирается выйти на равнины с большим войском.
Мне просто свербело в заднице рассказать им про Арданов холм, но как они отреагируют на то, что я убил Гайриса, у меня не было ни малейшего понятия. Хоть они и не лестно о нём отзываются, но полной уверенности, что они поймут, у меня нет.
Наконец Торихолд прервал своё задумчивое молчание:
— Рахшанар… Не припомню такого.
— Считается, что его давно уже нет в живых, а единственное упоминание о нём хранят тангоры. Кому как не им знать это имя. Но со слов раха, выходит он не так уж и мёртв.