Я толкнул в бок Варгона и когда тот обратил внимание на меня, я прошептал еле слышно ему на ухо:
— Кастер из Арданового холма!… Да к тому же не один!
В дальнем конце этого огромного грота располагалась каменная площадка. Она возвышалась над домами рахов словно пьедестал. Как будто огромный валун срезали пополам, и на его плоскости теперь организовано было нечто вроде алтаря. На этой площадке стояли Х — образные пять крестов, и на них вверх ногами были привязаны трое человек, один тангор и…
— Кто это там, на крайнем кресте? — спросил я Айтэна, который закусив до крови губу наблюдал за своим сородичем.
— Это холмовник, из Маланора! — едва не плача ответил он.
А заплакать хотелось, ох как хотелось… От жалости! Ибо распятых нещадно истязали громилы в рясах. Каждый был занят своим мучеником. Эти твари занимались делом умело. Вопли и мольбы изувеченных пленников слышны были даже здесь!
И как бы мне не хотелось бежать отсюда со всех ног, но я упорно высматривал того, ради которого мы здесь. Ради которого Я здесь!
— Где Рахшанар!? — снова спросил я тангора. — Как он выглядит? Ты его видишь?
Айтэн пожал плечами:
— Как он сейчас выглядит я понятия не имею. Знаю только, что это должен быть огромный рах. Но столько столетий прошло, всё могло измениться!
«Б#ядь! Ну и что теперь делать?… Надо посоветоваться.»
Подав знак отходить, мы медленно и тихо отползли назад в тоннель.
— Нужно уходить! — настойчиво заявил Тарко. — Того что мы видели, достаточно чтобы донести туриму! Рахи действительно собирают армию для набега по весне, это подтвердилось и работа выполнена.
— Если мы будем ждать до весны, то их тут может оказаться уже не сотни, а тысячи! — возразил Варгон.
— Оглянись, рукавой! — зашипел на него Тарко. — Нас едва тридцать человек! Что мы можем сделать?
Варгону крыть было нечем на этот довод.
— Рахи сильны духом, только когда их лидеры живы. — проронил Хорст.
— И что нам это даст сейчас? — спокойно спросил Торихолд. — В открытом бою нам не победить, их слишком много. К тому же, не стоит забывать про тех тварей в загонах. Выглядят они весьма впечатляюще. Боюсь, Тарко на этот раз прав — надо уходить!
Мало помалу спор набирал обороты: Тангор рвался спасти соплеменников; Торихолд начал спорить с Гадараном кто из них поедет в Акаван; Тарталан предлагал спуститься и зарубиться в жестокой рубке; Вильюр хотел поджечь их хижины когда рахи уснут, ведь всем надо спать!…
Наконец мне надоело слушать весь этот срач:
— Всё ничего, да только вы все упускаете одну деталь! — резко сказанул я заставляя спорщиков обратить на себя внимание.
Все затихли и уставились на меня.
— Те пятеро, что зверствуют над теми бедолагами, делают это не ради праздного любопытства или потехи ради! — нахмурив брови обвёл я взглядом собравшихся. — Не для кого не секрет, что некромантия питается страхом и болью живых существ. Только это тёмное искусство получает таким образом Силу! Там, — я указал в сторону поселения рахов из которого доносился шум толпы и крики истязаемых, — несколько сотен пленных! Как вы думаете, что произойдёт когда они напитаются ихними мучениями?
— Силу, какой бы она не была, просто так не накапливают. — рассудительно заявил Торихолд. — Со временем, она просто рассеется. Учитывая сколько у них пленных, они могут накопить, а возможно и уже, достаточно много! И потом её используют, но для чего?
И тут меня осенило!
— А что, если Рахшанара ещё нету? Что если они, только собираются его призвать?!
Айтэн с сомнением покачал головой:
— Рахи не собираются таким количеством, если нет сильного лидера.
— Их там целых пять, тангор! — зарубил я его сомнения на корню. — Уж не знаю кто это такие, но они точно имеют большое влияние на рахов. А ещё, я могу вам сказать совершенно точно одно — если мы сейчас не решим эту проблему, — я твёрдо посмотрел на слушающих меня анаев. — к весне она станет огромной! Если они призовут Рахшанара, рахи сплотятся вокруг него, и тогда их остановить станет ещё сложнее!
— Ты страдаешь героизмом, мальчишка! — дерзко высказался Тарко, окинув меня гневным взглядом.