— Чё б*я происходит? — в непонятках спросил я осматривая насторожившихся товарищей, что с опаской устремили взгляды в сторону открытой двери.
Пристально следя за входом в дом, Хорст ответил:
— Квилианец!
Я до сих пор только слышал об этой расе, но ни разу не встречал, и сейчас я искренне не понимал такую настороженность своих людей. Ведь нас тут считай три десятка, а он там один! Пусть даже и здоровый как бык.
— Алагат!? — раздался утробный бас изнутри дома, а потом последовало нечто вроде короткого смешка. — Произноси имя моего народа правильно! А иначе я снесу тебе голову, горец!
Варвары с Алагатских гор частенько конфликтовали с варварами равнин Эквилиана, и их нетерпимость друг к другу была известна на весь Акливион. А если честно — то к эквилианцам нетерпимо относились буквально все расы. Варвары из степей центральной части материка славились своей неуёмной жаждой битвы, грабежа, и были вольнолюбивы до безумия. Эквилианец раб — это не про них совсем. Он скорее откусит себе язык и захлебнётся собственной кровью, чем пробудет рабом хоть мгновение. А если ему перед смертью удастся свернуть шею паре-тройке врагов — так это вообще за счастье!
Создалась некая патовая ситуация, а тем временем пленники уже хором подвывали от холода. Пора с этим делом заканчивать.
Я встал и вышел вперёд. Варгон попытался было воспротивиться, но я взглядом быстро напомнил ему, кто здесь анай.
— Эквилианец! — я чуть развёл руки в стороны, держа их на виду и давая понять что не собираюсь хвататься за оружие. — Я Янко Фернидад Фортхай! Я анай этих земель, и хозяин того зерна, что ты и твоя банда украли с полей. Это принесло мне ворох проблем, но что случилось — то уже случилось, и назад не воротишь. Выходи с миром, и даю слово — никто тебя не тронет! — я повернулся и осмотрел согнанных в кучу пленных. — Ну, если ты конечно не главарь этой шайки!
Тяжёлая поступь по бревенчатому полу возвестила что мои убеждения и угроза в голосе не прошли даром. Так я думал…
Едва эквилианец вышел в свет факелов, как у меня челюсть отвисла и затерялась под ногами. Это было!… Это был!… Воу! Вот это я понимаю! Вот это габариты!!!
Выйти в двери, кроме как боком и низко пригнув голову, эквилианцу было без вариантов: роста метра два с хорошим лишком; ширина плеч — косая сажень; широченная грудина и мощный торс громоздились на столбоподобных ногах пятьдесят какого-то там размера. На полуголом теле бугрились тугие мышцы, обтянутые медного цвета кожей. Длинные, чёрные волосы в беспорядке разметались по плечам и лицу. Однако они совсем ему не мешали окинуть мрачным взглядом окружающих. В пляшущем свете факелов его глаза опасно блеснули.
«Такому качку в сплетение явно не пробить! Да и вообще, таких только с ружья валить! При чём в упор! Ну или как вариант — с арбалета строго в голову. Других вариантов я не вижу.»
На нём не было толком никакой одежды, что его походу ничуть не смущало даже зимой. Из доспехов присутствуют только наплечники, наручи и щитки на голень поверх меховых сапогов. На плечах была видна меховая накидка. Всё. На широкой перевязи, что стягивала мощную грудь, за спиной висел громадный двуручник. Мечом я бы это не назвал, скорее приспособление для убийства драконов, и никак не меньше.
Осмотревшись, он уставился на меня, от чего, признаюсь, меня передёрнуло.
— Их командир и его помощники сейчас летят на праведный суд к богам… — он покосился на дом у себя за спиной, а я в этот момент крепко выругался.
— Я так понимаю, ты и есть молодой анай? — он отточенным жестом откинул волосы назад, нахлобучив меховую шапку. — Других мальцов я тут не вижу. — эквилианец оскалился. — Ну кроме вот этого мальчика-алагата.
Хата только презрительно сплюнул в его сторону.
— Проявляй уважение к господину анаю, — прорычал Варгон. — А иначе мне придётся укоротить твой длинный язык.
Эквилианец громко, во весь голос, расхохотался Беспалому в лицо:
— И как ты это сделаешь, старик?
Варгон потянулся к мечу и шагнул вперёд.
«Тааак, вечер перестаёт быть томным!..»
— Стой Варгон! — вмешался я. — Я дал слово, что его не тронут, и пока что я его не отменял.
Капитан угрюмо посмотрел на меня, но его меч остался в ножнах.
Я подошёл чуть ближе к эквилианцу:
— Я предлагаю тебе, сохраняя оружие, добровольно отправиться с нами в Хайтенфорт. Обещаю, никто тебя и пальцем не тронет. Я хочу с тобой поговорить и прояснить кое-какие обстоятельства. Но думаю это лучше делать за кружкой подогретого вина и в тепле, не так ли?