То, что здесь оказался эквилианец, по факту ни в какие ворота не вписывалось! Судя по его манере поведения, ну не тянул он на простого разбойника. Я страстно хотел узнать — что он забыл в моих землях, и как оказался среди этих зернокрадов?
«Бьюсь об заклад — простым разбоем тут и не пахнет!»
Глава 2
Как бы эта детина не храбрился, но он понимал в каком щекотливом положении оказался. Пяток натянутых луков, с десяток копий и толпа здравых мужиков при оружии могут убедить кого угодно. Тарталан не стал испытывать судьбу и согласился проследовать в город без вы#бонов. Казалось, сложившаяся ситуация его вообще не волнует ни грамма. Он молча брёл по сугробам в окружении моих воинов, которые взяли его в круг и ни на секунду не упускали из виду. Воины держались от него на расстоянии, словно от прокажённого. Эквилианец только посмеивался, взирая с высоты своего роста на столь пристальное внимание к своей персоне.
Уходили из деревни не с пустыми руками. Пойманных лошадей не долго думая впрягли в телеги, загрузили зерном (которое кстати из-за неправильного хранения этими дебилами естественно стало портиться), мороженным мясом, пушниной по мелочи, и прочим нехитрым разбойничьим скарбом (куда ж без мародёрки!), и двинули в путь. Те целые дома, которые послужили прибежищем разбойникам, я всё же приказал сжечь. Свято место пусто не бывает! Какая-нибудь залётная банда могла вполне себе снова облюбовать это место в лесной глуши, а оно мне надо?
Перед уходом я, Хорст и Варгон заглянули в дом из которого вышел к нам Тарталан. Едва перешагнув порог я сразу наступил на какие-то окровавленные лохмотья и ощутимо почувствовал запах крови. К её тяжёлому, с металлическим привкусом, запаху я уже попривык, как впрочем и к ужасному виду трупов после боя. Но то, что нам открылось при свете факелов, поразило даже моих повидавших жизнь спутников!
«Эквилианец походу ручки вытирал от крови теми тряпками у порога…»
Шесть изувеченных трупов лежали разбросанные кто где. Создавалось впечатление, что их будто бы мяли и ломали в каком то неестественном процессе, а после — попроламывали головы. Трое из мертвецов были разрублены чуть ли не на пополам и кровь их них залила почти весь пол в доме. Поэтому запах крови и испражнений чувствовался даже при открытых дверях. Один из убитых, с развороченными челюстями и смятой головой, застыл в неестественной позе, зажав в смутном подобии рта край разломанного пополам стола. Такое ощущение, что он хотел откусить кусок от него, и ему в этом деле подсобили, дав как следует по затылку. Да только дали так, что череп треснул и лоб выдвинулся вперёд, превратив глазницы в узкие щёлочки. И так было со всеми. Ни одного трупа с целой головой не было. Их будто бы мяли, ломали, скручивали и топтали…
Мы втроём переглянулись между собой.
— Не выпускайте из поля зрения этого монстра, ни на секунду!
Хорст и Нойхэ синхронно кивнули в ответ.
Само собой колесно-гужевой транспорт не мог нормально двигаться по таким сугробам и пришлось пленным разбойничкам нехило поработать, проталкивая гружёные телеги по снегу, выискивая проходы между деревьев и заснеженных кустов подлеска. Из-за этого пришлось двигаться не напрямую к нашим лошадям на опушке, как мы шли сюда, а сначала выйти на дорогу пролегающую от Хайтенфорта до Вилюх. Не сказать что там тоже было мало снега, но кое что редкие санные упряжи накатать уже смогли, и едва мы вышли на дорогу дело пошло веселее.
Добравшись до своих лошадей, мы без задержек двинулись дальше в путь. Всем хотелось поскорее добраться до тёплых жилищ Хайтенфорта, а не маяться на грёбаном холоде ночью.
Когда проезжали столб с клетью, в которой лежали замороженные, припорошённые снегом остатки Кронка с его отрубленной головой, то многие пленники оценили свои перспективы и это воодушевило их толкать телеги с ещё большим усердием. Эквилианец, заметив на клетке табличку с надписью кто и за что тут покоится, невзирая на окрики конвоиров и предупреждения, прищурился и двинулся прямо к ней. Я дал отмашку не мешать.
Тарталан, приблизившись в плотную, в пол голоса прочитал написанное и рассмеялся:
— И этот ублюдок портовой шлюхи собирался вами командовать? — он посмотрел на толпу пленных бандитов, потом снова на костяки. — Тупой болван.