«Ну слава Роду! Неужели добрались! Сытный ужин, и кадушка горячей воды… Уйду в лёжку на сутки, не меньше…»
— Знаете, а ведь за ваши речи можно было бы и казнить! — Торад словно чувствовал мои сладостные предвкушения и влажные мечты о близком, почти вот-вот, отдыхе… И так всё грубо обломал! — Обвинять сыновей Андэвэйна в заговоре и междоусобице, которая неминуемо приведёт к гражданской войне — это считается изменой!
Хоть я и не видел его в полумраке, но я просто всей кожей ощутил как он тянет лыбу, словно кот пережравший сметаны. Дай он команду своим архаровцам, и меня тут же выволокут отсюда, обвинив в заговоре против… Да не важно, против кого конкретно! Против королевской семьи, к примеру, в целом. А я ведь даже имён их не знаю, кроме самого турима!
Торад развязал завязки и приоткрыл небольшое окошко, одним глазом выглянул наружу, и спустя секунду коротко свистнул. Караван тут же остановился.
— Заезжать в деревню мы не станем, недосуг. Мой вам совет на прощанье — в разговоре с аристократом, не высказывайте ему свои мысли напрямую! Это может обернуться против вас!
Двигаясь к уже виднеющимся домам, я крепко задумался над словами Вайло.
«А ведь он прав, чёрт возьми. Я совсем забылся в каком мире я нахожусь! Окажись на его месте другой человек и всё могло бы обернуться крайне плохо как для меня, так и для моих людей. Здесь нет никакой философской морали, понимания, что я высказал всего лишь простое, казалось бы на первый взгляд, мнение! А ведь уже сейчас в Акаван могла бы лететь птица с доносом на меня, и самое главное — ты ничего не докажешь! Ты не сможешь объясниться, что всего лишь выдал вариант развития событий, а не утверждение! Сегодня я получил ценный урок от такого бывалого завсегдатая интриг, как туримский Вещий. И если уже даже Торад говорит о зреющей смуте, а в его компетентности сомневаться не приходится, то стоит задуматься. Вайло не просто так завёл сей разговор и возможно, специально или нет, задал вектор моих действий, дабы я в своей глуши не оказался в роли эдакого несведущего простачка. Конечно, остаётся ещё не мало вопросов, на которые у меня нет ответов, но есть два самых главных для меня на этот момент: как долго ещё протянет старик Андэвэйн, и… Куда всё-таки попёрся Торад?»
Прибытие в Вилюхи не было ни триумфальным шествием, с бравыми победными песнями. Скорее мы проходили на беженцев, которым едва-едва удалось выжить после лютой напасти.
Небольшая таверна Клода превратилась в набитый людьми под завязку лазарет. Вся мебель из главного зала была убрана подчистую, оставив только лавки вдоль стен. Люди и тангоры располагались прямо на голом полу. Всем было плевать на удобства, главное — что в тепле! Едва оклемавшись от холода и голода, проявились и более весомые проблемы: кашель, простуда, загноение ран, боль обмороженных конечностей, и прочее, и прочее, и прочее… Так что как бы мне не хотелось осуществить мечту с нырянием в кадушку, пришлось вплотную заняться всем этим.
В первую очередь велел привести местечкового лекаря-ветеринара, дабы он сделал первичный осмотр всех и сделал что возможно в его силах. В помощь ему приказал выделить несколько женщин, а иначе старик сам собьётся с ног. Следом за этим, отправил гонца в Хайтенфорт, за профессиональным лекарем. Всех прибывших стоило хорошенько и полноценно осмотреть на наличие какой-нибудь заразы. Конечно теперь уже в случае чего всё равно что мёртвому припарки делать, но тем не менее стоит озадачиться однозначно. Да и Варгона нужно до ума довести, а то он мечется в бреду. Его сын хотел было остаться, но я приказал ему нести службу дальше, заверив, что сделаю для старика всё возможное. Если бы он остался, отказавшись от дальнейшего путешествия в охране каравана (теперь уже ясно кого!) то это бы бросило тень на его репутацию, и не миновать бы нам обоим взбучки от его старика, как пить дать.
У корчмаря Клода аж глаз задёргался, когда он увидел как я достаю из саней полуживого раха и тащу его за шкирку в его подвал. Рах выжил просто чудом каким-то во всём этом путешествии.
«Ты гляди какие живучие твари! Таких измором если что не взять. Только убить.»
— Клод! — позвал я хозяина, едва войдя в зал после того как запер раха в подвале.
Трактирщик, аккуратно ступая среди лежащих вповалку тел и суетящегося медперсонала, взмахнул рукой обозначаясь в толпе:
— Я тут, господин анай! — он пробрался поближе. — Слушаю вас, господин Янко!