Выздоровевшая Линни тоже освоилась, и теперь уже не озиралась затравленным зверьком вокруг. В Большом Доме все к ней привыкли со временем. А попав по случайности на возобновившиеся уроки в школе, она и вовсе стала исправно ходить на них. Сперва она сиротливо сидела на стульчике и с интересом наблюдала за процессом. Но вскоре Линни раздобыла где-то глиняные осколки и стала пытаться чего-то там карябать на них угольком.
— Господин анай, разрешите? — постучали ко мне однажды в дверь кабинета.
«Вишна?»
— Конечно! Заходи!
Едва девушка вошла, я оторвался от чертежа будущей стены и расположения домов в планируемой перестройке Хайтенфорта. Подняв на неё глаза я широко улыбнулся стеснительной девушке:
— Привет. Что-то случилось?
— Тут такое дело, господин анай, — неуверенно начала говорить она. — Эта девочка, из холмовиков…
— ХолмовНиков ты хотела сказать? Правильно произносить «холмовников».
— Ну… не совсем так, господин. Это для всех больших удобное произношение, а на самом деле они холмовики. На картах земель, что вы нам дали для школы, написано именно так.
«Вот те раз! Моя первая двойка по языку?»
— Ну ладно. Так что там с ней? Опять набедокурила чего-то?
Освоившаяся Линни уже успела прославиться хомяком, сующим свой носик везде где не попадя. Судя по слухам и жалобам, она успела побывать в каждом углу всего комплекса и вляпаться во что только можно: от перекинутой на себя чашки с мукой на кухне, до застрявания головой в кувшине с застарелыми остатками такой роскоши как мёд. Маланорка тогда почти задохнулась не найди её случайно одна из служанок, что пришла на склад за продуктами. Я прекрасно понимал непоседливую маланорку, потому как на улице из-за капризной погоды ей делать было нечего от слова совсем и Линни просто было скучно. Прислуга бухтела и выражала недовольство из-за её проказничества, но что поделать? Ребёнок одним словом!
— И совсем не из-за этого. — ответила Вишна, присаживаясь передо мной по моему немому приглашению. — Линни проявляет большой интерес к учёбе, господин.
— Ну, не секрет что ей нравится проводить время с детьми.
— Это да, но не только. Я обратила внимание как внимательно она слушает на уроках, и очень расстраивается когда мы с госпожой Фелани даём задание детям, или спрашиваем у них что-то, а её… как бы это сказать…
— Игнорируете, — подсказал я.
— Да, именно так! — подхватила она. — И я вот подумала…
— Можно. — угадывая наперёд её мысли дал своё добро я. — Даже нужно! Эта группа детей лишь первые в череде других, и Линни не исключение.
Вишна скромно удивилась, но удержалась от комментариев. Анаи не любят болтливых простолюдинов. И даже в дни приёмов в Буртс Валле люди стараются говорить чётко и по делу.
— Строительство школы для трёх групп будет идти на ровне со стеной, так что построим быстро. Готовься. Будешь занимать должность мммм… к примеру завуч! Как тебе?
— Зауч? — повторила она слово, пробуя на произношение. — Воля ваша…
— Так! Давай договоримся — когда говорим о делах, общаемся на ты, идёт?
Вишна улыбнулась и кивнула:
— Благодарю вас… тебя за доверие, анай Янко.
«Ещё бы от этого титула избавиться в разговорах, было бы вообще норм. Да боюсь многие расценят это двусмысленно!»
— Давай сделаем вот что! — мелькнула у меня идея. — От моего имени отправляйся к плотникам, — я потянул кусок пергамента, гордо тут именуемый бумагой, и принялся писать указ. — Пусть изготовят стулья и столы для каждого… А, нет! На двух человек столик и лавки со спинкой. А то негоже, что дети сидят за одним большим столом и шеи крутят. Только для Линни надо изготовить отдельный стол и стульчик. Чертежи я дам тоже, там не сложно.
Взяв ещё пару листов, я нарисовал по отдельности лавку и стол. Со стульями на каждую парту много заморочек. Пока что сойдёт и лавка. Самое главное — стол с наклоном! Это непременно разгрузит спины детей, и они станут более внимательны. Это в моём мире учёба — банальность, которую должен пройти каждый! Это как воды попить! Здесь же — это весомая прерогатива и несомненная честь. По крайней мере для черни, так уж точно.