♦♦♦♦♦
Белерианд должен был ожить. Даже если его новая жизнь могла начаться с изорванной тряпки на старом копье. Даже если возрождение подразумевало под собой низость, вражду и постоянные кровопролития. Ниар готова была пойти на что угодно. Отказавшаяся от себя как от чего-то уникального, теперь девушка воспринимала собственную личность неотъемлемой частью потерянной родины. По жилам ангбандки текла кровь Белерианда. В ней сохранялась его сила и красота – дикая, суровая, безудержная. Она сама стала Дор-Даэделотом и в глазах ее отражались холодные огни далеких северных раздолий.
«Мы отстроим Утумно, — проведя рукой по камню, Красная Колдунья сорвала с шершавой поверхности мох. Высохший лишай и тонкие стебли сорняков слезли с серой скальной плоти подобно уродливой маске. — Мы возродим нашу Империю, даже если для этого потребуется собственноручно убить каждого мятежника в Эннорате. Не останется больше тех, кто сможет противостоять нам. И если Валар возжелают вновь вступить в бой, мы примем их вызов».
— Что это за узор такой? — Илийя, спешившись с камаргу Анаэль, рукой указала на изучаемый Ниар камень. Эльфийка, вооруженная легким луком, с искрящимся в глазах любопытством дожидалась ответа.
— Это пограничный страж, — Красная Колдунья пальцем провела по вырезанному в камне рисунку. Три круга Сильмарилл, оплетенные тонкими линиями. — Такие раньше ставили слуги Мелькора в тех местах, где решались устраивать засады на своих врагов. В этом валуне хранится столько же магии, сколько бережет в себе Нэнья. Очарованный камень шепчет своим хозяевам о том, кто проходит мимо.
— Откуда Вы столько знаете, диву даюсь, — Нанивиэль, все еще слишком наивная для интриг и шалостей, всецело доверяла Ниар. — Не думала, что слуги Моргота заходили так далеко на восток. А почему три круга? Глупо как-то.
Ниар не ответила. Подняв голову, вслушалась в ровное дыхание Нанивиэль. Последняя повстречалась Красной Колдунье три дня назад в конюшне Ривенделла – пытающаяся тайком покинуть Имладрис, Илийя в первое утро зимы вознамерилась последовать за гномами. Только попрощавшись с новоиспеченными друзьями, она в слезах побежала собирать вещи. Храбрая, честолюбивая и благородная, бессмертная не мыслила спокойной жизни вдали от полюбившихся людей. Раздобыв лук и стрелы, Нанивиэль попыталась заполучить и коня. С Ниар они встретились не по случайности – общая цель свела девушек в конюшне. Поначалу Илийя сильно испугалась, но Миас сумела убедить бессмертную в чистоте собственных помыслов. Сговорившись помогать друг другу, отчаянные спутницы Торина Дубощита вспорхнули на спины своих жеребцов и умчались из Карнигула со скоростью ветра. Дорога вела их к Мории.
— Это Сильмариллы, Нанивиэль, — Ниар хищно улыбнулась. Сокрытая в камне магия подпитывала тело Красной Колдуньи. — Думаю, ты знаешь, как они попали в Дор-Даэделот. Но тебе неведомо, что они являлись источником силы для тех, кто пытался защититься от армии Амана. Свет, сокрытый в этих камнях, по сути своей сродни тому огню, что Эру Илуватар спрятал в самом сердце Эа.
— Отголосок Первого Слова, — догадалась эльфийка. В ее голосе прозвенело восхищение. — Ага, понятно. Ладно, о Морготе, будь он неладен, можно поговорить и попозже. Зачем мы остановились тут?
— Мне нужно передохнуть, — солгала Ниар, руками копошась в траве у валуна. Зная наверняка, что сестра постарается оставить весточку, чародейка выискивала среди густых зарослей серебряный треугольник наконечника стрелы. Вскоре пальцами старшая Миас уткнулась в холодный металлический предмет – заточенное лезвие оцарапало кожу. Крохотная капелька крови омыла старый снаряд. — А вот и ты…