Минут пять прошло прежде, чем бессмертная услышала странные звуки, исходящие из глубин бора. Медленно продвигаясь все глубже к темным закоулкам Лихолесья, Нанивиэль вновь успела потерять из виду загадочную подгорную жительницу. Окруженная лишь древесными соглядатаями, эльфийка вслушивалась в гудящую тишину. Чуткие остроконечные уши улавливали каждый шорох, и вскоре Нанивиэль поняла, что отыскала в глубине леса Зло. То самое Зло, о котором думала пару мгновений назад.
То был топот шагов. И не просто топот – оглушительный рокот сотен ног, что оставляли глубокие следы в мягкой плоти бурого дерна. Кем бы ни были шагающие, шли они не в такт друг с другом. Звуки доносились не ритмично, но оборванно и резко, будто через чащу продвигалась толпа плохо обученных солдат. Замерев на спине коня, Нанивиэль широко распахнутыми глазами вглядывалась в сгущающийся сумрак среди деревьев. Выровняв дыхание, девушка сглотнула и направила лошадь в сторону источника шума. Страх изгрызал душу, мысли о гномке растаяли. Всем естеством Илийи овладело нарастающее гудение чуждого лесу топота.
Прошло какое-то время, прежде чем Нанивиэль смогла рассмотреть тех существ, что двигались напрямик через густой ельник. Низкорослые, коренастые, серокожие, они чем-то походили на изуродованных магией людей. Косые и кривые, они вразвалку бежали следом друг за другом. Лица некоторых казались ужасными масками: бугристые кожаные наросты блестели на солнце, безгубые рты существ искривляли ужасные усмешки, а ряды кривых острых зубов угрожающе поблёскивали в кровожадных пастях. Ни разу не видевшая в своей жизни настоящих орков, Илийя без сомнений решила, что встретилась именно с темнокровыми полчищами уруков.
Сердце, трепеща, упало куда-то в пятки. Эльфийка, глотая крики паники, задержала дыхание. Орки бежали чуть впереди и словно бы не видели прячущуюся в кустовых зарослях бессмертную. Их желтые глаза яростно блестели, из покатых бочкообразных грудных клеток исходило рычащее гудение. Вооруженные мечами и пиками, некоторые верхом на огромных волках, чернокровые уруки целеустремленно продвигались сквозь мрачную утробу Лихолесья.
«Что они тут делают? — мысль мелькнула яркой звездой в сознании. Дрожа всем телом, Илийя судорожно глотала ртом воздух. — Что они тут забыли? Куда направляются? Целая рать, никак не меньше пятисот голов…»
Ответ казался очевидным. Орки шли к землям Трандуила. Вот только зачем? Ведь полтысячи воинов никак не могли представлять реальной угрозы эльфийской армии. Разве только…
Вспомнились беседы бессмертных братьев в дружеском лагере. Короткие байки о возвращающемся на восток гномьем правителе, Короле эреборском. Но прямой связи между орками и гномами эльфийка увидеть не смогла. За свою короткую жизнь она успела понять, что чернокровые исчадия Темных Земель не были друзьями никому в Средиземье, однако причин для лютой вражды между подгорным народцем и уруками, как казалось, не было вовсе. Те ужасные рассказы о битвах орков с гномами при древнем царстве Мории проливали некий свет на происходящее, но Илийе казалось, что даже столь ярая неприязнь уруков к подгорным жителям не могла подвигнуть на открытое нападение. И даже если Король-под-Горой был где-то рядом, лесные владения все еще находились под опекой Трандуила и его воинов.
А орки тем временем приближались, непроглядной лавиной буйства и ярости разлетаясь по Лихолесью. Нанивиэль, совершенно забыв об Арвен и утреннем своем побеге, попыталась тихонечко развернуть своего жеребца на месте. Роханский скакун послушно повиновался хозяйке. Нужно было предупредить собратьев прежде, чем орки смогли бы приблизиться к царству эльфийскому.
Конь под Илийей неожиданно громко заржал, отскакивая назад. Бессмертная, хватаясь за поводья, в страхе огляделась. Резкий шум, раздавшийся впереди, заполнил собой тишину. Ширя испуганные глаза, Нанивиэль увидела напротив красивую светловолосую девушку, облаченную в белые наряды. Пластичная и стройная, она белым призраком стояла перед юной Квенди, улыбаясь и сверкая яркими глазами. Держа в руке меч, высокая красавица лихим взором оглядывала гостью. Нанивиэль же, чувствуя, как все тело погружается в жар первобытного страха, сглотнула. Словно бы из ниоткуда появившаяся женщина оказалась остроухой представительницей благородного рода бессмертных.
Перебарывая внезапно накатившую слабость, Илийя дернула поводья сильнее. Напуганный жеребец безотчетно пятился назад, высоко задирая красивую скуластую морду. Эльфийка, что спокойно держала в руках стройный клинок, взирала на реакцию Нанивиэль с холодной яростью. Ни один мускул на ее прекрасном лице не дрогнул: черствый взгляд зимним дыханием касался молодой Квенди, пронзая чуткую душу Синдар кровожадностью и неутешным бешенством. Понимая, что столкнулась с сильным и странным противником, Илийя постаралась взять себя в руки. Развернув коня, она растерянным взором окинула мрачную опушку, решая, куда следует поскакать. Не ведая, правильно ли поступает, эльфийка пришпорила коня, отдаваясь всецело на волю удачи. В ушах звенел нарастающий гул приближающейся угрозы, а в глазах стояли жгучие слезы. Страх подтачивал изнутри и впервые бессмертная поняла, что бездна не так уж и далеко – лишь шаг отделял молодую Квенди от чарующей тьмы смерти.
Добрый конь не подвел Илийю и быстро перешел на галоп. Резво скакать роханский жеребец так или иначе не мог. Живая стена из высоких деревьев преграждала путь, усыпая дорогу к спасению сплошными препятствиями.
♦♦♦♦♦
Живая стена из высоких деревьев преграждала путь, усыпая дорогу к спасению сплошными препятствиями. Анаэль, оскалив зубы, посмотрела в спину нежданной гостьи. Зло полыхало в груди, и кровь кипела в жилах. Рука, которой бессмертная дочь Мелькора держала меч, предательски дрожала.
«Они теперь все узнают, — подумала белокурая девушка, щуря глаза. — Стоит этой девчонке встретить в лесу собрата, и эльфы все узнают. А, следовательно, выдвинут вперед свои войска. Вряд ли Трандуил станет колебаться в таких условиях, вряд ли даже помыслит о сдержанном нейтралитете. Речь уже идет совсем не о гордости, но о землях и золоте. Гроты под Эребором заполнены пламенными монетами, которые того и гляди, достанутся гномам. Ни люди, ни бессмертные дети Эру не захотят так просто отдавать легкое богатство подгорному народцу. И значит это, что отступать уже некуда. Надеюсь лишь, что по пути мы все же встретим Ниар».
Хмурясь, Анаэль хищно улыбнулась. Расправив плечи, неторопливо обернулась к своему маленькому войску. Орки шли сквозь плотное полчище древесных старцев целенаправленно, быстро, громко. Шли так, словно бы ни одна опасность в мире не могла грозить им. Не страшась близящегося побоища, они ухмылялись смерти в лицо, жадно вдыхая в себя пропитанный страхами воздух. Конечно, уруки Азога не были лучшими в мире солдатами, но они могли дать фору многим воинам других народов. Страшиться теперь стоило лишь промедления.
Отыскав глазами Азога, Анаэль подняла руку с мечом вверх, устремляя ее к небесам. Движение показалось легким и воодушевляющим, так что Миас позволила себе улыбнуться. Сердце подсказывало, что впереди путников ждал успех. Бледный завоеватель с горы Гундабад, заприметив жест покровительницы, резко остановил своего белого варга. В какой-то момент уродливое плоское лицо владыки Мории исказила гримаса недовольства и ужаса, но момент этот прошел, и бледный орк ликующе улыбнулся. Лютая ненависть полыхнула в его серых глазах и он, обернувшись к оркам, воззвал к подчиненным на черном наречье. Разом остановившиеся, верные хозяину уруки голодные взгляды устремили к владыке, ожидая приказаний. Анаэль, знающая, что будет происходить дальше, без лишних слов зашагала прямиком в черную чащу леса.
По договоренности с Азогом, в любых непредвиденных ситуациях эльфийка согласилась играть роль защитника. И хоть случайная гостья опасности особой не представляла, ее осведомленность могла понаставить палок в колеса. А так как девочка по собственному неразумению двигалась в сторону, где сейчас находилась Ниар, еще оставалась возможность воспользоваться преимуществом внезапности. Анаэль не рассчитывала поймать случайную прохожую до встречи с гномами, но предполагала передать эстафету охоты за свидетелем своей старшей сестре. Красная Колдунья просила соблюдать осторожность, но в этот раз Миас не хотела следовать совету отцовской любимицы. Анаэль желала лишь поступать так, как поступала сама Ниар.