Азог за спиной разворачивал армию к северу, устремляя своих солдат вперед, бегом, прямиком к ничего не подозревающим гномам. Белокурая дочь Моргота, в душе смеясь над происходящим, решила пойти впереди всей орчьей армады. Быстро передвигаясь меж деревьев, она вслушивалась в беснующееся месиво стаи жестоких орков, что теперь бежали по запаху несчастных подгорных жителей. Быстро перегруппировавшись, уруки Азога, будто бы не ведая усталости, безропотно повиновались желанию предводителя. Сам же гундабадец верхом на своем белом варге мчался к добыче со скоростью, как казалось, ветра. Анаэль же, носом чуя запах предстоящей битвы, лишь улыбалась и шла дальше, на север.
Обогнать армию на слабых эльфийских ногах Миас было не по силам. Даже если в скорости бессмертная и выигрывала у чернокровых созданий Моргота, с варгами волшебница посоревноваться вряд ли бы сумела. Поэтому, вложив свой клинок в мягкие кожаные ножны, Анаэль сложила ладони вместе. Не сбавляя шага, начала нашептывать под нос заклинание, провожая взглядом бегущих мимо орков. Когда теплые потоки магии охватили руки Миас, волшебница позволила себе перейти на легкий бег. Мягкие складки шелкового одеяния издавали едва слышимый шелест, волосы колыхал ветер. Сбегающая по телу горячая волна чар окутывала силуэт дочери Моргота пламенным сиянием красного марева. Яркие искристые сполохи заполнили воздух, обращая красивое эльфийское тело в жилистого, сухопарого волка.
Когда последнее слово заклятия потонуло в дребезжании леса, яркие отблески волшебства потухли и с места, где всего мгновение назад стояла прекрасная воительница Дор-Даэделота, спрыгнуло чудище невиданных размеров. Белое, красноглазое, оно свирепо взирало на мир. С приоткрытой челюсти на землю скапывала слюна, огромные ноги дрожали в нетерпении. Длинный хвост, тонкий, почти лысый, монстр прижимал к тощему заду. Подняв гигантскую морду, волк, коим стала Анаэль, утробно завыл.
Боевым кличем вой коснулся высоких древ, убежал в небеса и эхом раскатился по Лихолесью. Будто зов преисподней, он глубоким колючим гласом впился в сердца живых существ мрачной чащобы, вгоняя в страх и предвещая кровавую агонию землям, что давным-давно позабыли свинцовый привкус приближающейся смерти.
♦♦♦♦♦
Боевым кличем вой коснулся высоких древ, убежал в небеса и эхом раскатился по Лихолесью. Будто зов преисподней, он глубоким колючим гласом впился в сердца живых существ мрачной чащобы, вгоняя в страх и предвещая кровавую агонию землям, что давным-давно позабыли свинцовый привкус приближающейся смерти.
Вздрогнув, Торин поднял взгляд к мечу. Эльфийская сталь пылала синевой, ярой, зловещей, холодной синевой подкрадывающихся врагов. Сомнений нет – по Лихолесью вышагивал Азог в сопровождении своей ужасной, мерзкой свиты. И вой волков, конечно же, только подтверждал догадки Короля.
Сглотнув, молодой наследник рода Дурина опустил руку с клинком. Вспотевшая ладонь скользила по металлической рукояти. Сердце трепыхалось, а кровь отхлынула от лица. Резко оглянувшись, Торин нашел себя и друзей своих зажатыми в плотное кольцо. Черные пауки, недоброжелательно шевеля челюстями, замерли на мгновение, видимо удивленные появлению орков на территории леса не меньше своих жертв. Гномы же, подняв глаза к едва виднеющемуся небу, устало морщили носы. К уже имеющимся неприятностям добавилась очередная оказия. Опасность не просто подталкивала гномов вперед, но гнала их к Эребору, тыча в спину чужими клинками и пиками. Но и у Одинокой Горы, не следует забывать, смельчаков поджидал огромный дракон. В таких обстоятельствах судить было сложно, какое из зол меньшее. Да и выбора теперь уже не осталось.
Вонзив в ближайшего паука меч, Торин со злостью оттолкнул ногой обмякшую тушку монстра. Друзья продолжали сражаться так же бойко, как и в самом начале маленькой битвы. Взгляд Торина метнулся в сторону, где среди темных кустов мелькнула белая вспышка металлического отблеска. К горлу подобрался горький комок и неприятная догадка. Ранее трепещущее сердце теперь и вовсе юркнуло в пятки. Не хотелось встречаться со смертью тут, в Черном Лесу. А Ниар нигде не было видно. В голову сразу начали лезть плохие мысли, но Торин волей отогнал их прочь. Девчонке должно было хватить ума убежать подальше от места схватки.
Отрубив передние лапы очередному пауку, Торин крутанулся на месте, разворачиваясь. Приглядываясь к плотному строю чудовищ, гном с паникой пытался отыскать в черных стенах вокруг хоть какую-нибудь брешь. Нужно было бежать и бежать что есть сил, при этом неважно куда, лишь бы подальше от восьмилапых и приближающихся орков.
Ловко прокрутив в руке меч, наследник трона Эребора случайно наткнулся взглядом на легко узнаваемую патлатую девичью макушку. Ниар, что еще не так давно стояла поодаль в тени и безопасности, теперь была совсем рядом. Ловко избегая паучьих нападок, она стремилась пробиться к гномам. Глупое и безрассудное решение Торин одобрить не мог и, хватай бы у него дыхание на крики, обязательно бы наорал на воспитанницу оборотня. К счастью или к сожалению, воздуха хватало только для яростного и непрекращающегося боя.
«Она либо очень глупая, либо очень смелая, — решил про себя Торин, чувствуя некоторое облегчение. — Но глупой назвать подопечную Беорна сложно. Остается надеяться, что смелость девицы не загонит ее в могилу».
Когда Ниар оказалась рядом с Балином, что размахивал своим мечом направо и налево, Торин заметил еще одно существо, что стремилось подобраться к соратникам поближе. Высокая эльфийка, рыжеволосая, стройная, гибкая, летела вперед сквозь паучье оцепление с легкостью и смертоносностью летнего урагана. Рассыпая на врагов стрелы, бессмертная рычала сквозь плотно сжатые зубы и сеяла смерть вокруг себя. Не желая пока разбираться, кем была чудесная воительница – союзником или врагом – Торин сосредоточился на существующих проблемах. Лишив жизни еще одного несчастного восьмилапого, он шагнул вперед, к Ниар. Девушка, округлив глаза, рассеянно оглядывала мечущихся гномов. Явно напуганная, она что-то шептала себе под нос, словно бы не замечая опасности. Отпихнув девицу в сторону, Торин ловко подрезал одного особо яростного паука и, смахнув с лица пряди волос, повернулся к лихой наезднице.
Ниар молча взирала ему в глаза. Бледная, худенькая, она сжимала одну руку у груди, явно силясь сдержать в себе то ли слезы, то ли крики. Глотая раздражение, рвущееся наружу, Торин схватил храбрую девочку чуть повыше локтя и пропихнул за спину Двалина. Не хватало только, чтобы девицу убили пауки. Было бы время, Король непременно подумал бы о способе возвращения Ниар восвояси. Но времени не было. С прочими проблемами Торин мог разобраться и позже, в том числе с неизвестной эльфийкой, что пришла вместе с воспитанницей Беорна. А пока – сражение. Нужно было действовать, куда-то бежать, что-то решать. Прямо сейчас и ни секундой позже.
♦♦♦♦♦
Нужно было действовать, куда-то бежать, что-то решать. Прямо сейчас и ни секундой позже. Ниар, оглядываясь, отыскала глазами свою преследовательницу. Понятия не имея, кем по сути являлась эльфийка, мыслями старшая Миас была вместе со своей сестрой.
Вой, раздавшийся из глубин Лихолесья, явно принадлежал Анаэль. Этот самый вой частенько можно было услышать на землях близ Тангородрима: светловолосая сестрица подобным образом оповещала своих ближайших родственников о приближающейся опасности. Зная, что громогласный клич обязательно коснется ушей любимых, Анаэль вкладывала в волчий зов свою тонкую, мягкую магию. Приятной мелодией грома вой несся под небесами и дланью благословения ложился на судьбы великих. Обычно не участвовавшая в сражениях, Анаэль лишь следила за ними, зорко и пристально. Ее роль хоть и не считалась важной, таковой все же являлась. Слышащий и видящий быстрее поймет, когда следует драться, а когда – бежать.
«Что-то пошло не так, — сделала вывод Ниар. Хладнокровие, присущее Красной Колдунье, позволяло рассуждать здраво даже в ситуациях сложных. — Анаэль не отошла бы от намеченных планов, если бы все было в порядке. Однако сестрица явно где-то поблизости. Надеюсь, ей хватит ума выдвинуться навстречу, иначе все наши усилия пойдут прахом. А допустить провала мы не можем. Не в такие прекрасные времена».
Быстро оглядевшись, Ниар состроила самую испуганную гримасу, на которую только была способна. Поняв, что гномы позиции пока сдавать не собираются, девушка перевела взгляд к эльфийке, что сумела подкрасться со спины к одному из самых ужасных убийц в истории Средиземья. Квенди, судя по всему пока позабыв о своей жертве, искусно расправлялась с восьмилапыми монстрами. В общем и целом, все присутствующие были поглощены битвой. Смекнуть что к чему труда не составляло.