— Они рады видеть нас, но на лицах их лежит печать страха, — переливчатый голос Ниар сорвался на хрипотцу, став глубоким и таинственным. Подошедшая к Балину, она кротко посмотрела старшему в глаза, стараясь держаться от гнома на почтительном расстоянии. Потом, не услышав от седобородого наставника Торина никаких слов возражения, обратилась к Кили. Юноша с любопытством и удивлением вслушивался в речь девицы. — И не перед незнакомцами испытывают страх эти существа, великие повелители гор, камней и металлов. Они боятся бед, что ступают за спинами Его Величества, и боятся, что беды эти обратятся и против них самих.
— Люди Даина далеко не трусливы, — мягко произнес Торин, будто обращаясь к ребенку. Лихая хозяйка вороного жеребца перевела взгляд к Королю под Горой. — Они не боятся никаких бед, Ниар. И, с Вашего позволения, тем более не боятся нас. Нашим братьям с Железных Холмов пришлось выпить не одну чашу с ядом, которые подносила к их губам сама судьба.
— Не больше яда было в этих чашах, чем того яда, что погубил Эребор, — и вновь переливчатый голос, гортанный и мудрый. Бильбо, сглотнув, поймал себя на том, что нервно теребит край своего сюртучка. Открыв рот, он слушал Ниар, вдумываясь в каждое ее слово. Девица, точно чародейка, приковывала к себе внимание. И завораживала, окутывая окружающих своей красотой, честностью и бескорыстной прямотой. — Не стоит обманываться пустыми надеждами – не хлебом с солью встретят Вас, сын Одинокой Горы. И не поднимут клинков братья за братьев своих, что отважились ступить следом за Вами. Появление Вас и Ваших друзей – благая весть для северян. Но за спинами вашими летают тучи, и огонь пышет жаром в ваши затылки. Страх прячет за собой улыбки и слезы счастья, оставляя в сердцах некогда храбрых существ опаску и готовность к обороне. На что бы Вы пошли, Ваше Величество, чтобы защитить свой дом от бед?
Бильбо вздрогнул. Последний вопрос, адресованный Торину, прозвенел в воздухе угрожающей трелью. Путники, остановившиеся на подходе к центру гномьего поселения, начали боязливо переглядываться между собой. Тема разговора утекла вдаль от спокойной обители простых рассуждений.
Ниар приподняла подбородок, впервые одарив Короля под Горой оценивающим, стальным взглядом опасного охотника. И хоть мистеру Бэггинсу не часто приходилось видеть убийц, подобных девчонке Беорна, маленький хоббит легко прочел во взгляде кареглазой чаровницы отточенную за годы жизни способность делать правильные выводы в безумных, быстро изменяющихся условиях. Такими взглядами обладали ясноглазые лучники, издали отличающие жертв от хищников.
— Когда дело касается чести… — начал было Торин, возмущенно приподняв брови, но Ниар его перебила. Перебила резко, незаслуженно грубо. Приятный смех резанул воздух, расплавленным льдом затекая в усталые души путников. Бильбо подпрыгнул на месте, испуганно глянув на полюбившуюся уже юную деву рода людского. Уверенная в себе, бледная в снежных одеялах окружающего, красавица ухмылялась в лицо гномьего Короля и снисходительно покачивала головой.
— Что смешного? — встрявший в разговор Фили бесцеремонно отпихнул Бильбо в сторону, оскорбленно нахмурившись. Пройдя к Ниар, молодой воин с яростью произнес: — Разве Вас забавит горе, поразившее наши земли и души наших людей? Разве может Вас потешить беседа о чести и достоинстве, столь высоко почитаемых в краях наших?
Ниар, опустив голову, нахмурилась. В воздухе повисла тишина и мистеру Бэггинсу на секунду показалось, что он может расслышать звон снежинок, плавно спускающихся с небес на землю. Вся дружная компания замерла на месте, дожидаясь продолжения беседы, в то время как гномы Железных Холмов постепенно окружали путников плотным кольцом.
— Это не радостный смех, юный воин, — нарушил тягостную тишину Двалин. Хмуро глядящий на Ниар, он поджал губы. Мрачные мысли читались на сером лице подгорного жителя, а волнение просачивалось в крепкий голос едва уловимой хрипотцой. — Это горестный и усталый смех. Смех того, кто прошел через множество битв и видел смерть родных. Я, быть может, и не прав на счет Вас, наша юная проводница, но мудрости в Ваших глазах не скроет детская улыбка.
— Вы сильно переоцениваете меня, — потупив взгляд, Ниар скромно улыбнулась, тут же зардевшись. Бильбо, заприметив румянец на щеках девицы, хмыкнул. Воспитанница Беорна была милой. И в своей невинной чистоте она казалась по-дикому красивой.
— Закончим разговор, — сухо отчеканил Торин, заметив, как посерьезнели лица компаньонов. Одернув плащ, Король-под-Горой кинул быстрый взгляд на человеческую красавицу. Едва заметно улыбнулся. Так же едва заметно тряхнул головой, будто отгоняя прочь дурные мысли.
«Ну и о чем же думает Торин? — задался вопросом Бильбо. — Об Аркенстоне? Или может на этот раз о чем-то более… человечном? Хотелось бы знать, насколько отчаянно гном хочет отвоевать Эребор. Как далеко он посмеет зайти в надежде возвратить утраченное? Ведь, вопреки всему, Торину есть что терять. И даже больше, чем он может себе представить».
Размышления мистера Бэггинса прервал звук быстро приближающихся шагов. Хруст снега щекотал слух, а чье-то тяжелое пыхтение долетало до чутких ушей хоббита натруженным посвистыванием. Моргнув, полурослик обернулся, встречая на себе тяжелый взгляд крепкого, тучного гнома. Приземистый и широкоплечий, он смотрел на непрошенных гостей задорным, немного раздраженным взглядом. Кустистая жесткая борода спускалась воину подгорного народца до пояса. Одетый в крепкие, повидавшие не один бой доспехи, суровый незнакомец шагал навстречу бравой компании, положив одну руку на боевой топор, другую – на меч. Судя по богатому убранству оружия, идущий по направлению к путникам был явно высокопоставленным лицом Железных Холмов.
— Балроги меня дери, вы живы, — грубый голос, окрепший за века бесчестных сражений, разнесся по зимней гномьей площади громовым раскатом. Мистер Бэггинс, заслышав его, задрожал от страха. — Кто бы мог подумать, что отчаянье и бессмысленная храбрость не погубят тебя, Торин.
— Даин, — Король-под-Горой, широко улыбаясь, ступил вперед. — Как долго я не бывал у тебя в гостях, да так, чтобы надолго?
— Дай-ка припомнить, — Железностоп, который представлялся Бильбо гномом–гигантом, быстрым шагом подошел к Торину и по-братски обнял его. — Когда мы встречались, дабы обсудить твои безумные планы? Впрочем, в счет не идет, ибо отдыхом и весельем прошлая наша встреча не изобиловала.
Торин помрачнел, отстраняясь от побратима. Полурослик, стараясь дышать через раз, с опаской глянул на Даина. Последний, нахмурившись, смерил Торина долгим взглядом.
— Недобрые вести? — коротко спросил Даин, видимо не желая ходить вокруг да около.
— Это смотря как посмотреть, — Торин обернулся к своим спутникам. — Нам нужна твоя помощь, Даин. Знаю, великая наглость с моей стороны просить у тебя о чем-либо, но выбор мой не велик…
Бильбо обмер. С трудом веря в происходящее, он еле сдержал в себе вздох удивления. Не ожидая со стороны Короля-под-Горой речей откровенного толка, маленький полурослик смотрел на гнома, широко распахнув глаза. Гордый владыка Эребора впервые столь открыто вопрошал об одолжении, да к тому же немаленьком.
— Да как я вижу, компания попутчиков твоих увеличилась, — Даин перебил Торина, быстрым взором окинув бессмертных детей Эру и преемницу Беорна. — Путь у вас вышел долгим и сложным, и, как мне известно, не слишком удачным. Небо с запада ширится красными волнами…
— Встреча с огнем вышла нежданной, — Торин, прищурившись, отчего-то посмотрел на племянников. — И, к сожалению, не только с огнем.
— Полно, Торин, — Даин, несколько секунд сдерживавший на лице выражение подозрительности, широко улыбнулся. — Истории о приключениях не нужно рассказывать за порогом дома. Вы устали, вам нужен отдых, вода и еда. Я побратим твой, эреборец, а потому не сомневайся в моем дружелюбии. Я отведу вас в тепло и уют, и лишь потом позволю тебе начать длинный сказ.
Наследник трона Одинокой Горы молча кивнул, не став дополнять речь Даина лишними словами благодарности. Бильбо, уже привыкший к гномьей манере общения, все еще глотал собственное удивление: сложно сказать, что поразило полурослика больше – мягкость ли в речах Даина или же открытость в обращении Торина. Так или иначе, чудилось храбрецу из Шира, что за мягким шелком слов и приличий таилось нечто опасное. Предпочитая не вмешиваться в личные дела своих друзей, мистер Бэггинс все же решил не спускать глаз с Короля Железных Холмов.