-Вообще-то у меня есть стулья. – Пробурчал он, осматривая двоих гостей, усевшийся на ковре напротив. – Альберт может попросить свою кровать обратно.
Волчонок поднял нос из углей, как раз в тот момент, когда искра от спичек таки поймалась на сухую ветку сверху и зашлась пламенем. Он повёл носом в разные стороны, а потом жалобно заскулил, на что хозяин не обратил никакого внимания. За его спиной и правда стояли деревянные треноги без спинок, но выглядели они настолько невнушительно, что кровать Альберта казалась более надёжным сидением, она хотя бы ужа лежала на полу, а не грозилась упасть на него с высоты полуметра. На стене взгромоздились полки, представляющие собой просто прибитые доски одна над другой, всю эту простоту дополняли глиняные кружки и крохотные мисочки, как будто сделанные специально для детей.
-Итак, - бородач схватил большой котелок за ручку и протянул длинную руку в резиновом рукаве над тлеющими углями. – Как тебя зовут, парень?
-Чарли.
Перчатка чуть сползла с руки мужчины и в небольшой зазор проступила кожа, только она показалась мальчику странной. Он изо всех сил постарался не задерживать взгляд на ней, чтобы не привлечь ненужные вопросы или может быть ещё что похуже. Он старался смотреть на котелок, в котором бурлила вода, а не на серую кожу, блестящую под светом огня. Такое он видел, когда папа потрошил рыбу, именно так выглядели её сырые мокрые внутренности. В нос врезался резкий солёный запах, которого, конечно же, тут не было, воспоминания оказались слишком сильными.
-Ты побледнел. – Уильям сначала посмотрел на паренька, потом на руку, держащую котёл. – Хватит.
Как по приказу, дедуля убрал руку от огня и, не вставая, поставил котелок на стол. Его ноги продолжали лежать прямыми брёвнами перед своим хозяином, в связи с чем, Уильям решил сам справиться с кипятком. Пока маг поднимался, старик снова повёл своими усами, напоминая большого паука, пытающегося умыться, и спросил.
-Итак, Чарли, значит, ты видел в том вагоне перерождённого духа?
-Я не знаю. – Честно ответил мальчик.
Он проследил, как маг отточенным движением снял с полки большое пушистое полотенце, выхватил им кружку с полки, затем снял оттуда глиняную банку и, откинув крышку, щедро насыпал горсть сушёных трав в чашку, потом во вторую и в третью. В воздухе повис усыпляющий аромат ромашки и мяты, который поднимался вместе с паром к потолку.
-Я не буду. – Чарли отодвинулся от протянутой ему чашки.
-Надо, после встречи с духом.
-Но я хорошо себя чувствую.
Двое мужчин резко обернулись к нему. Конечно же, после тяжёлого полуденного сна хотелось пить, а ещё больше хотелось есть, но мальчик рассудил, что вряд ли эта парочка решила добродушно его накормить и спать уложить просто так.
-Ну, как хочешь.
Маг поставил кружку на стол, тот час же передал бородачу другую – побольше и отхлебнул из своей. Он выдержал паузу, садясь обратно на старый палас рядом с мальчиком, и наклонился к кружке.
-Она говорила с тобой?
-Да, что-то вроде “тебя тут быть не должно, уходи”.
Старик смотрел отрешённо, как будто он был заводной куклой, из которой вытащили батарейки, но которая ещё держала ручки согнутыми на девяносто градусов, чтобы держать горячую кружку.
-Ты знаешь, что только некоторые могут видеть перерождение? – голос старика был хриплым и всё больше походил на невнятное бурчание.
-Какое перерождение?
-Дух – следующая ступень жизни. Когда призрак выходит из тела, ему нужно есть, энергия – вот то, чего она от тебя хотела. Но ты слишком мал ещё для такой сильной метаморфозы.
Мальчик задумался.
-Да, только я ещё слышал её, возможно, она была не такой сильной, как думала.
-Дело в том – старик снова дёрнул усами-жвалами – что не каждый может видеть это перерождение, именно момент, когда тело становится таким тяжёлым, что дух не может его носить больше и скидывает, как ракообразное скидывает свой панцирь. Моя сестра могла видеть таких духов, но не я. – Он качнул головой, так что та повисла на пару секунд, как будто старик заснул, но Уильям подхватил.