— Видите? Видите же? — почти умоляла я.
После мучительно долгой паузы Ваня ответил:
— Зеркало видим. Но никаких надписей на нём нет.
— Как это «нет»? — я не могла поверить своим ушам.
Забежав в туалет, я ткнула пальцем в зеркало:
— Она прямо перед вами! Разве вы не видите, как светятся буквы?
— Что же написано? — спросил Ваня, даже не глядя на стекло.
— Написано, что здесь нельзя есть!
Марина прищурилась, будто пытаясь разглядеть что‑то, а потом рассмеялась:
— Ева, ты такая выдумщица! Придумаешь всё, что угодно, лишь бы сбежать из этого кафе.
Их смех звучал для меня как приговор.
— Вы её и правда не видите? — прошептала я, уже зная ответ.
— Нет, Ева, на зеркале ничего не написано, — мягко сказала Марина, но в её голосе не было сочувствия.
Я потеряла дар речи. Стояла, словно окаменевшая, а в голове билась одна мысль: «Если они не видят, значит, это только моё безумие?».
— Но… Как же… Может быть, вы хотя бы видели, как мигал свет? В щёлке между дверью и полом, наверное, можно было что-то такое заметить… — предприняла я ещё одну попытку.
— Как мигал свет — мы видели, — кивнул Ваня.
— Ну вот! Это же ненормально, верно? — в моём голосе звучала отчаянная надежда.
— Ева, это мы тебя разыграли. Хотели немного напугать, — призналась Марина.
— Что?! — возмущение переполняло меня. — Зачем?.. Почему… Кто это придумал?
— Я придумала, — невозмутимо ответила Марина. — Чтобы разрядить обстановку.
— И заодно выставить меня полной дурой, видимо? — догадалась я.
Марина лишь пожала плечами и выдала свою фирменную, неприятную улыбку.
— Просто кто-то не понимает шуток, — бросила она с явным превосходством.
Я с горечью смотрела на подругу, чувствуя, как внутри закипает обида. Всё стало кристально ясно: её поход в кафе был лишь предлогом, чтобы покрасоваться перед Ваней. А меня она взяла с собой только ради того, чтобы унизить, выставить посмешищем перед ним. И у неё это блестяще получилось — я снова выглядела сумасшедшей, а она — остроумной и забавной.
— Вот вы где! — раздался голос Антона, и он торопливо направился к нам. — У меня хорошая новость!
— Машина завелась? — с надеждой в голосе спросила я, мгновенно забыв про розыгрыш Марины и свою обиду.
— Э-э… Ладно, почти хорошая новость, — замялся Антон, и моё сердце рухнуло в бездну. — Машина пока не двигается с места и не подаёт признаков жизни.
— Тогда в чём же твоя хорошая новость? — не скрывая раздражения, спросила я.
— Я познакомился с одной старушкой. Её муж — механик. Он вернётся из города завтра и посмотрит мою машину.
— Завтра?! — воскликнула я, чувствуя, как кровь отхлынула от лица. — Ты хочешь сказать, что мы останемся в этой деревне на ночь?
— Именно к этому я и веду, — спокойно ответил Антон. — Эта бабушка оказалась настолько добра, что предложила нам переночевать у неё.
Я яростно замотала головой.
— Нет! Ни за что!
— Ева, других вариантов просто нет, — устало произнёс Антон.
— А где ближайшая мастерская? — вмешался Ваня.
— Я ничего не нашёл, — признался Антон. — Вокруг, похоже, ничего нет. Единственный вариант — вызывать эвакуатор и ехать всем вместе домой.
— Вот именно! — с энтузиазмом подхватила я. — Давайте поедем домой?
Я посмотрела на Ваню, но он отвёл взгляд.
— Я остаюсь. Мне тут нравится. Это же приключение!
— И я тоже, — твёрдо заявила Марина. — Но если ты, Ева, так рвёшься домой, можешь поехать на поезде. Станция недалеко, я проверяла по карте.
В её взгляде горел ледяной огонь. Губы были плотно сжаты, будто она уже вычеркнула меня из своей жизни.
— Слушай, тебе правда лучше уехать. У тебя явные проблемы с головой. Зря я тебя взяла в это путешествие.
Слова ударили, как пощёчина. Внутри всё онемело. Она действительно так думает?
Я сглотнула, пытаясь унять дрожь в пальцах.
— Скинешь мне координаты станции?
— Конечно, сейчас отправлю, — ответила Марина, даже не глядя на меня.
Я замерла. Уехать? Тогда я окончательно потеряю их. Остаться? Но тогда я буду для них только обузой.
Решай, Ева, прямо сейчас.
— Пожалуйста, давайте уедем все вместе! — голос дрогнул. — Я не выдержу, если вы здесь останетесь!
— Извини, Ева, но нет, — покачал головой Ваня. — Я остаюсь. Кстати, пойду-ка я закажу себе обед. Что-то аппетит разыгрался!
Он развернулся и направился ко второму залу, оставив меня наедине с нарастающим чувством одиночества. Я перевела взгляд на Марину.
— Счастливого пути, подруга, — произнесла она с какой-то странной, почти ядовитой вежливостью и последовала за Ваней.