Я покачала головой, не в силах принять его слова.
— Почему я вижу то, чего не видите вы? Наверное, я схожу с ума, — прошептала я, чувствуя, как страх сковывает горло.
— Ты не сходишь с ума, — улыбнулся Антон, но его улыбка вышла натянутой. — Просто ты не выспалась.
— Многие не высыпаются, но не видят вместо официантов чудовищ с головой бегемота! — воскликнула я, не в силах сдержать дрожь в голосе.
Антон попытался рассмеяться, но смех получился неестественным.
— А мне не смешно, мне страшно… У тех людей была обувь, но она исчезла! А их рты… — я пыталась найти слова, чтобы объяснить свои видения.
— Я всё понимаю, — тихо сказал Антон. — А теперь сделай то, о чем я прошу. Три секунды вдох, две секунды пауза, шесть секунд выдох. Ну же.
Я начала дышать, пытаясь унять внутреннюю дрожь.
— Сейчас я починю машину, и мы уедем отсюда, — продолжал Антон. — Мы же просто так сюда заехали, помнишь? Случайно. Марина придумала для нас увлекательное путешествие на машине. Вряд ли она согласится провести в этой деревне больше получаса.
— Да… Ты прав…
— И с этим демоном она тебя накрутила. Ты только проснулась, а она уже начала пугать своими легендами. Всё это выдумки, — утешал меня Антон.
— Выдумки, — эхом повторила я, пытаясь убедить себя в его правоте.
Постепенно дыхание стало выравниваться. Может быть, я действительно просто устала? Ночь без сна, ссора родителей, пугающая история — всё это могло сыграть злую шутку с моим воображением.
Никто, кроме меня, не видел ничего странного. Значит, этого и не было. Просто не было.
Мы подошли к машине. Антон склонился над капотом, погрузившись в работу, а я начала ходить вокруг, осматривая деревню.
К моему облегчению, тёмный туман исчез. Теперь землю покрывала лишь зелёная трава. Это показалось мне хорошим знаком, и я немного приободрилась.
Я взглянула на деревню новым взглядом. Дома не выглядели жалкими — в их обветшалости таилась особая прелесть. Причудливые трещины на потемневших брёвнах словно были нарисованы временем. Высокие крылечки с деревянными перилами истончались от старости, а окна мерцали таинственным голубым светом.
В одном из таких окон я заметила старушку. Она смотрела прямо на нас с Антоном. Я улыбнулась и помахала рукой, но в ответ она лишь странно качнула головой.
Её взгляд был недобрым. Уголки морщинистых губ были опущены вниз, брови сведены к переносице, а бесцветные глаза выражали то ли осуждение, то ли презрение. Она недолго задержалась в окне и вскоре исчезла за грязными серыми занавесками, оставив после себя неприятное ощущение.
Позади раздался знакомый звук работающего двигателя. Я резко обернулась, не веря своим ушам.
— Завелась! — воскликнула я, не скрывая радости.
Антон вышел из машины, и его лицо выражало скорее озабоченность, чем удовлетворение.
— Завелась, — подтвердил он. — Только я для этого ничего не делал.
Он задумчиво посмотрел на автомобиль, пожал плечами и наконец махнул рукой.
— Ладно, потом заеду в сервис. Не нравится мне, что машина сама решает, когда ей заводиться, а когда нет.
— Отличный план, — согласилась я. — Тогда напишу Марине и Ване, чтобы поторопились.
Достав телефон, я отправила сообщение друзьям. Почти мгновенно пришёл ответ от Марины: «Идём-идём».
Какое облегчение — с ними всё в порядке, никакой мистический бегемот их не поглотил в том странном кафе. Скоро они будут здесь.
— Значит, ты любишь путешествовать? — спросил Антон, нарушая тишину.
Я обернулась к нему и не смогла сдержать смех.
— Я? Ну как тебе сказать… Не особо. Я из тех людей, кто предпочтёт почитать книгу в тихом уголке, чем куда-то ехать.
— Тогда почему согласилась на эту поездку?
— Марина очень попросила, а она моя лучшая подруга.
— То есть если Марина попросит тебя пойти на шумную вечеринку, ты пойдёшь, даже если это не в твоём духе?
— Наверное, — улыбнулась я. — Просто возьму с собой беруши.
— Понятно.
Антон взял тряпку и начал протирать машину, которая успела покрыться слоем пыли, пока мы ехали по деревенской дороге.
— А ты? — спросила я. — Почему поехал?
— Я люблю путешествовать, — ответил он, но что-то в его тоне заставило меня усомниться.
Я вопросительно подняла бровь.
— Правда?
После небольшой паузы Антон отложил тряпку и покачал головой.
— Нет. Я хотел сбежать от семьи.
— Знакомая история, — мягко улыбнулась я. — Твои родители тоже часто ссорятся?
Антон замолчал, и я поняла, что задела больную тему.
— Теперь да, — тихо произнёс он. — Теперь всё изменилось.
В воздухе повисла тяжёлая пауза, и я почувствовала, как между нами возникло новое, более глубокое понимание.