Поскольку торговец оказался непричастен к похищению, а то, что светловолосая служанка всю ночь дежурила у постели своего жениха, подтвердила вся обслуга постоялого двора, из подозреваемых у дяди с племянником осталась только неожиданно исчезнувшая служительница. Ревинар с самой кислой миной вновь взялся за расспросы, и, угробив без малого ещё один час, выяснил, что жрица Малики ещё молода и обладает подобающей её сану внешностью. Самым разговорчивым оказался один из служек, заявивший, что служительница по лицу очень схожа с крейговцами - их кровь без сомнений течёт у неё в жилах. Уставший от тщетных расспросов Ревинар уже был готов отмахнуться от этого свидетельства, как от надоедливой мухи, но тут в игру вступил уже изрядно истосковавшийся Мелир.
- А, может, происхождение жрицы - это и есть повод?
- К чему ты клонишь? - дядя недовольно покосился на племянника.
- К тому, что одарённая жрица могла понять, что за птицу мы везём. Что, если она просто решила помочь тому, кто родственен ей по происхождению и крови?
- И ради этого поставить на кон своё положение? - Ревинар недоверчиво качнул головой. Сам бы он никогда не стал подвергать себя риску из-за чужого человека, но женщины от природы склонны к сумасбродству. К тому же - если жрица происходила из крейговцев, то её действительно могло возмутить то, как обошлись с её соотечественником, а что до риска, то она могла рассудить, что плащ Служительницы послужит ей защитой.
Хотя может статься и так, что все эти измышления - обычная пустышка, и у жрицы-крейговки были совсем иные, никак не связанные с похищением беркута, причины сняться с места...
Но для того, чтобы понять, так ли это, ей следовало найти!
Приняв решение, Ревинар встал из-за стола, и, взглянув на племянника, сказал:
- Не знаю, прав ли ты, но сейчас мы действительно займёмся поисками этой жрицы. И не думаю, что это будет слишком сложно - служительницы Малики не часто путешествуют верхом, да ещё и в одиночку. Она наверняка запомнится селянам, у которых остановится, или служкам на очередном постоялом дворе.
- Как будем искать? - Мелир в предвкушении погони весь напрягся - словно пёс.
- На ближайшем перекрёстке разделим людей, пусть опрашивают всех встречных о жрице, - Ревинар задумчиво почесал переносицу, - а сами пойдём по пути, который покажется наиболее правдоподобным.
Глава 3 Бег
Олдер
Первый кордон встретился Олдеру аккурат после Риона - небольшого городка, лежащего на границе северных вотчин Амэна. Жёлто-чёрный, полосатый, словно оса, стяг был виден издалека, и Остен, почуяв новую беду, пришпорил коня, направляя его к закутанным в зимние плащи воинам. Перекрывший дорогу десятник, к сожалению, знал совсем немного - доложив, что далее по тракту в селениях бушует пошесть, он предложил поехать в объезд - к деревушке 'Три Ручья'. Там постоялый двор хоть и маленький, но чистый, и новостей будет поболе.
Олдер, не меняясь в лице, поблагодарил за совет, и поворотил на запад. Ехать пришлось действительно недалеко - через утопающий в снегу сосновый бор, но тысячник, глядя на янтарные, тёплые отсветы в окнах показавшегося из-за деревьев постоялого двора, лишь нахмурился. Он уже давно понял, что, поджидая Бжестрова на дальней границе у Кержского леса, заметно отстал от жизни. За время своего пути тысячник уже не раз слышал и про то, что серая тля в этом году изрядно попортила виноградники, и про пожар, уничтоживший богатое Мэлдинское святилище Милостивой, и про язву, поразившую скот в Западной Алете, но вот про поветрие, поразившее север, ему до этого часа слышать не доводилось.
Остен ещё крепче сжал поводья - отсутствие дурных новостей успокоило его, сделало слишком беспечным, а беда, меж тем, лишь дожидалась своего часа. И настигла его теперь - всего в нескольких днях пути от дома, от сына... При мысли о том, что 'Серебряные Тополя' могут обернуться для Дари не убежищем и защитой, а смертельной ловушкой, Остен едва не заскрипел зубами, но пороть горячку было нельзя. Даже при самых худших раскладах он всё равно доберётся до имения, и никакие кордоны его не остановят, но сперва следует вызнать, что за зараза посетила северные края, и уже потом - действовать.
В этот раз Седобородый не стал слишком уж испытывать терпение тысячника - на постоялом дворе тот нашёл и горячую похлёбку, и приют на ночь, и нужного человека. Смурной полусотник 'Карающих' поведал Олдеру, что зараза начала распространяться недели три назад. Более всего она напоминала лесную лихорадку - тот же жар, те же зудящие пятна на коже и опухшее горло - но в отличие от рекомой болезни, косила взрослых наравне с детьми.